В банке из под чернил

— Мне показалось, что это будет смотреться круто. Ну, забитые рука, — уверено говорит Гарри и Драко вскидывает бровь. Гарри находится одним из последних людей в его списке, которые захотели бы сделать себе татуировку. Поттер остерегается иголок, не делает пирсинг и явно не против чистой кожи без чернил. Другое дело, что все вокруг почему-то были отчаянно убеждены, что татуировки добавят ему баллов крутости и идеально подходят под его характер, а вот Драко уже другое дело, да. Малфой же весь из себя аристократ, который даже на пирсинг морщит нос. Но вот как сложилась судьба — тату мастер здесь Драко, а клиент пышущий напускной уверенностью, Поттер. — Ну, предположим, — кивает Малфой и поднимается со стула. — Что хотите набить? Рукава? Есть идеи? Он едва уворачивается и ожившего рисунка над головой и, не смотря на него, быстро запихивает его обратно на пергамент, а затем подходит к Поттеру, обходя стопки рисунков на полу и пустые банки из под красок. — Мне нужна не просто декоративная, а с защитными свойства. Сначала поменьше какую-нибудь, — слегка сдаёт назад Гарри и закатывает рукава. — А что есть? Поттер смотрит на подвешенные прищепками эскизы над головой, словно гирлянды или сохнущая одежда, на свечу, чей дым меняет цвет и запах по настроению хозяина, на аккуратные ряды цветных чернил в коробках. Магическая татуировка сильно отличается от маггловской, знают все полукровки и магглорожденные. Огромное количество ритуалов, приспособлений и техник. Драко предпочитает современный и чистый способ, без шокирования тонкой душевной организации всех магглорожденных. Малфой берёт в руки волшебную палочку и медленно крутит ей. Люциус упадёт, если увидит, что Драко сделал с собой — пирсинг в брови, выбритые виски, висящие на хрящах и мочках уха серьги. А ещё просто огромное количество магических татуировок.  Из его воротника аккуратно выглядывает рисунок саламандры, что моргает чернильными глазами-бусинками и по его шее ползёт обратно вниз на спину. По шокированному взгляду Гарри, Драко с удовольствием отмечает, что тот её заметил. — И это не все. Он стучит по висящему на прищепке пергаменту палочкой и рисунок пламени на ней оживает, словно Драко только что поджёг его. Он стучит ещё раз и из разбросанных листов начинают выползать эскизы птиц, гиппогрифов, скачущих букв. — Какого рода защитные? Сглазы, проклятия, привороты? — От атакующих проклятий. На недавних миссиях оказалось, что кто-то активно расширяет арсенал боевых заклинаний. Гарри небрежно хмыкает, а Драко чувствует подступающую к горлу злость. То ли все авроры настолько непроходимые тупицы, то ли гриффиндораская тупость никак не хочет уходить, то ли это сам Поттер до сих пор невыносимый. И что-то подсказывает, что всё сразу. Ему хочется высказать ему всё, слова уже крутятся на языке, но Малфой с трудом их проглатывает и подбирает с рисунка синицу. Профессионализм превыше всего, естественно. Малфой хватает Гарри за предплечье и палочкой переводит синицу на неё. Птица растекается по коже, машет крыльями и летит в сторону плеча. — Это всё? Ты сделал мне тату? Драко закатывает глаза. Вот поэтому он не любит работать с волшебниками из маггловского мира. Но привыкнуть можно. — Я смотрю, как на тебе она смотрится и как реагирует на тебя. Возможно, что придётся делать эскиз с нуля.  Будто подтверждая слова Драко, синица начинает беситься по коже Поттера, и Драко быстро её убирает, пока рисунок не начал жечь кожу. Саламандра с интересом лезет на пальцы волшебника и Гарри залипает, как рисунок оборачивается вокруг запястья и замирает, словно браслет. — Она греет меня и защищает от лёгких ожогов, — объясняет функции саламандры Драко и почёсывает её по мордочке. Дальше Драко просит Гарри снять мантию и приступает с особым рвением. Едва щекотно проводит по торсу палочкой, вызывая мурашки на чужой коже и создавая рисунки волн, оборачивает его руки пламенем, о которое словно можно согреться, пускает до настоящей щекотки толстую кошку, маленькую стаю мышей, белоснежную сову, помещающуюся на ладони. Гарри на каждый рисунок реагирует спокойно, иногда смеётся и улыбается. Они ничего не говорят, когда саламандра на руке Драко просыпается и пытается дотянуться до спящей на шраме ящерицы где-то около груди Поттера. — Хорошо, мы проверили твою реакцию, определились с размером и заклинаниями, — разминает Малфой шею и машет палочкой, позволяя перу писать самому. — Мы можем сделать руническую татуировку или живое существо. Что хочешь? Тебе сова понравилась? Поттер задумчиво застёгивает мантию и смотрит в окно на уходящий день. Его глаза, как зелёный витраж, словно таят на солнце. Всегда держащий осанку и лицо на газетах Поттер, сейчас он смотрится почти домашним, до прыгающего на груди кролика или хомячка под сердцем. — У меня есть идея. Могу сделать примерный набросок? Драко кивает и Гарри берёт чистый пергамент с пером. Он быстро что-то царапает, внимательно обводит и поправляет, задумчиво прикусывавший свои сухие губы. Драко хочет посоветовать ему что-то от этого: мазь, гигиеничку, свои губы.  И ещё ему интересно, что он придумал и теперь с таким интересом рисует.  Наконец-то Гарри заканчивает, ещё раз придирчиво осматривает и подаёт его в руки Драко, в последний момент неловко улыбнувшись. Драко вскидывает бровь и разворачивает пергамент в сторону рисунка.  — О, — вырывается у него. — Дракон.  Гарри жмёт плечами и никак не комментирует свой выбор. А Драко промаргивается и всматривается в рисунок, где нарисован не совсем аккуратный дракон с небольшими кляксами по телу, в которых он узнаёт, естественно, созвездие дракона.  — Сначала я подумал, что просто созвездие вполне достаточно. Будет плыть по моему телу, как по небу, — неловко шутит Поттер. — Но твоя саламандра явно от меня в восторге. Подумал, может ей нужна компания. Драко не сдерживает улыбки. — А общаться они будут кожа к коже?  Или перепрыгивать на время друг к другу? — Ну, я думаю, что ты знаешь, как это устроить, — улыбается ему в ответ и клонит голову, почти как сова. Его очки бликуют и сердце Драко немного сбивается с ритма. — Так что? — Приведу рисунок в порядок и заколдую его. Потом выберешь лучший, — он откладывает лист в сторону. — Но я должен лично проверять его работу и заживление. Профессионализм, знаешь.  — О, не сомневаюсь.  Они оба улыбаются друг другу и Драко провожает его к выходу, напоследок разрешая Поттеру погладить саламандру на его коже. И подталкивает его в спину, когда из под одежды выползает маленький оленёнок, чтоб не смотреть на слишком знающее лицо Поттера.  Он рисует несколько десятков набросков разнообразных драконов на основе рисунка Гарри, когда тот приходит к нему в следующий раз. Он ловко маневрирует между живыми рисунками, банками и разбросанными листами, пока не присаживается на кресло и берёт первый попавшийся. — О, красивый. Его наносить будем? — Держи и выбирай, — вздыхает на его беспечность Драко и ставит перед ним целую стопку.  Драко пьёт зелёный чай с лимоном и любуется плечами, спрятанными под алой мантией. Плюсы в одежде магического мира были хотя бы в том, что можно было сосредоточиться на человеке, а не на его теле. Смотреть на Гарри в облегающих маггловских рубашках и водолазках ему бы очень не хотелось, ведь он совсем потеряет всякую гордость.  Наконец-то Гарри берёт один из листов и подаёт Драко. На нём стройный белый дракон, с редкими серебряными чешуйками. Маленький дракон изрыгает зелёное пламя и предпочитает плыть по телу, а не ползти. Он ожидал от Гарри чего-то менее элегантного и оказывается удивлён. — Он на тебя похож, — отвечает тот на невысказанный вопрос. Они составляют список заклинаний и Драко рассчитывает формулу и способ, как их нанести на дракона и оживить его. Гарри рассказывает, как на последнем задании его задели тёмным заклинанием и пришлось собрать едва ли не всех врачей из Мунго, чтоб заклинание определить. Разрушает кожу, пролетает через обычный протего (если он не создан достаточно мощно). Да и создан так запутано, что было легче его сразу весь удалить, несмотря на риски, а не удалять потихоньку. — Это был ужас. У меня до сих пор немного болит то место, — жалуется Гарри, а Драко обещает запихнуть в татуировку протего максима. Поттер ведёт себя спокойно, иногда шутит шутки (иногда смешные), задаёт глупые вопросы, а потом весело рассказывает истории с работы, от которых и так светловолосый Драко чувствует, как седеет ещё больше. — Примерь. Дракончик прыгает по телу Гарри и быстро пропадает с огорчённым вздохом Поттера, пока Драко активно записывает всё в блокнот. Он звенит своими новыми серьгами из бутылочного стекла (спасибо Лавгуд) и настоятельно просит Гарри не умереть, пока Драко не закончит рисунок. Гарри говорит, что всё отлично. И, разумеется, залетает в больницу Святого Мунго уже через два дня. Уизли явно удивлён его появлению в коридоре больницы, но вздыхает и просто говорит, в какой Поттер палате. Он выглядит потрёпаным, но явно лучше, если его не положили в больницу вместе с другом. В больнице пахнет зельями, лекарствами и кровью. Поттер лежит в общей палате и Драко проходит мимо его коллег, измотанное бинтами тело которых защищают татуировки в виде рун, светящихся надписей, узоров и рисунков. И только Гарри со своей девственной кожей почти сливается с простынёй. Гарри накладывает полог тишины и прикрывает их ото всех ширмой. У Поттера хватает наглости улыбнуться измученной улыбкой и обхватить ладонь Драко своей, позволяя саламандре и хомячку начать спорить за место рядом с кожей Гарри. — Придурок, — начинает Драко, пока Гарри недовольно не отводит взгляд. — Да, да. Совсем без мозгов.  Он достаёт и кармана листок и аккуратно приподнимает кофту Гарри,  морщась от вида ран. Кажется, будто его хотели на конфетти порезать. Не то что бы ему это было незнакомо, но всё же.  Лёгким движением палочки и сорвавшимся с губ заклинанием, дракон на рисунке оживает и с помощью палочки медленно переползает с пергамента на кожу пациента. Гарри недовольно и болезненно стонет, но Драко придерживает его за руку и говорит, что нужно немного перетерпеть, пока магия рисунка и его магия не переплетутся. Дракон на коже мечется, жжётся, но через пару минут растворяется в чужой магии и срастается с ней. Гарри наконец-то облегчённо выдыхает и вытирает пот со лба, когда серебристый дракон с узором в виде созвездия начинает плыть по его телу. — Мерлин. Я чувствую себя лучше. — Я добавил целительные свойства. Как чувствовал, — Драко проводит по татуировке пальцами. — Она ещё заживает, но уже действует.  — Всё будет хорошо, — заверяет Гарри на волнение в голосе и лице Драко.  «Всё будет хорошо», — думает Малфой и прикрывает глаза, прижимая к своему лицу чужую ладонь и прикасаясь к ней губами.