В письменном виде

      Под пологом кровати воздух пропитался густым запахом масла и возбуждения. Жаркий шёпот словно проникал под кожу, растворяясь в крови, заставляя сердце трепетать, а тело пылать ещё сильнее. Хуа Чэн прижался щекой к щеке своего возлюбленного божества и шептал, опаляя дыханием нежное ушко. Се Лянь зажмурился и кусал губы не только от бесстыдства речей демона, но и от яркости ощущений. Ведь Хуа Чэн не только говорил, он ласкал рукой самую чувствительную часть тела Се Ляня. Божественный член истекал влагой, при каждом движении ладони раздавались мокрые звуки, которые смущали не меньше, чем слова.       — …Гэгэ сделает это для меня?       — Сань Ла-а-ан!..       Се Лянь дрожал всем телом. Он был так близко к заветной грани… Но Хуа Чэн сохранял размеренный ритм, не позволяя её пересечь.       — Я не… Я…       Его Высочество попытался собрать разбегающиеся мысли, собрать самого себя и не рассыпаться бабочками, как это иногда делал его супруг. То, что предложил Сань Лан… Ох, образы, родившиеся в голове, заставляли член дёргаться и истекать прозрачными каплями смазки… Но Се Лянь просто умрёт от стыда, если сделает это! Хотя раньше он умрёт от возбуждения, ведь Хуа Чэн продолжал изводить его неспешными ласками.       — Сань Лан!       Се Лянь жалобно хныкал, закрыв глаза предплечьем, не в силах даже смотреть на мужа после того, о чём только что думал.       — Т-ш-ш-ш…       Хуа Чэн принялся покрывать поцелуями шею и плечи своего божества.       — Если гэгэ не хочет, конечно, Сань Лан не будет настаивать.       Он ускорил движения, подводя Се Ляня к краю. Хуа Чэн не собирался отказывать ему в удовольствии или требовать того, к чему Се Лянь не готов. Высшее наслаждение для Хуа Чэна — ласкать и нежить гэгэ. Наследный Принц и так даёт больше, чем этот ничтожный демон заслуживает.       Палец Сань Лана особенно хорошо огладил головку члена, и Се Лянь выгнулся на постели, с протяжным стоном кончая. Жемчужные капли брызнули ему на грудь, потекли по руке Хуа Чэна. Его Высочество самому себе не готов был признаться, что на пике удовольствия представлял именно то, о чём просил его супруг.

***

      Се Лянь занимался документами из Небесной Столицы и уже в который раз ловил себя на том, что отсутствующим взглядом смотрит на страницу, не понимая ни единого иероглифа. Его мысли то и дело возвращались к вчерашней ночи, в голове возникали образы, от которых сбивалось дыхание, а щёки окрашивались алым оттенком сладкого стыда.       Наследный Принц и Князь демонов были женаты уже больше года. Конечно, за это время Се Лянь научился получать и доставлять удовольствие. Больше он не отворачивался и не закрывал глаза в смущении, стоило ему увидеть обнажённое тело супруга. Его руки не дрожали, когда он ласкал своего Сань Лана. Се Лянь отдавался мужу со страстью, порой целовал жадно и даже кусал, отмечая собой… правда, потом рассыпался в извинениях. Всё же Се Ляню было сложно переступить через запреты, которым он подчинялся восемьсот лет.       Хуа Чэн в такие моменты с бесконечным терпением и нежностью уверял Се Ляня в том, что любые его желания нормальны, и нежелания тоже. Он не требовал от Се Ляня слишком многого сразу, осторожно вёл за собой, и вместе они познавали новые грани наслаждения. Но иногда Се Ляню казалось, что он делает для мужа недостаточно. Наследный Принц продвигался вперёд маленькими шажочками, в то время как Хуа Чэн готов был лететь, вот только чересчур стеснительный муж тянул его вниз…       Взять хотя бы прошлую ночь. То, что предложил Сань Лан, вовсе несложно, от Се Ляня вообще почти ничего не требуется. Но смущение вдруг накатило почти такой же огромной волной, как в первую брачную ночь. Как это возможно, позволить Сань Лану… Это слишком стыдно!.. Но сама мысль об этом возбуждает до одури!       