В полной темноте

Холодный пол украшает алые брызги крови, маленький худощявый на вид парень, лежит как ещё один декор в тёмном помещении. Маленькая сырая комната, в которой Чонвон ненавидел находится, впринципе ненавидел весь этот чертов дом, двух этажная махина, наполненная затратными вазами, и кучей драгоценностей, с огромным гаражом, в которой стояли машины как минимум стоявшие больше жизни парня, которую обслуживали десятки слуг, и жили там же. Но даже комнаты десяток слуг стояли гораздо выше стоимости Чонвона. Глядя на младшего сына политика, и возможного наследника этого дома, так не кажется. Но видевшие Чонвона сотни раз на полу, сжимающийся от боли, и глотаюший свою кровь вы поймёте насколько же дешёв Ян. Он сам так себя расценил, придумал целую лестничную иерархию в которой тот находится ниже мебели в этом доме. Горничные тоже это понимали, конечно, видя как к нему обращается собственный отец, те проходили задирая его, иногда даже побивали время от времени, вымещая свою злость от злых хозяев, на их ребёнке. А Чонвон? А Чонвон ничего, какая разница, больше синяков от этого не появится. Главное чтобы не случалось то, что всё таки сломило однажды безразличного и без ценного мальчика, когда ему было 13, а он живя тогда вместе со слугами, испытал нечто на себе, когда был заперт в комнате с горничной, и мальчик голый плакал впервые не от боли физического, а того что происходило внутри него. После этого он потерял полную веру во что то хорошее, светлое и доброе. Чонвон смирился с тем что обречён страдать, от начала своей жизни, до её конца. И вот он опять лежал дергаясь, пытаясь укрыться руками и ногами, от побоев которые наносил раз за разом, большой высокий мужчина возвышывшийся над ним. Чонвон даже не кричал и не плакал, он ведь уже взрослый ему 17, в таком возрасте не плачут, да, даже если отец ломает кости. Больнее всего будет если тот попадёт в живот или в лицо, так что мальчик сильно вжавшийся в себя, пытался просто пережить очередной неудачный день. - ублюдок, твою мать, я ведь говорил тебе не попадаться на глаза, никчёмный, никакой пользы от тебя - пыхтя, и одновременно покуривая в левой руке сигару, продолжает избивать отец не попадаться на глаза? ты ведь сам пришёл в мою комнату - думает Ян, иногда он столько всяких ответов придумывает в голове, но где они рождаются, там они и остаются. Он просто молчит, крыхтит иногда и стонет от боли, но не больше, сдерживается. Чонвон знает что этот старый мудак, наслаждается этим, видеть его улыбку невыносимее больше всего, он не хочет доставлять ему удовольствие хоть на дюйм больше. После ещё 10 минут этого побоища, отец бросая непотухший окурок на сына, выходит из комнаты с противной улыбкой. Довольный. Чонвон наконец то расслаблается, когда слышит хлопок двери, он ложится на спину, и понимает что сил нет даже на то чтобы обработать раны. Надо залечить пока их не стало слишком сильны видно. Отец сам любезно распорядился, чтобы мальчику купили целый отдельный шкаф с медикаментами и разной мазью. Тёмная комната, старая кровать, рядом тумба, скрипяший пол и один шкаф с медикаментами. Шкаф с его одеждой стоит в другой комнате, вдали от его владельца, той одеждой которую он носит на мероприятия и для других. Не дай бог ещё будет носить когда хочет, а то хуже испачкает. А его одежда, заканчивается на 2 футболках и 2 штанах, которые спрятаны в тумбе. Чонвон лежит неподвижно и от переутомления слипаются глаза, засыпает. Через время только проснувшись, Ян приходит в себя. Сколько я спал. Наверное много, смотря на то что из единственного окна этой комнаты, виднеется тёмная глубокая ночь. Крыхтя и хмурясь от боли, еле как поднимается на ноги. На часах стоявшие на тумбочке, ровно 3 час ночи. Чонвон, подходя к шкафу, и глядя в зеркало, видит свое лицо и понимает что в этот раз отец был слишком зол, переборщил. На лице появились зелёные, фиолетовые синяки, и из под майки из области плеч высовывался огромная рана, красный синяк, такую он впервые видел, может что то сломали. Легко касаясь того места кончиком пальца парень, сразу щипит. Точно перелом. Лунный свет вдруг озарил комнату. И за долгое время Чонвон впервые пугается своего отражения. Пустые глаза, уродливое тело покрытая гематомами, и тяжесть внутри. Противно, я ведь ничего не сделал. Отец возненавидит меня ещё больше если увидит что на лице тоже есть следы побоев. ... Так пусть и не видит. Пусть сдохнет от нетерпения, пусть умрет от сожаления и стыда. Я больше