Всего лишь сон

1. Месяц. Уже как ровно месяц Цвия мучается от кошмаров по ночам. С самого первого дня она считает их количество и оно далеко не самое утешительное... Вздрогнув, девушка судорожно глотала ртом воздух, откидывая одеяло в сторону. Жар в теле. Одежда впивающаяся в горло, от чего она схватилась за ворот, пытаясь оттянуть. Это первое, что она почувствовала как только проснулась. Затем были слёзы на лице и собственные шумные выдохи, звучавшие в тишине барака, как гром среди ясного неба. Присев на лежанке, вцепившись рукой в форму, что душила не хуже лап Эйнара, Цвия пыталась прийти в себя. Глаза бегали по комнате, пытаясь найти то, что может отвлечь от приближающейся панической атаки. Кроме спящих тушек сокомандников в темноте ничего не было видно, однако внимание привлек догорающий огонь в камине напротив неё. Сам камин стоял к спальным местам боком, поэтому едва ли она успела что-то разглядеть, кроме слабо мерцающих искр в подогревших угольках. Однако этого хватило, чтобы наконец успокоить шумное дыхание и бегающие глаза. Но никак не израненную душу, что своими громкими мыслями мешала воительнице жить. Цвия чувствовала себя жалко, сидя в безмолвии ночи совершенно одна среди полной комнаты людей. Засохшие слезы неприятно стягивали кожу, заставляли чувствовать себя ещё более ущербно. Не выдержав, девушка аккуратно встала, не желая будить товарищей, вышла на улицу. Дверь, как на зло, заскрипела громче обычного. Приятный, слегка морозный весенний воздух обдул девичьи щёки, когда она припала к стене барака. Тяжёлые мысли продолжали лезть в голову, но свежий воздух отвлекал. На секунду она почувствовала обманчивый вкус свободы. Как будто сейчас, вдохнув лёгкими больше кислорода, она может пойти куда угодно. Куда бы она пошла в первую очередь? Без колебаний пришло в голову лишь одно заветное место: «Домой». Обнять родителей, Агне, посидеть вместе у камина – она желала лишь этого. Юная берсерша бы подробно рассказала о заданиях, на которые ходит с товарищами. О их приключениях, которые бы наверняка понравятся младшему брату. Она представила, как он повис у неё на шее, крича в лицо: «я тоже так хочу!». Цвия бы прижала его к себе, говорила, что у него всё впереди. Одинокая слеза вновь скатилась по засохшему следу. У неё не было свободы, и вероятно уже не будет. От неё хотят, ожидают что-то слишком много людей. На нее возложили слишком много обязанностей, позабыв, что несколько месяцев назад она была простой хулиганкой, находящей утешение от тягот жизни в эле. Но новая жизнь не была так уж плоха, она хорошо ела, одевалась, содержала семью. У неё появилось много друзей, соратников, почти каждый день был наполнен счастьем рядом с близкими людьми. Но под руку с ними шла смерть, что рано или поздно давала о себе знать. Спускала с небес на землю, давала понять, что никто из них не неуязвим. И что будет впереди Цвии только снится, в кошмарах, обволакивающих её тело ужасом и болью. Она устала... От чужих ожиданий, от своей беспомощности, от, казалось бы, едва начавшейся службы берсерков. – Цвия? – как из под толщи мыслей воды она услышала голос. Флок. Она посмотрела на его заспанное лицо, знакомо нахмуренные брови и про себя подумала: «Самый мой большой страх – потерять тебя». Этот страх давал о себе напомнить почти каждую ночь, каждое сновидение... Не прокомментировав её заплаканный вид, напарник сказал, без шанса на отступление: – Пошли, – кивнул головой во внутрь барака. Цвия знала, он не был удивлен. Флок знал о её состоянии уже долгое время. Ловил её пустой взгляд на завтраках, который она не успела замаскировать