мостик

Тени Петербурга сгущались, сливаясь с чёрным мундиром государя. Николай Павлович, после долгих недель тайных тренировок, наконец-то освоил мостик — и теперь жаждал применить своё умение на практике. — Вот он, идеальный момент… — прошептал император, накинув на плечи тёмный плащ и затаившись за колонной Зимнего дворца. Ровно в полночь, как и предполагалось, в коридоре появилась высокая фигура графа Бенкендорфа. Шеф жандармов, привыкший к тишине и порядку, степенно шагал при свете фонаря, даже не подозревая, что за ним наблюдают…

И тут…

Из-за угла, изогнувшись в жутковатом мостике, выполз Николай I. Его чёрный плащ стелился по полу, а лицо оставалось скрытым в тени. — Бу-у-у! — прошипел государь, резко подползая к Бенкендорфу. Тот, никогда не терявший самообладания, вскрикнул — Матерь Божия! — и отпрыгнул так, что его идеальная прическа мигом стала гнездышком. Николай не выдержал — развалился на паркете, громко хохоча. — Ха-ха-ха! Александр Христофорович, да вы испугались! Бенкендорф, поправив мундир, сурово нахмурился — Ваше Величество… это неприлично. — Смешно ведь было! – довольный, как кот Николай поднялся с мостика оттряхиваясь Тишина в коридоре повисла густая, как петербургский туман. Николай I, ещё секунду назад довольный своей удачной шуткой, теперь почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Смешно? Что вы, ваше величество… — голос шефа жандармов звучал почти ласково, но в глазах читалась сталь. Николай выпрямился, стараясь сохранить императорское достоинство. — Я вам сейчас тоже покажу интересную вещь. Перчатки убрал в карман. — Не забывайте, что я всё-таки военный. Император попытался сделать строгое лицо. — Александр Христофорович! Но Бенкендорф лишь поднял бровь. — Что такое, ваше величество ? И прежде чем Николай успел что-то возразить, Бенкендорф… развернулся и ушел.

Через час.

В Зимнем дворце царило оживление: фрейлины шептались, адъютанты прятали улыбки, а камердинеры делали вид, что ничего не замечают. Потому что император всероссийский стоял в углу.

Да-да. В углу.

Бенкендорф, проходя мимо с кипой бумаг, лишь вежливо поинтересовался — Ваше величество, вы осознали свою ошибку? Николай, скрестив руки, буркнул — Это унизительно! — Для маленьких мальчиков, которые пугают людей вместо того, чтобы заниматься государственными делами, — самое то, — невозмутимо ответил Бенкендорф. Император заскрипел зубами, но… не вышел из угла. Потому что, если честно, он сам когда-то утвердил этот метод воспитания для нерадивых офицеров.