не позволю ублюдку увидеть моё лицо, никогда. И вот когда Чонвон, выпрыгивает из того окна. Первый этаж, ничего страшного, все спят. Ян хоть и долгое время не был снаружи, но быстро находит путь на выход. С босыми ногами, в измазанной в крови футболке и свисающими штанами, мальчик бежит. Подальше, далеко - далеко от сюда. Безупречный зелёный газон дома, млеет под ногами парня полной решимости, с этим даже колющая боль в теле - ничто . Ян ещё больше улыбается как чувствует не просто холодную траву под ногами, а тот факт что он топчет его. Некий бунт, символ того насколько Чонвон ненавидит этот дом. Добежав до забора, тот перебирается неуклюже, пытаясь причинить себе как можно меньше боли. Сев на высоту кирпичного забора, спрыгивает и чуть не падает там же от боли, пробижавшей по всем суставам. Чонвон бежит дальше, бежит по этому ублюдско - богатой улице, бежит сильнее, хоть и хромая он выбирается оттуда. Через 20 минут бега Чонвон добегает до моста реки Хангун. Ему повезло, за все время он не увидел людей которые ему бы помогли, увидели бы кровь и спросили все ли с ним в порядке. Да, повезло. Чтобы свершить затеянную месть, Ян начинает уже ходить медленным ходом, мост близко можно и не торопиться. Он выходит на обочину тротуара и идя по ней пропускает в голове все сцены, все моменты его жизни. Начиная с дет сада, который он не помнит, школы в которой всегда был один, и сидел тухлый на последней парте, хоть и ученики знали что тот важная шишка, не осмеливались подходить. Да и Чонвон не наравел знакомиться с богатыми отбросами, похожими на его отца. Фонари улиц и фары машин, свет проходит по его лицу, в темной ночи. Он все ещё идёт. Вспоминает дни когда был дома, нет уж это ни к чему вспоминать. Там все кошмарно. Иногда Чонвон думает был бы отец таким же если бы Чонвон был другой, дело в нем? или в обстоятельствах? Может если бы мать Чонвона была все ещё жива, отец был бы любящим папой? От таких мыслей парень пускает слезу, он скучает, скучает по матери которую никогда не видел. Но ему так проще, думать что мать бы его любила, что та была красивой, как на вывесках на улицах, что та было доброй и решила рожать не через кесарево, потому что настолько любила своего сыночка, что решила испытать боль его появления, и умерла та из за своей любви к Чонвону. Да так и было. Всё так. Кивает своим мыслям парень и идёт дальше. Дальше и дальше, пока не понимает что уже на середине моста. Небо такое красивое, звёзды яркие, все идеально чтобы распрощаться с этой тварью жизнью и улететь на чистые и хоршие небеса, к маме. Там все по другому, правда. Чонвон касается руками холодного ограждения моста. В последний раз посмотрев на небо, а после на тягучую и тёмную воду. Начинает перелезать. Перебирая сначала одну ногу, а потом вторую, парень чуть не падает, случайно соскользнув, но ели как успевает удержать равновесие. Нельзя раньше времени. И вот парень раставив руки в две стороны, держась за перилы, босыми ногами уперевшись за край дороги, дышит. Вдыхает побольше воздуха, прохладный ветер ласкает его лицо, приятно то как. Всё так чудесно и хорошо, как будто ничего не случится, как будто даже после смерти мальчика все будет хорошо, как будто ничего и никогда не случалось. Неужели всем всё равно? мир такой умиротворенный, редко появлявщиеся машины продолжают проезжать мимо него, на краю моста, может дело дело полной темноте?может если бы не она, кто то бы остановился, подошёл, кто то бы сказал ему этого не делать, кто то бы сказал "всё хорошо, я помогу тебя" "я спасу тебя" "я понимаю, Чонвон" "ты теперь будешь в порядке" обнял, и отвёл куда то в безопасность, где тепло и уютно, но нет этого не случается. Темнота всю ещё здесь, она поглащала Чонвона и не давала, препятствовать его планам. Перед глазами ещё раз всплывают разные сцены. Неужели до всё? Он не будет спасён, разве он не заслуживает спасения? Не заслуживает лучшего, чтобы он умер далеко в старости, рядом с кем то, счастливым и без тяжести внутри? Похоже что нет. Как только Чонвон решается, вдруг слышит гудки машины и звук шин, какая то белая машина останавливается быстро, оттуда выскакивает фигура которая бежит и приближается, останавливаясь в 7 метрах от него. Парень, какой то думает Чонвон, по виду ему примерно столько же сколько Чонвону, но глядя на его ухоженную новую одежду и машину, понимаешь что он ни имеет ничего общего с Чонвоном. - пожалуйста не делай этого, прошу - раставив руки незнакомец, будто готов ловить Яна стоял тот. И как он только разглядел меня, в темноте? - тебе то какая разница, я уже решил - хриплым и тихим голосом отвечает Чонвон - я прошу тебя, умоляю, что бы у тебя сейчас не случилось, я обещаю что всё станет лучше, не поддаваться мимолетному желанию. - ты думаешь это мимолетное желание? - злым голосом кричит уже Чонвон - да что ты знаешь обо мне! -т...