под привычный весёлый или наигранно хмурый. Так же наблюдал, как она выходит подышать свежим воздухом перед сном. Борясь со страхом засыпать, и снова, и снова видеть те же картины, слышать те же крики. Возможно, она бы хотела поговорить об этом, но не хотела грузить парня своими переживаниями. Возможно, она думала ему по просту плевать. Они молча вернулись на свои лежанки. Едва присев на свою, девушка почувствовала ладонь напарника на запястье. Случайно вырвался вопрос: – Что ты?... Но он потянул её на себя, утягивая в свои объятия без права на отказ. Взволнованными глазами глядя на неё, он прошептал в спутанные волосы: – Иди сюда, – несмотря на то, что она уже была тесно прижата к нему телом к телу. Имел ли он ввиду что-то иное, отличное от физического контакта? Ведь мыслями Цвия была далеко от сюда... Но неожиданная близость заставила-таки вынуть голову из бочки с водой и взглянуть на мир по-другому. Сердце затрепетало в груди не от страха, а от горячих рук, что гладили неуверенно ссутулившуюся спину. Уха коснулось горячее дыхание, Флок прошептал: – Что с тобой происходит? Расскажи мне. И снова тон, что не несёт в себе права выбора. Он приказывает, и Цвия беззаговорочно слушается. В сумраке комнаты лишь они и чужое дыхание. Лишь они и его ласковый голос, рассказывающий ей сказку, чтобы сон был спокойный. Они и его приятный запах от формы, в которую Цвия вжимается носом. Она уснула быстро, и умиротворение заполнило безостановочно находящуюся в раздумьях голову. И девушка без понятия, что именно помогло, её вырвавшиеся на свободу мысли или его теплое тело, обволакивающее лучше всяких одеял. 2. – Ульвар, справа! Скрывшись в тени дерева, Цвия проткнула клинком тело одного из противников, что окружили напарника. Проговорив заклинание, она кивнула на благодарность друга, избавилась от ещё одного чудовища, что собирался напасть сзади. Сумрак леса одновременно был не к стати, но и играл на руку, позволяя изредка скрываться в тени. Месяц едва ли освещал им местность, но изобилие звёзд мало, но решало эту проблему. Перепрыгивая через корни деревьев, воительница бежала в сторону реки. Услышав крик, она ускорилась, пытаясь заглушить звук бешеного сердцебиения в ушах. Остановившись, Цвия прислушалась к шуму воды. Пробираясь через кусты, она тут же выбежала на берег. Флок стоял у реки, едва освещаемый исчезающим синим огнем – тем, что остался от противника. Он опустил руку с клинком, оставаясь совершенно непоколебимым. Едва завидив его целым и невредимым, Цвия только заметила, как долго задерживала воздух в лёгких от волнения. Она шумно выдохнула, улыбнувшись в ответ на взгляд напарника. Сзади послышались шаги, и голос Харальда развеял тишину между ними. – Вот ведь развелось! Еле отбились! – Если для тебя это «еле отбились», то что ты будешь делать в более опасных ситуациях? – высокомерно спросил Флок, сложив руки на груди. – Ребят, давайте уже передохнем. Цвия согласно кивнула на прекрасное предложение Ульвара. Решив, что для начала им нужен сон, а возвращение в родные края второстепенно, сокомандники принялись искать безопасное место для ночлега. Ноги заплетались от усталости, в то время как глаза слипались по той же причине. Девушка мечтала сейчас не столько о сне, сколько об долгожданной бане. Они в пути всего третий день, но нормально помыться не помешало бы. Грязь на ладонях ощущалась особенно сильно, и даже река не смогла отмыть это ощущение. Некоторое время идя через лес, наступая на муравейники, и атакуя каждую попавшуюся ветку, что показалась монстром, они всё же дошли до небольшого селения. Флок сложил карту местности