Саэ, не ной.

мокрая ткань прилипает вплотную, жадно вылизывает кожу, не пропуская воздух. ебаная синтетика, даже дышать нечем. мышцы нудят, убитая дыхалка дает о себе знать (он говорит спасибо своему волшебному порошку и никотину). рюсей окидывает взглядом недовольных сокомандников. те в ответ хмурятся, щурят глаза. игнорируя больную тахикардию и дрожащие колени, он высовывает язык и ухмыляется сытой гиеной. будто собственнолично забил хед трик. под натиском липких взглядов полиэстер становится едва ли не второй кожей. *** внимательный взгляд передвигается по полю, словно по фигурам на шахматной доске. бомбардиры двигаются точно, передвигаются, будто заведенные — смотрящие с высока слоны. защитники — суровые ладьи, наступающие на пятки и дышащие в затылок. вратари — короли, прижатые к последней клетке, вечно в тени. не ступят лишний шаг — боятся мата. саэ совсем не разносторонний, чтобы хорошо разбираться в шахматах, но что-то изнутри подсказывает ему, что они с шидо на поле являются всего лишь пешками. можно, конечно, сколько угодно себе льстить, твердя, что любая пешка может стать ферзем. но давайте уже смотреть правде в глаза. (давайте уже последуем примеру шидо — занюхнем химии и убьем себя). он теребит ногтями заусенцы у дистальных фаланг. зевок. еще один. блокировка. связка другой команды. обвод мяча. еще один зевок. гол. одобрительные гулы, недовольные лица, тренер, записывающий свои наблюдения в блокнот, страницы которого покрыты пятнами от кофе. шидо картинно усмехается недовольным его игрой однокомандникам. рюсей стоит спиной к трибунам, но саэ просто уверен, что тот усмехается. итоши может воочию представить себе наглую усмешку на тонких губах рюсея, непонятный огонек в его глазах, полное сумасшествие в малейшем вздохе. что то в этом было такое…доселе неизвестное…отчасти первобытное. то, с чем саэ никогда не встречался. рюсей — тот самый человек, который на вопрос «какой у тебя разряд?» хитро щурится, скалит зубы и выплевывает: «пятый». и ожидать можно чего угодно. и что то подсказывает саэ, что в плане изобретательности он с рюсеем даже рядом не стоял. — сука, хотя бы блокируй, рюсей! — — может мне тебе сразу отсосать? — голоса, срывающиеся на рык, заливистый хохот шидо. мяч под ногами рюсея выбивают, оппонент отдает пас, бомбардир забивает гол. пока истекающий потом шидо еле удерживает свою тушу в вертикальном положении, тренер выкрикивает: «2:0!» итоши переводит взгляд на свои асиксы и прячет руки в карманы. шидо на поле…отличался от того, что был во сне. невероятные по скорости финты, завораживающий дриблинг и отточенный до идеала удар по воротам, приносящий только победу. где все это? а оно вообще было? никто ему ничего не обещал. но разочарование лишь стягивало, покалывало слизистую рта. да заставляло неприятно сосать под ложечкой. и все. обманутый собственными ожиданиями, саэ вращает локон тусклых волос между мозолями на пальцах. и пинает ногами старую трибуну. последняя в возмущении скрипит. — замену. — хрипит японец, машет рукой. он не смотрит ни на кого. ни на агрессирующих игроков, ни на потирающего переносицу тренера. ни, тем более, на саэ итоши. лишь направляется к краю площадки, ссутулившись. саэ не видит его лица, но в глаза бросается утиная хромота и часто поднимающаяся грудная клетка. рюсей покидает поле. и все, что остается саэ — провожать взглядом его широкую спину, глядеть на выпирающие лопатки. пока что-то там, за грудной клеткой, царапает органы. сам не зная зачем, он делает шаг-два в его сторону, сжимает кулаки и хмурит брови. тело реагирует быстрее, чем сознание успевает что-то понять. — итоши! назад в игру. — гнусавый баритон, жестокий свисток, нетерпеливый щелчок пальцами. острые лопатки рюсея. саэ переводит взгляд на асиксы на ногах и сглатывает накопившуюся во рту слюну. «вилка» работает только на шахматной доске. и если бы и в жизни все было так просто, как в шахматах. — эй, ты че завис? — саэ разворачивается. не оборачиваясь на шидо. акиксы ступают на пластиковый газон. а пальцы сжимаются в кулак. *** капелька пота стекает по подбородку, падает на холодный кафель, почти приземляясь около носков асиксов. и разбивается вдребезги. обзор загораживает челка, прилипшая ко лбу. продули. он соврет если скажет, что это было неожиданное поражение. с таким отвратительным дебютом шидо. в эндшпиле саэ удалось забить гол. только был бы от него толк. он устало выдыхает, мечтая о душе. если верить слухам в команде, шидо назначили тренером для новичков. включительно для него, саэ. мысль об этом вызывает некую неопределенность. как минимум, заставляет нахмурить брови и отвести взгляд. подальше от фиолетовых глаз, блондинистых волос и до жути притягательного хаоса. ноги сами собой несут его по коридору, когда глаза обводят кладовую. так, по привычке. зрачок в возбуждении сужается, когда он замечает. что дверь открыта. укол любопытства пронзает кожу. он оглядывается, словно преступник в ночи. и подходит к комнате. игнорируя напряжение внизу живота. (будто тело подает ему сакральные сигналы) он не успевает переступить порог, как в нос ударяет едкая смесь ароматов. вонь медикаментов. «словно в аптеке». едва ли не впившийся под кожу запах пота он узнает сразу. шлейф из аммиака, затхлости и еще чего то кислого щекочет обонятельные рецепторы. в желудке что-то дернулось. как на утренней пробежке, когда выдыхаешь слишком резко. пока увиденная картина нокаутирует жестоким хуком прямо под дых. (саэнька, пора учиться принимать удары судьбы по лицу) никотин. голоса с надрывом. сальные усмешки. харчки. зеленые, желтые, бордовые. бородатые анекдоты. поющие в унисон хрипота и одышка. шуршение упаковок. бутылки с непонятным содержимом катятся по полу, стучатся в стены, надеясь пробить дыру, вырваться из этого ада. потные ладони, грязь под ногтями. ляпистость таблеток вызывает тошноту где-то на уровне грудного отдела пищевода. красные белки глаз. расширенные зрачки. слюни везде — около потрескавшихся губ, на белоснежной форме, на полу. взгляд цепляется за знакомую фигуру в углу комнаты. с поджатой под себя одной ногой, ссутуленной спиной и бычком сигареты в зубах. пересчитывает купюры, затем прячет их во внутренний карман. и поднимает глаза на итоши. и саэ забывает, как дышать. где-то вдалеке слышен хруст. будто в его голове лопается стена из нейронов. саэ не моргает.