ты прав, я не знаю, но я хочу узнать, спустись для начала и расскажешь мне, я помогу! - ты не в силах помо... - я приложу все усилия! - не даёт закончить предложение Чонвону и кричит в ответ - прошу! От таких слов Ян не сдерживает слёзы. - я не верю! - кричит ещё - я правда, сделаю всё, всё возможное чтобы ты стал счастливым! - орёт в глотку незнакомец - как тебя зовут? Меня вот Джей, а тебя? - ...Чонвон - недоверчиво - Чонвон? Чонвон! Какое же красивое имя, Чонвон! - говорит Джей заставляя Чонвона засмущаться на каплю - прошу спустись оттуда сначала! - нахера? спущюсь и ты выдашь меня полиции, а полиция отправит меня обратно в ад - заключает логичное мышление Ян - нет, правда нет! Я тебя заберу, ты наверное так настрадался, я залечу сначала все раны на теле, и заберу тебя! правда! Я сделаю всю чтобы ты стал счастлив, я обещаю, и...и если не смогу то разорву на части этот мир, сокрушу его! От таких слов Чонвон ухмыляется внутри, через слезы, почему то ему хотелось верить Джей смешной - пфф, и как ты собираешься сокрушить целый мир? - задаёт вопрос заинтересовавшись. - как нибудь, если нанесу ему 200 миллион ударов, то он в конце концов, сокрушится. На такой ответ Чонвон уже начинает в открытую смеяться Он забавный - он должен сокрушиться, потому что я не смог осчастливить Чонвона! Что то в сердце разгорается, что то сверкает там внутри тяжелой души Чонвона - любишь мороженное? давай забежим в аптеку, ты поешь мороженное а я залечу тебе раны? сойдёт? - нежным, добрым голосом говорит Джей. Почему то ему хотелось верить, он был другой, не похож на ублюдков которых раньше видел Чонвон, он был похож на кого то вроде доброй мамы на небесах. - спустишься? - с нежной улыбкой спрашивает незнакомец - ... - через ещё 2 минут раздумий, Чонвон согласился, мороженное казалось хорошей возможностью - хорошо. - ну вот и отлично Видя как Чонвон начинает выбираться из под той стороны моста, Джей подходит ближе, чтобы помочь. А он красивый Чонвон перебирает ногу и поворачивается чтобы перебраться. Как вдруг замечает что летит вниз. Он соскальзнул. Не смог удержаться в этот раз. Последнее что он видит так это испугавшее лицо Джея, как он пытается рукой схватить Чонвона, но уже поздно. Он касается его кончиком пальца. Не этого хотел Чонвон, в миг он почему то вспоминает не моменты из дет сада, школы или дома, а Джея. Джея который сейчас стоял на краю моста со смешным напуганным лицом. Джея который был готов излечить раны Чонвона, и нанести 200 миллионов ударов этому чертовому миру. Джея который был готов сокрушить его. Джея который увидел его в полной темноте. Чонвон падает, а жаль, Джей ему понравился, может тот бы успокоил его, обнял и спас его, может если бы Чонвон не соскальзнул, или может если бы Джей приехал раньше, помог перебраться, сказал ему быть аккуратнее. Или может впринципе если бы Джей появился в жизни несчатного Чонвона раньше, может в дет саде, может в школе, на улице или даже в доме, может он бы его спас? Стал бы его знакомым, другом, спасителем или ещё чего кем нибудь. Чонвон до последнего смотрит на лицо Джея, пока падает, и напоследок улыбается перед тем как больно как камень, погрузиться в ледянную воду. Вода хоть и холодная, но в сердце Чонвона разгорается маленькое пламя, хоть и маленькое, но оно его греет, в этом огромном мире, ему этого хватает. Чонвон смотрит все ещё в сторону Джея, хоть и под водой, со стороны Джея светится свет, Ян Чонвон до последнего глядит в этот свет, через синие полотна воды, видит проблеск света Наверняка это Джей. Чонвон тепло улыбается, перед тем как закрыть глаза и отпустить свет. Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Джей Надо запомнить, Джея. Запомню, навсегда, Джея. Я оттыщу тебя в следующей жизни и скажу спасибо, возможно через десятки или сотни лет, но буду рядом, и проговорю твоё имя, Джей, настолько что я достану тебя и всех этим, я обещаю я его никогда не забуду. Надеюсь в следующей жизни я буду бок о бок с тобой, неважно как, и кем, главное что с Джеем. И уж тогда ты не сможешь отпустить мою руку Спасибо что смог разглядеть меня во тьме