Нарния - мой дом

Эдмунд мысленно проклял свою перьевую ручку. Все пальцы были испачканы чернилами. Продолжая игнорировать беспорядок на письменном столе, он нашел какой-то кусок ткани и попытался вытереть им пальцы. Вот почему Эдмунд обычно оставлял бумажную волокиту барсукам. Они с ней справлялись гораздо лучше него. Единственной причиной, по которой Эдмунд сегодня нашел в себе силы сесть за рабочий стол, было письмо, принесенное прошлой ночью альбатросом откуда-то с востока. В нем Сьюзен писала о приключениях, в которых побывали они с Набией. Все же он немного завидовал сестре, выбравшей свободу для путешествий и исследований. То, как она описывала места, которые посетила, и людей, которых встретила, заставляло Эдмунда еще сильнее желать увидеть все это самому.  В действительности, были и еще причины, почему его ручка сломалась. Эдмунд ощущал, что его эмоции похожи на те, что он испытывал в четырнадцать. Он все так же боролся с жуткой завистью к своей семье. Его по-настоящему злило существование этого чувства, это ведь просто нелепо. У него ушло 5 лет, чтобы принять то, что Питер был Верховным королем и из-за этого мог по-другому относиться к Эдмунду, но не обязательно потому, что был лучше него. На самом деле Эдмунд знал, что во многом был лучше Питера и вместе они уравновешивали друг друга. Эдмунд принял это много лет назад, но всего одного дипломатического визита из Каломерна, на котором Питер был назначен великим визирем, хватило, чтобы ребяческая зависть Эдмунда подняла свою уродливую голову.  На самом деле Эдмунд просто не мог спокойно стоять и слушать, как его брат и сестры веселятся без него. Это вызывало в нем ужасные мысли и воспоминания о времени, когда Эдмунд считал себя изгоем в окружении своих счастливых родственников. Если бы Эдмунд решил покопаться в себе, то понял, что его приступы зависти начались три месяца назад, когда Люси и Рилиан ушли в поход глубоко в северные леса.  Люси мечтала побывать в этих лесах с прошлой осени и уже с того момента планировала путешествие, что было для нее в новинку. Обычно Люси просто уходила в лес и возвращалась, когда захочет. Неважно через сколько, будь то пару часов, или восемь месяцев. Но когда Люси сказала, что хочет взять Рилиана с собой это обрело смысл. Рилиану было шестнадцать, его семнадцатый день рождения должен состояться в следующую среду, и Эдмунд вынужден каждый день отбиваться от знати с их предложениями о праздновании.  Так что, возможно, Эдмунд немного устал, а Люси с Рилианом вернулись из своего путешествия всего неделю назад, со свежими лицами и счастливыми глазами, а вместе с ними во дворце появилась прекрасная звезда по имени Ариадна. Они познакомились во время одной из последних ночей танцев с деревьями, когда она захотела спуститься с неба и присоединиться к веселью. Не сказать что это было редкостью для звезд, необычным было то, что Ариадна захотела остаться. Конечно, Эдмунд завидовал приключениям Сьюзен и возможности Люси уйти к деревьям, когда захочется, но вся суть его отвратительного настроения заключалась в его муже. Каспиан был явно очарован Ариадной.  До этого Каспиан никогда не встречал звезд и был поражен сиянием Ариадны с тех пор, как она вошла в ворота Кэр-Параваля. Это неприятное чувство зудело у Эдмунда под кожей, и хотя он знал, что это глупо, но все равно не мог вынести того, как Каспиан светился рядом с Ариадной, притягиваясь к ней, словно цветок к солнцу. Эдмунд первым узнал, что Каспиан немного одержим звездами. Когда они впервые танцевали на лугу возле холма Аслана, он добрых двадцать минут с гордостью рассказывал обо всех звездах, что знал.  Так что Эдмунд написал Сьюзен слегка отчаянное письмо, намекая в нем на неизбежный распад своего брака и прося о разрешении прожить остаток своих дней в качестве прихлебателя в ее путешествиях.