Се Лянь замотал головой, надеясь таким образом выбросить назойливую мысль из головы. У него полно работы, свитки сами себя не прочитают, а ученик сам себя не научит. Хуа Чэн сидел напротив Наследного Принца и упорно сражался — другого слова не подобрать — с кистью и бумагой. Иероглифы, один уродливее другого, громоздились, словно камни полуразрушенной стены. Се Лянь горестно вздохнул и поднял взгляд от бумаги на лицо своего супруга и ученика.       Хуа Чэн выглядел сосредоточенным, даже кончик языка высунул от усердия. Заметив эту небольшую деталь, Се Лянь нервно сглотнул. Каким же он стал испорченным за год брака! Стоит увидеть язык мужа, как порочные фантазии наполняют голову. Но что поделать, если именно вокруг тёплого, мягкого, влажного рта Сань Лана крутились его мысли всё утро? Се Лянь уже готов был влепить себе оплеуху, но передумал, ведь Сань Лан расстроится, если гэгэ причинит себе боль.       — Ты закончил? — спросил Се Лянь, увидев, что Хуа Чэн положил кисть. — Дай проверю.       — Вашему Высочеству не стоит осквернять свой взор каракулями этого недостойного ученика.       Расстроенный и смущённый Князь демонов представлял собой невероятно милое зрелище. Его хотелось прижать к себе, зацеловать, утешить… Но Се Лянь сейчас должен исполнять обязанности наставника.       — Тебе нужно больше тренироваться. У тебя уже получается намного лучше, чем раньше!       Хуа Чэн явно ему не поверил, но всё равно взял чистый лист и обмакнул кисть в тушь.       — Что мне написать?       Се Лянь задумался на минуту. Традиционные методы обучения каллиграфии не давали результата, может, стоит попробовать что-то новое? Наследный Принц решительно отодвинул свитки из Небесной Столицы и сам взялся за кисть. Он не размышлял слишком долго, что написать, просто передал бумаге то, что было на сердце.       «Я люблю тебя»       Иногда краткость лучше витиеватых фраз и сложных метафор. Се Лянь считал, что истинное искусство должно быть прямолинейным. Его стиль каллиграфии, чёткий и выверенный, очень подходил для искреннего признания в любви.       — Гэгэ, я то…       — Ш-ш-ш! — Се Лянь прижал палец к губам супруга. — Напиши, и гэгэ прочитает.       Хуа Чэн оставил поцелуй на подушечке пальца Се Ляня и улыбнулся, тёмный глаз сиял весельем. Се Лянь понял, что возлюбленному нравится эта игра. Вот бы ещё его почерк стал хоть чуточку лучше… Из того, что Хуа Чэн написал, Се Лянь понял только иероглиф «любить». В принципе, этого достаточно, но не всегда можно догадаться о смысле послания из одного иероглифа.       — Если ты напишешь своё желание, я обещаю его исполнить.       Ученика нужно поощрять, иначе он не будет стараться.       — Пусть гэгэ первым напишет!       Хуа Чэн смотрел на него с такой безграничной нежностью, что Се Лянь не мог ему отказать.       «Хочу каждую ночь засыпать в твоих объятиях»       Наследный Принц обнаружил вдруг, что писать смущающие вещи намного легче, чем говорить вслух. Всё то, что он хранил в своём сердце, не решаясь высказать, Се Лянь может доверить бумаге. Слова любви застревали где-то на пути от горла к языку, и Се Ляню казалось, что он обделяет любимого, ведь Сань Лан, в свою очередь, постоянно балует его нежными признаниями.       Взгляд Хуа Чэна был полон обожания.       — Гэгэ нет нужды просить об этом, ведь и я хочу держать тебя в объятиях, пока ты спишь.       Порой Се Лянь просыпался, чувствуя на себе нежный взгляд мужа. Хуа Чэн любил наблюдать за гэгэ в моменты расслабленной уязвимости. Се Ляня это слегка смущало… пока он не обнаружил, что ему тоже нравится смотреть, как Сань Лан спит.       — Твоя очередь.       