за пазуху, выданную форингом, пояснил: – Здесь есть таверна, в ней же гостинница. Я пойду в баню, не могу терпеть этот смрад. Он сморщился, подтверждая свои слова. Ульвар согласно кивнул: – Я тоже. Цвия воодушевленно решила идти с ними. Харальд, под давлением большинства, желающий только сна, пошёл с ними. Общественные бани дело ей привычное, поэтому быстро расправившись со своими нуждами, девушка надела новый комплект одежды. Распаренная кожа приятно обдалась мурашками, от прохладного весеннего ветерка. Она направилась прямиком в таверну. Зайдя, воительница тут же наткнулась взглядом на Флока, что выглядел слишком роскошно среди скудного убранства заведения. На нём так же висел старый комплект одежды, но на этот раз чистый, как будто он только собрался в путь, а не завершал его. «И когда только успел?», – спросила себя Цвия, подойдя к парню. – В последний день мы сберегли выданные форингом средства. Решили спать по двое, – уголок его губ дразняще поднялся вверх, пока он вёл её к их комнате через лестницу. – А если я против спать с тобой?! – смущённо злясь спросила она. – Как жаль, а я не против делить постель с такой... Он не успел договорить, как в бок, совсем не нежно, прилетел чужой локоть. Прокряхтев что-то неразборчивое, парень всё же привычно ухмыльнулся. – Да ладно. Приставать не буду. – А у тебя был выбор? Хмыкнув, он галантно открыл ей дверь, пропуская первой: – Прошу. Цвия косо посмотрела на него, не оценив подозрительную вежливость. Её лицо вытянулось в удивлении, когда она осмотрела спальню. Вместо ожидаемой одинокой лежанки, её встретили две полноценные кровати. Хоть комната и не отличалась особым убранством, она была чистой и уютной. Даже имелся небольшой очаг, на котором можно было приготовить еду. Но расстоянию между кроватями оставалось желать лучшего,едва ли метр был между ними. Истолковав её озадаченное выражение лица неправильно, он издевался: – Что, ожидала чего-то иного? Флок вальяжно прошел к одной из кровати, снимая накидку, сложил её на тумбочку рядом. Цвия фыркнула, отмахиваясь от наглого парня. Раздевшись до нательной рубахи, она юркнула под одеяло по самую голову. Немного погодя, все же выглянула, стрельнув взглядом в неожиданно нагую спину парня. В тусклом оконном свете, мышцы приобрели более чёткие очертания. До этого момента скрытые под слоем одежды родинки, наконец показались ей. Флок был так близко, протянуть бы руку, посчитать каждую из тёмных точек. Они как звёзды, что раскинулись по его спине, как на небе. – Пялишься, – заметил напарник, обернувшись через плечо с игривой ухмылкой. – Было бы на что, – угрюмо буркнула воительница, насильно заставив себя оторвать взгляд и повернуться лицом в стену. Пребывая в полусонном состоянии, Цвия неосознанно сжала тонкими пальцами одеяло. Темнота пленила её, отвергая все попытки проснуться, как бы она не старалась. Собственные руки и тело – это все что она видела. Под босыми ногами осязала холодный пол, но понять, была ли это земля или деревянные доски гостиницы, девушка не могла. Чужой голос прогремел спустя, казалось, несколько часов, неожиданно и громко. Как будто подражая собственным мыслям в голове. « Он рядом. Тот кто обманет, тот кто заставит тебя винить себя в том, в чём ты не виновна. » Цвия замотала головой, стараясь рассеять наваждение. Она испуганно заозиралась по сторонам, на секунду забыв о кромешной пустоте вокруг. – Что? Пока шёпот повторял одно и то же пророчество, ноги подкосились. Она взялась руками за голову, больно вцепилась пальцами в корни волос. « Хитрый. Коварный. Но сознание его запутано. Словно два разума в