Страх тишины

Осаму Дазай никогда не искал драки — она сама настигла его в лице троих старшеклассников. Видимо, на прошлой неделе своим острым языком он задел их за живое. Разборка состоялась за школой, в глухом углу, заросшем чахлыми кустами, где валялись окурки и пустые банки из-под энергетиков. Дазай дрался с отстранённым, почти научным любопытством, будто наблюдал за процессом со стороны, а не небыл будущим козлом отпущения Он не кричал и не ругался, лишь изредка вздыхал, когда удар достигал цели. Он уворачивался и парировал, но один против троих — это вопрос математики, а не боевого искусства. Чей-то кулак обрушился на переносицу, и в глазах потемнело. Другой — в солнечное сплетение, вышибая воздух. Он рухнул на колени, кашляя, и получил коленом под дых. Это было не геройство. Это было избиение. И Дазай, казалось, принял его с той же фаталистичной покорностью, с какой относился ко всему на свете. Он даже не попытался позвать на помощь. Зачем? Он не видел смысла. Когда обидчики, удовлетворившись, ушли, пообещав «продолжить в будущем», Дазай остался сидеть на мокрой земле, прислонившись к шершавой кирпичной стене школи. Он дышал ртом, чувствуя солёный привкус крови на губах. Нос распухал, а кровь из разбитой брови заливала глаз. Вся его бравада и театральный цинизм вытекли вместе с кровью, оставив после себя лишь горькую, усталую пустоту. Он с трудом дошёл до ближайшей скамейки на окраине школьного двора — той самой, что стояла в уединении под старой раскидистой сосной. Сел, запрокинул голову на спинку и закрыл глаза, пытаясь игнорировать пульсирующую боль в лице и куда более глухую — внутри.