Се Лянь протянул возлюбленному кисть и терпеливо ждал, пока он напишет своё желание. Наконец, Хуа Чэн протянул мужу лист бумаги. Наследный Принц сощурился, пытаясь хоть что-то знакомое разглядеть в беспорядочном сплетении линий. Будет очень неловко, если он не поймёт желание Сань Лана. Се Лянь намеревался не наказать, а наградить своего ученика, ведь главное — старание… Но что же, во имя Небес, здесь написано?!       «Лицо»       Определённо, в каракулях Хуа Чэна было слово «лицо». Щёки Се Ляня мгновенно вспыхнули. Он понял, что сам вырыл себе яму. Пообещал, что исполнит любое желание, какое бы супруг ни написал. И вот Сань Лан написал то, чего хотел. Если Се Лянь ему откажет, это будет нарушение обещания. Да и не хотел Се Лянь отказывать! Желание Хуа Чэна отзывалось в нём, а что до смущения, его можно преодолеть. Се Лянь бог войны или нет? Он справится! Ради Сань Лана!       — Идём!       Пока решимость не оставила его, Се Лянь схватил супруга за руку и потащил за собой в спальню.       — Гэгэ?..       Кажется, Сань Лан не надеялся, что он согласится. Брови демона удивлённо взлетели вверх, на лице застыло выражение чистого недоумения. Но он послушно следовал за гэгэ. Се Лянь привёл Хуа Чэна в спальню и без лишних слов начал раздевать.       — Молчи! Ничего не говори! — на всякий случай предупредил Наследный Принц.       Хуа Чэн проглотил обратно всё, что хотел сказать, он потом спросит, что такое нашло на его стеснительного супруга, сейчас главное — не спугнуть необычный порыв.       Когда последний предмет одежды Князя демонов оказался на полу, Се Лянь толкнул мужа назад, на кровать, и стал раздеваться сам. По взгляду, в котором было примерно поровну решимости и паники, Хуа Чэн понял, что лучше не предлагать свою помощь. Он просто приподнялся на локтях и наслаждался зрелищем. Не часто можно увидеть, как Наследный Принц Сяньлэ лихорадочно срывает с себя одежду, путаясь в завязках. Обычно Хуа Чэн сам раздевал его, словно разворачивая драгоценный подарок. Оказалось, что наблюдать тоже очень приятно.       К тому моменту, как полностью обнажённый Наследный Принц забрался на кровать, его супруг был уже возбуждён. Член Се Ляня тоже не остался безучастен к происходящему. Восхищённый взгляд Сань Лана всегда действовал на Наследного Принца не хуже прикосновений, а сейчас живое воображение Се Ляня ещё и рисовало развратные картины предстоящей близости.       Се Лянь стоял на коленях, задумчиво кусая нижнюю губу. Глядя, как зубки гэгэ прихватывают нежный лепесток, Хуа Чэн едва не терял контроль. Член Се Ляня, твёрдый и сочащийся смазкой, был так близко, достаточно чуть-чуть приподняться, чтобы слизать прозрачную капельку с головки. Но Хуа Чэн опасался, что, стоит ему хоть что-то сделать, и гэгэ просто сбежит. Его Высочество задумал что-то необычное. Сердце демона радостно трепетало, даром, что остановилось много столетий назад.       Наконец, Се Лянь решился. Сейчас или никогда! Он справится! Его Высочество сделал глубокий вдох, а потом развернулся и перекинул ногу через плечи Хуа Чэна. Теперь Се Ляню открывался вид на тело Князя демонов во всей красе, а прямо перед лицом Хуа Чэна оказался божественный зад супруга.       Удивлённый вздох сорвался с губ Хуа Чэна. Ему всё-таки будет позволено?.. Бог слишком балует своего последователя. Но отказываться от божественной милости Князь демонов уж точно не собирался. Мягкие и нежные, словно половинки спелого персика, ягодицы удобно легли в ладони. Хуа Чэн слегка развёл их в стороны, открывая для себя самое сокровенное место. Гэгэ очень волновался, его мышцы то напрягались, то расслаблялись, и дырочка сладко сжималась. Хуа Чэн знал, что сейчас Се Лянь очень мягкий там, ведь совсем недавно они предавались страстной любви. Не в силах больше терпеть, демон широко мазнул языком по ложбинке между упругих половинок.       