одном теле. Каждый хочет поступать по своему, каждый хочет добиться своего. » Ступни вдруг обуял холод, ещё чуть-чуть и пальцы примерзнут к невидимому полу. Не в силах стоять на ногах, девушка упала. В жалкой попытке согреться, подогнула ноги под себя. Средней длины ночная рубаха не помогала сохранить тепло. « Протяни руку и коснешься предателя. Он видит твои страдания, но решить не в силах, помочь или дать тебе шанс покорить собственную тень. Ты должна привыкнуть, ты должна совладать... » Голос обрывается. Вздрогнув, Цвия проморгалась, вместо пугающей тьмы, смотря в потолок. Руки, казалось онемели, едва шевеля ими, она коснулась своего лица. Прикрыв глаза, облегчённо думала: « Всего лишь сон...». И лишь придя в себя, поняла, что кровать прогнулась под чужим весом. Потная ладонь вернулась обратно, а взгляд тут же встретился с неестественно изумрудными глазами. Они сверкали в темноте комнаты, одновременно завораживая и пугая. Отвлекали на себя внимание от лица их обладателя, что находилось в тени. Неизвестный человек слегка склонился над ней, рассматривая, изучая. Девушка не видела, но как будто чувствовала его. Само его существо, хитрую натуру, что оберегала от боли, помогала возводить стены между её хозяином и другими людьми. Его гладкие ладони, обжигающие её живот сквозь ткань одеяла. Она явственно ощущала даже тепло его тела через слои ткани. Всё было знакомо, но Цвия не могла вспомнить кому именно это всё принадлежит. В голове лишь мелькают лица, воспоминания, чья-то наглая ухмылка, веснушки на точеном носу и пучок темных волос на макушке. Обжигающее прикосновение руки коснулось её лба и она закрыла глаза, погружаясь в забвение. – Спи. Спи и не думай. – прошептал в тишине ночи низкий голос, одновременно знакомый и незнакомый. На следующее утро воительница проснулась на удивление бодрой. Силы наполняли её тело, не смотря на жуткий сон, который... который она не помнит? Цвия не придала этому особого значения, сладко потягиваясь на мягком матрасе. И лишь непонятный зелёный цвет, что мельтешил перед глазами, напоминал об беспокойной ночи. Дверь шумно отворилась, Флок вошёл полностью собранный и готовый идти в путь. В руке он держал неизвестный свёрток. – Собирайся, я разбудил ребят. И поешь. Девушка села на кровати, готовая принять дар, но парень просто остановился перед ней. Задумчиво смотрел на её лохматую волнистую голову. Внезапное внимание к своей персоне напомнило о её виде. Рубаха хоть и прикрывала все причинные места, девушке стало неловко от их контраста. Флок возвышался над ней, весь одетый, включая теплую накидку и сапоги. В то время как она, босая и накрытая одним слоем одежды, сидела в кровати, смотрела на него сверху вниз. Стараясь не поддаваться желанию обнять себя руками, закрыться от его пристального взгляда, воительница спросила: – Т-ты чего? – голос дрогнул, но она не сдалась под тяжёлым взглядом зелёных глаз. Она неожиданно сконцентрировалась на них, брови удивлённо подскочили вверх. Темнота его взгляда напомнила о прошедшей ночи, и перед глазами вспыхнул силуэт с яркими изумрудными глазами. Совсем не как у Флока. Приглушённый цвет его радужки скорее напоминал ель в зимнюю пору – тёмная и едва уловимая зелень. Размышления так и не получило своего логичного завершения, парень искренне улыбнулся ей и насмешливо положил свёрток с едой прямо на чёрную макушку. Цвия зло схватилась за его запястье. – Эй! Чего творишь-то?! – Забавная ты, – последнее, что сказал Флок, перед тем как расслабить хватку. Она поспешила забрать еду с собственной головы. Воительница недовольно скосила взгляд на его безмятежное лицо, когда он подошёл к окну и опёрся задом о подоконник. Она хмуро развязывала узел, но лицо тут же засветилось счастьем, увидев содержимое. – Сладкие лепёшки?! Да и ещё с облепиховым вареньем?! – не веря своим глазам, она покрутила лепёшку в воздухе, рассматривая, – Лисяра, ты где это добро украл!? Напарник хмыкнул. – Вообще-то, воровство это по твоей части. – Ой, замолчи. Не в силах терпеть, Цвия вгрызлась в мягкое тесто, пребывая где-то в Вальхалле от блаженства. Смакуя на языке ягодки, она едва сдержала стон от божественного вкуса. Смотря на её довольное чумазое лицо, Флок чувствал не то облегченние, не то страх перед будущим. Он вынужден исполнить свой долг, предать её, своих новых друзей. Но это будет потом... Сейчас же он просто наслаждается моментом, проживая его как обычный смертный. Как обычный парень, который просто следует по направлению судьбы. Когда Цвия доела, облизывая свои пальцы и едва ли не плача от того, что всё хорошее –скоротечно, воин подошёл ближе. Матрас прогнулся под тяжестью его тела, когда он сел рядом с ней. Удивлённо выпучив холодные голубые глаза, она смотрела на его ласковое выражение лица. – Ты пока собирайся, Ульвар и Харальд всё равно будут завтракать, – изящная ладонь обожгла касанием кожу на шее, медленно поднялась к лицу. Дыхание девушки перехватило, не в силах оторвать взгляд от его лица. Большим пальцем Флок аккуратным нажимом вытер с уголка её губ варенье, – я подожду вас внизу. Цвия с замиранием сердца наблюдала как его ладонь приближается к лицу. Розовые губы приоткрылись, являя её взору мокрый язык, что за секунду, казавшейся ей вечностью, слизнул с пальца сладость. Девичье лицо тут же вспыхнуло от смущения. Пока она приходила в себя, довольный своей выходкой, Флок вышел из комнаты. Воительница прикрыла лицо руками от стыда, и прошептала: – Может это тоже сон?... 3. Этот день подкрался неожиданно. Нет, не как лесной зверь, который выжидает, когда твоя напряжённая спина повернётся к нему. Когда ты знаешь, что нападение будет, но не можешь уловить точный момент. И когда животное скрывается в тени, когда почувствует, тот момент, когда ты уязвим – нападает. Этот день подкрался спокойно. Так же быстро, как когда ты уснул в гармонии, а потом мгновенно проснулся, едва осознавая, что жизнь больше не будет прежней. О дне Наречения Флок узнал внезапно, спонтанно. Был взбешён из-за того, что пропустил важную информацию, но быстро нашёл выход. Немедленно связался с Эйнаром, они повторили недавно выдуманный план и оставалось только ждать. Ждать своей смерти. Бог хитрости и коварства на этот раз прекрасно проявил себя – придуманный им план был прекрасен. Одна его часть думала так, другая понимала – его последствия будут велики. Цвия никогда не простит его, до самого Рагнарёка осадок в её сердце будет травить его душу. Скорее всего, она возненавидет его так, как никогда раньше. Человек может пережить предательство друга, сослуживца. Да даже собственных предков, семьи, но предательство человека, которого любил, который был дорог – нет. Локи это понимал и морально был готов к отречению от собственных чувств. По крайней мере, он так думал. План был прост, идеален. Эйнар нападает на них во время празднества, вокруг хаос и разруха, крики людей о пощаде. Рагна должна увидеть, как Флок и Эйнар сражаются, бой кровопролитный и жестокий. А потом – трагичная смерть Флока явит в мир его истинную сущность Йотуна, по совместительству Бога Хитрости и Обмана – Локи. Душераздирающая боль от смерти любимого вызовет в ней силу матери, а потом и самого первородного дракона. Он не верил, что Имир