Се Лянь прижал ладонь к губам, но не смог полностью задушить в себе стон. Ему было и слегка щекотно, и очень приятно. И всё ещё неловко. Такие интимные ласки… Его Высочество одновременно плавился от удовольствия и сгорал от стыда. А Хуа Чэн, видимо, хочет, чтобы он окончательно растёкся лужицей расплавленного воска. Князь демонов не давал Се Ляню ни секунды передышки, не отрывался от его хризантемы, словно Се Лянь был родником в жаркой пустыне.       Сначала Хуа Чэн лишь вылизывал снаружи, потом шире развёл ягодицы Наследного Принца, заставляя дырочку приоткрыться, и скользнул внутрь языком. На этот раз Се Лянь не сдержал протяжного стона. Мягкие, дразнящие прикосновения сводили с ума. Хуа Чэн нежно ласкал горячие стеночки, обводил кончиком языка вход, слыша, как Се Лянь тихо скулит от одновременно ярких и недостаточных ощущений.       В какой-то момент Се Лянь поймал себя на том, что слегка раскачивается, пытаясь задать темп, будто он насажен на член или пальцы Сань Лана. Но изнутри Наследного Принца ласкал мягкий, влажный язык. Се Лянь не думал, что удовольствие будет таким ошеломительным. И это смущало не меньше, чем мокрые звуки и приглушённые стоны Хуа Чэна. О да, Князь демонов стонал, не отрываясь от своего занятия. Неужели, Сань Лану хорошо просто оттого, что Се Лянь позволил ему такую малость?.. Его Высочество вдруг устыдился, что сосредоточился только на собственном удовольствии.       Чтобы разомкнуть веки, потребовалась вся сила воли бога войны. От открывшегося зрелища по телу Се Ляня прокатилась волна возбуждённой дрожи. Член Хуа Чэна прижался к животу, где кожа уже блестела от естественной смазки. Сань Лан так сильно течёт… Столь явное свидетельство его желания заставило Се Ляня вспыхнуть, и в этом огне смущение переплавилось в возбуждение.       Его Высочество наклонился, ложась на Сань Лана и невольно сильнее раскрывая для него самую интимную часть своего тела. Прямо перед лицом Се Ляня оказался твёрдый член с покрасневшей от прилива крови головкой. На этот раз Его Высочество не сомневался, уж слишком велик был соблазн. Не только Хуа Чэн испытывает неземное блаженство, доставляя удовольствие возлюбленному. Се Лянь стеснялся и ещё толком ничего не умел, но работал над собой, чтобы стать хорошим мужем для Сань Лана. А когда Сань Лан от его прикосновений стонет и выгибается в экстазе, это лучшая награда.       — М-м-м!       Се Лянь счёл этот задушенный звук за поощрение и снова обвёл языком головку члена. Солоноватый вкус возбуждения Сань Лана разлился во рту, от густого запаха трепетали ноздри. Се Лянь упивался своим мужем. Облизав член как следует, Наследный Принц стал медленно погружать его в рот. Принять Хуа Чэна полностью не так легко, Се Лянь действовал постепенно.       Когда Се Лянь перестал концентрироваться только на том, что происходит с задней частью его тела, ему стало немного легче и спокойнее. Он ведь принадлежит Сань Лану, разве нет? Так почему бы не позволить мужу целовать там, где ему хочется? А Се Лянь будет отвечать тем же, и они оба получат удовольствие.       Мокрые, неприличные звуки, что наполнили комнату, могли бы смутить Наследного Принца, но в его голове уже не осталось места для мыслей. Сзади Хуа Чэн старательно вылизывал Се Ляня, лаская то снаружи, то изнутри. В то время как глаза Его Высочества закатывались от удовольствия, он не забывал о возлюбленном. Се Лянь брал глубоко, дразнил головку языком, когда выпускал член изо рта, чтобы сделать вдох, а потом снова насаживался до основания.       Хуа Чэн уже не мог контролировать своё тело, гэгэ слишком идеален. Князь демонов начал подаваться бёдрами вверх, Се Лянь не выразил недовольства, наоборот, подбодрил довольным стоном. И тогда Хуа Чэн окончательно отпустил себя. Он трахал рот своего божества, одновременно лаская в самом сокровенном месте. Всё лицо уже было мокрым от слюны, Его Высочество ёрзал, без слов прося ещё и насаживаясь глубже на член, принимая прямо в горло. Конечно, Хуа Чэн хотел сначала подарить наслаждение возлюбленному, но в какой-то момент просто сорвался. Супруг избаловал его, давая больше, чем он даже может желать. Хуа Чэн прижался губами к раскрытому, мягкому отверстию, словно в поцелуе, и зажмурился до звёздочек перед глазами, проваливаясь в оргазм.       Се Лянь чувствовал, как напряглись мышцы бёдер Сань Лана под его ладонями, и стал сосать ещё усерднее. Когда член во рту запульсировал, исторгая семя, Се Лянь сам едва не кончил. Ему не хватило совсем чуть-чуть. Он был уверен, что смог бы достичь вершины наслаждения только от мягких ласк языком. Но это они проверят в следующий раз… если, конечно, Се Лянь не умрёт на месте, увидев лицо мужа после всего, что здесь сейчас происходило.       Но, даже несмотря на вновь накатившую волну стыда, Его Высочество просто не мог прекратить двигать бёдрами, потираясь о лицо Сань Лана. Ему так нужно… Он так близко…       — Гэгэ…       Голос Хуа Чэна в этот момент был чуть хриплым и от этого ещё более глубоким и соблазнительным, чем обычно.       — Развернись, гэгэ, позволь сделать тебе хорошо.       Этому голосу Се Лянь не умел сопротивляться. Он приподнялся на дрожащих коленях и поменял положение, стараясь не замечать, как мокро и скользко между ягодиц. Теперь Наследный Принц сидел на груди Хуа Чэна, и головка его члена почти касалась покрасневших, словно спелые вишни, губ возлюбленного. В зрачке Сань Лана танцевало яркое пламя, ничуть не утихшее после недавнего оргазма. Се Лянь был бы рад отдаться страсти и сгореть дотла, но всё новое и необычное в их интимных отношениях слегка пугало его, а то положение, в котором супруги находились сейчас, казалось чересчур откровенным, слишком похожим на подчинение.       — Сань Лан, тебе удобно?       Се Лянь старался опираться коленями в постель и не давить на Сань Лана. Конечно, демону не обязательно дышать, но Се Лянь всё равно хотел избавить его от излишней тяжести. Тут руки Хуа Чэна легли Се Ляню на ягодицы, сжали весьма ощутимо, заставляя толкнуться вперёд, член мазнул по губам, пачкая смазкой.       — Ваше Высочество, просто… используй меня! Я этого хочу!       В теле Се Ляня уже бушевал настоящий шторм, и теперь последняя плотина рухнула. Наследный Принц завороженно смотрел, как его член скользит по нежным лепесткам губ, оставляя на них блестящие капли, а потом погружается в рот Сань Лана. Последний проблеск разума Се Лянь использовал, чтобы дотянуться до подушки и положить её под голову мужа. Хуа Чэн ответил благодарным взглядом и вобрал член глубже. Одновременно его палец скользнул в раскрытую, влажную дырочку между ягодиц Се Ляня.       Его Высочество откинул голову назад и сладко застонал. Он просто сходил с ума, когда Сань Лан ублажал его и спереди, и сзади. Совсем недавно Се Лянь, утопая в смущении, и представить не мог, что будет трахать рот своего мужа. Но сейчас Его Высочество медленно раскачивался, толкаясь в тёплую, влажную глубину и насаживаясь на тонкий палец. Постепенно Се Лянь набирал темп, его движения становились более жёсткими, а пламя во взгляде Хуа Чэна разгоралось всё ярче. Князь демонов обожал моменты, когда его стеснительный супруг забывается в наслаждении и отпускает себя.       