вернётся, но такой вариант тоже рассчитал. В таком случае, дракон будет приятным бонусом. Но основная цель их плана – убийство Флока и возвращение Локи. Уже после – получение Имир и борьба с асами. После встречи с Эйнаром, он был воодушевлен предстоящей битвой. Но... Едва завидев её, прекрасную Цвию, принадлежавшую Флоку , не ему, дыхание спёрло. Она выросла красивой девушкой, желанной невестой для перспективных мужей. Но была вынуждена быть бесполым воином, сражающейся за благо Мидгарда. Доселе видя её только в броне, что придавала ей серьезный и опасный вид, Флок обомлел, когда она подошла к нему в платье. Она напоминала ему солнце, в этом светлом оранжевом платье и с румяными щеками. Бог готов был поклясться, её красоте позавидовали бы сами богини Асгарда. Цвия смущённо смотрела в сторону, неуверенно сложив руки на груди. Желая разбить это ненужное смущение, он сам не заметил, как выпалил: – Ты чудесно выглядишь, Волчонок. Лицо само по себе расплылось в улыбке, то ли от её наряда, то ли от очаровательного вида красных девичьих щёчек. – Да ну, как дура выгляжу! Мне совсем не идёт... Она уныло рассматривала полы своего одеяния. Он не мог выносить её незаслуженную неуверенность в себе. – Не говори ерунды. Каждый здесь завидует мне, ведь ты стоишь рядом со мной, а не с ними. – озорная ухмылка незамедлительно повлияла на девушку. Ранее нахмуренные брови расслабились, спина выпрямилась, а взгляд прямой, стал на дюйм смелее. В этот день он не мог не позволить себе в последний раз насладиться ею сполна. Они танцевали, веселись и вели себя как обычно – как Флок и Цвия, напарники или что-то большее? Он смотрел на неё без устали, стараясь моргать как можно реже, желая выжечь её образ веках. Запомнить так, чтобы потом смог бы нарисовать по памяти каждый шрам, каждую черту лица. Флок навострил уши, чтобы слышать её смех как никогда чётко, запомнить и воспроизводить в трудные моменты. Цвия смотрела на него так доверительно, что вспоминая то, что будет дальше, становилось омерзительно от самого себя. Хотелось всё отменить, продолжить дальше жить эту прекрасную жизнь с ней, быть для неё отдушиной, а не кошмаром на Яву, коим он непременно станет в будущем. Ненавидя этот день, выродка Эйнара и собственное существо, он прижимался щекой к земле, горячей от пламени драконихи. Ненавидел себя, расфокусированным взглядом смотря на ту, что стала так дорога сердцу Флока. Она, сидя неподалёку, не в силах встать, захлебывалась в слезах и крови, что размазась по лицу. «Надеюсь, кровь не твоя,» – промелькнуло в мыслях парня. Как же обидно – длинное платье испачкалось от пыли и крови. Цвия его больше не наденет, и он жалеет, что теперь наряд будет напоминать ей не о его комплементах, а о боли, предательстве и этом страшном дне. Едва выйдя из тени деревьев, на него сразу устремились полные неверия взгляды. Но смотря сквозь спины вынужденных напарников, он видел только злобный, по-настоящему холодный взгляд голубых глаз. Смотрел в ответ, не отводя глаза, спокойно и без колебаний. И только непослушные дрожащие кончики пальцев могут выдать его волнение. Прошло всего ничего с того момента, как Флок был объявлен убитым. Но она выглядела так, словно повзрослела на лет десять. Цвия исхудала, это было видно по облегающей её тело лёгкой броне, взгляд, что раньше был наивным, плескался сталью и уверенностью. Под глазами залегли тени, что были свидетельством её усталости. Флок внутри сокрушался, порывался броситься к ней, ведь именно он стал причиной её боли и страданий. Но Локи стоял неподвижно. – Я убью тебя, хелев предатель, – прорычал сквозь зубы Рагна.