Сань Лан так хорошо и правильно ласкал Се Ляня изнутри, оглаживал чувствительное место, а языком вычерчивал круги на головке члена. Его Высочество просто плавился. А когда опустил взгляд вниз, то чуть не задохнулся от обожания, которое лилось на него из глаза супруга. Медленно, словно против собственной воли, рука Се Ляня потянулась к лицу Хуа Чэна. Он положил ладонь на щёку, потом обвёл контур влажных губ, растянутых вокруг члена. Сань Лан был таким невозможно красивым в этот момент!       Не закрывая глаз, ни на миг не переставая смотреть на своего мужа, Се Лянь кончил. Это произошло как-то неожиданно. Просто в какой-то момент Сань Лан особенно сладко надавил на точку удовольствия, и Се Лянь сорвался в бездну. Его тело выгнулось, словно натянутый лук, мышцы внутри ритмично сжимались, а в рот Хуа Чэна толчками выплёскивалось семя. Князь демонов глухо застонал, принимая удовольствие своего божества. Когда гэгэ дрожит от наслаждения в его руках, это ни с чем не сравнится!       Се Лянь слез с Хуа Чэна и, тяжело дыша, повалился на постель. Возлюбленный тут же заключил его в объятия. В такие моменты Се Ляню очень нужно тепло, которое способен дать ему лишь демон с холодным телом. Се Лянь уткнулся лицом в грудь Хуа Чэна, закинул ногу ему на талию, чтобы стать ещё ближе. С блаженным вздохом Его Высочество расслабился. Так хорошо…       — Гэгэ, — негромко позвал Хуа Чэн.       Се Лянь приоткрыл глаза. Супруг смотрел на него с бесконечной нежностью и благодарностью. Се Ляню вдруг стало стыдно. Не от близости и не от наготы, он просто подумал, что Сань Лану для счастья нужно так мало: чтобы супруг сел ему на лицо, а Се Лянь поначалу отказывал, как будто от него убудет. Но ведь всё, что делает с ним Сань Лан, возносит Наследного Принца на вершину блаженства… Сидение на лице в том числе… Может, в следующий раз стоит поменяться местами?       — Чем же этот демон заслужил такой подарок? — спросил Хуа Чэн, радостно улыбаясь.       — Ты очень старался, — ответил Се Лянь.       Хуа Чэн вопросительно поднял брови, и Се Лянь пояснил:       — Желание, которое ты написал. Признаться, я понял только иероглиф «лицо», но, даже если ученик не делает больших успехов, упорный труд должен быть вознаграждён.       Несколько секунд Хуа Чэн молчал, на его лице застыло сложное выражение. На самом деле Князь демонов пытался решить, плакать ему или смеяться.       — Гэгэ, когда ты попросил написать своё желание, я написал, что хочу каждое утро, открывая глаза, видеть твоё лицо.       Теперь уже Се Лянь молчал, пытаясь уложить в голове то, что услышал.       — Гэгэ, ты куда? — вскрикнул Хуа Чэн, когда его возлюбленный вдруг подорвался с места.       Наследный Принц запутался в одеяле, практически свалился на пол и предпринял попытку бегства.       — Я… Мне… Где моя шляпа?..       Хуа Чэн, едва сдерживая смех, побежал следом и настиг своего не в меру стеснительного мужа на пороге спальни. Он обнял Се Ляня со спины, прижал к себе крепко, но нежно, чтобы гэгэ не чувствовал себя в ловушке. Наследный Принц закрыл лицо руками, больше всего на свете желая провалиться сквозь землю. Когда он успел стать таким развратным, испорченным человеком? В совершенно невинной просьбе увидел такое…       — Сань Лан, прости… — едва слышно произнёс Се Лянь.       — За что гэгэ извиняется? Ты подарил этому мужу истинное наслаждение.       Се Лянь и сам испытал неземное блаженство, но это не значит, что ему не стыдно.       — Сань Ла-а-ан!..       Больше Его Высочество ни слова произнести не мог. Идея провалиться куда-нибудь казалась всё более привлекательной.       — Гэгэ… Ну же, посмотри на меня…       Хуа Чэн развернул его к себе лицом, не размыкая объятий, чтобы гэгэ не сбежал искать шляпу. Се Лянь уткнулся лбом в плечо возлюбленного, всё ещё не решаясь поднять глаза. Он чувствовал, как Хуа Чэн весь дрожит от сдерживаемого смеха. Се Ляню самому хотелось смеяться, только это был бы смех сквозь слёзы. Кажется, ни разу за восемьсот лет он не оказывался в настолько абсурдной ситуации…       — Я буду тренироваться по два часа в день, чтобы в следующий раз гэгэ правильно прочитал моё желание, — торжественно пообещал Хуа Чэн.       — Нет уж!       Се Лянь, наконец, открыл глаза, Князь демонов счёл это хорошим знаком. Может быть, гэгэ даже не станет прятаться от него весь остаток дня.       — Отныне никаких желаний в письменном виде, только через рот!       Его Высочество слишком поздно осознал, как двусмысленно прозвучали его слова. Но Хуа Чэн, кажется, ничего неприличного в них не услышал… Опять одного Се Ляня посещают развратные мысли!       — Хорошо, тогда я желаю гэгэ.       — А?       Посмотрев на мужа, Се Лянь увидел улыбку истинного демона-соблазнителя.       — Ты же сказал отныне высказывать желания вслух. Давай вернёмся в постель.       Руки Сань Лана с плеч Его Высочества переместились на ягодицы. Демон прижал Наследного Принца теснее к себе, и Се Лянь почувствовал возбуждение супруга. Полностью готовый к продолжению член скользнул между бёдер Се Ляня, тёрся об нежную кожу, и по телу при каждом движении бежали волны мурашек.       — Гэгэ исполнит желание этого мужа?       От хрипловатого шёпота Се Ляня окончательно повело. Ну как он может отказать, если любимый супруг просит? И если его собственное тело отзывается на прикосновения, трепещет в предвкушении удовольствия? Се Лянь решил, что достаточно красноречивым ответом будет поцелуй, встал на цыпочки и прижался к губам возлюбленного. Сань Лан всегда понимал его без слов, ни говорить, ни писать не обязательно, он всегда знает, что нужно Се Ляню.       Хуа Чэн подхватил супруга на руки и отнёс на кровать, всё ещё опасаясь, что на полпути Его Стеснительное Высочество передумает. Но Се Лянь уже уступил страсти, уже отдался в любимые руки. Когда Хуа Чэн бережно опустил его на постель, Наследный Принц нетерпеливо застонал, требуя мужа в свои объятия. Хуа Чэн не заставил его долго ждать, и они снова слились в долгом поцелуе. Не прерывая развязный танец языков, Хуа Чэн жадно ласкал тело возлюбленного, как будто стремясь получить всё, чего был незаслуженно лишён, ведь ему было дозволено коснуться только одной части, пусть и самой желанной. Но гэгэ прекрасен весь, и Хуа Чэн хотел гладить и целовать его везде!       — Ха-а-а! — вырвалось у Се Ляня, когда демон чуть прикусил нежную кожу на шее.       Сань Лан никогда не делал ему больно, а небольшая грубость только сильнее разжигала пламя желания. Се Лянь выгибался навстречу, где бы его ни касались губы Хуа Чэна. Пальцы Наследного Принца вплелись в мягкие волосы супруга, чуть сжимая, и демон едва не урчал от этого ощущения. Он мечтал довести своего бога до такого состояния, чтобы хватка на волосах стала грубой, безжалостной… Но на сегодня Его Высочеству достаточно новых впечатлений. Хуа Чэн одарил возлюбленного ещё одним поцелуем и откатился к краю кровати, чтобы взять со столика масло.       Когда он откупорил флакончик и снова взглянул на Се Ляня, замер на миг, очарованный совершенством своего божества. Наследный Принц лежал в открытой и уязвимой позе, более того, он нетерпеливо ёрзал, кусал губы, такой стеснительный, но жадный до удовольствия… Всё-таки Хуа Чэн не удержался и решил чуть-чуть подразнить супруга.       — Говорят, человек замечает вокруг себя то, что у него на уме. Если гэгэ в каракулях этого недостойного ученика увидел… то, что увидел… значит… — Хуа Чэн приблизился к Се Ляню и прошептал ему на ухо: — Гэгэ со вчерашнего вечера мечтал о том, как сядет мне на лицо.       Се Лянь даже не мог отругать Сань Лана за бесстыдство, потому что это была чистая правда. Это он тут главный бесстыдник! Се Лянь перевернулся на живот и уткнулся лицом в подушку. Видеть снисходительную улыбку мужа выше его сил.       Хуа Чэну потребовалось невероятное усилие воли, чтобы не рассмеяться. Гэгэ слишком милый! Демон склонился к божеству, осыпая поцелуями спину и плечи, пока его палец, скользкий от масла, кружил вокруг приоткрытого отверстия. В первый миг Се Лянь напрягся, но с выдохом расслабился. Его тело словно действовало само по себе. Стоит Хуа Чэну прикоснуться, как лепестки хризантемы раскрываются, а ноги раздвигаются. Се Лянь едва не погрузился снова в размышления о том, какой же он испорченный, но удовольствие удержало его. Сань Лан всегда безошибочно находит то место внутри, от которого по телу распространяются волны жара.       Сейчас Се Ляню не требовалась долгая подготовка. Совсем скоро он начал двигать бёдрами, насаживаясь на пальцы Сань Лана, и тихонько скулить в подушку. Неужели, супруг специально дразнит его, мягко лаская, но не давая желаемого?.. Но Хуа Чэн всего лишь хотел убедиться, что гэгэ не почувствует боли. Как бы ни была сильна страсть, он не может причинить вред своему божеству. Только сочтя подготовку достаточной, демон вытащил пальцы из влажной дырочки. От неприличного хлюпа Се Лянь ещё сильнее залился краской, радуясь, что заранее принял верную позу и его лица не видно.       Хуа Чэн слегка приподнял Се Ляня и положил подушку ему под бёдра. Кажется, обе подушки придут в негодность, ведь другую Се Лянь немилосердно терзал зубами, но даже так не сумел заглушить сладкий стон, когда Хуа Чэн одним медленным движением заполнил его. Тело Наследного Принца совсем не сопротивлялось вторжению, наоборот, расслабленная дырочка как будто затягивала член Хуа Чэна глубже.       Се Лянь отзывался стоном на каждое движение. Сань Лан словно создан для него. А член Сань Лана создан, чтобы идеально растягивать его хризантему и попадать по чувствительному месту. Се Лянь сам не заметил, как начал подаваться навстречу, их тела соприкасались с громкими шлепками. Член Се Ляня при этом тёрся об подушку, но этого было недостаточно. Стоны сменились жалобными всхлипами, и, конечно, Хуа Чэн не мог не отозваться на отчаянную мольбу возлюбленного.       Он взял Се Ляня за бёдра, заставляя встать на колени, и стал вбиваться в жёстком темпе. Гэгэ любит нежность, но в начале, а, чтобы дойти до финала, ему необходимо именно это. За год брака Хуа Чэн хорошо изучил желания своего мужа, он знал, сколько страсти скрыто в душе Се Ляня, как ярко полыхает огонь его желания. В погоне за наслаждением Его Высочество окончательно отпустил себя, чудесные звуки, которые он издавал, заставляли что-то внутри Хуа Чэна сладко трепетать. Гэгэ хорошо с ним… Гэгэ наслаждается их близостью… Этот миг стоит восьми сотен лет ожидания!       Хуа Чэн обхватил рукой член Се Ляня, с которого уже капало на кровать, и Наследному Принцу хватило нескольких уверенных движений. Се Лянь вцепился зубами в многострадальную подушку и почти до боли сжал супруга в себе. Жаркая, ритмичная пульсация вытолкнула Хуа Чэна за грань. Он кончил, почти рыча, и Се Лянь блаженно вздохнул, чувствуя, как возлюбленный наполняет его до краёв. Горячее семя в его теле и пылающая духовная энергия в меридианах… Се Лянь чувствовал Хуа Чэна как часть себя.       Потом они лежали в объятиях друг друга, наслаждаясь медленными поцелуями и ленивыми ласками. Се Лянь всё думал, это он плохой учитель или Сань Лан не слишком способный ученик? Наверное, они оба хороши… Лучше им и правда общаться через рот, а то вдруг в следующий раз Се Лянь опять увидит в иероглифах мужа что-нибудь неприличное… А Хуа Чэн в это время мысленно составлял список желаний, который собирался предоставить гэгэ в письменном виде и посмотреть, что получится.