Уличный художник

      О нём говорили, что он вечно пьяный, ещё и бомж. Он лишь усмехался этим сплетням, продолжая раздавать комплименты красивым дамам и просить их остановиться на полчасика. О, он был вовсе не бомжом.       Он был уличным художником. Никто не знал его настоящего имени, но все, кто был с ним знаком, называли его Венти. На все вопросы Венти лишь загадочно улыбался и просил разрешения нарисовать «своего очаровательного собеседника». Венти был очень харизматичным, и ему редко отказывали.       Но не было ни одного случая, когда кто-то действительно пожелал бы встретить его снова. Он чувствовал такие вещи, но это не беспокоило его. Такая сложилась традиция: Венти встречается в жизни один раз и только избранным.       Однако случилось одно исключение, первое и последнее.

***

      Кадзуха просто шёл на работу. Он вышел раньше на час, чтобы успеть погулять перед днём в офисе, поэтому не боялся опоздать. Он шагал по красивой липовой аллее, пока его не окликнул звонкий голос:       — Эй, молодой человек!       Кадзуха повернул голову и увидел очаровательного юношу, который сидел перед мольбертом с карандашом в руках и кистью за ухом. У него было расстёгнутое пальто тёмного цвета морской волны, а на голове был берет такого же красивого оттенка.       — Здравствуйте, — улыбнулся Кадзхуа.       — Привет-привет, — юноша тоже улыбнулся. — Ты выглядишь невероятно! У тебя есть минут тридцать? Если позволишь, я бы хотел нарисовать тебя, — юноша смущённо опустил взгляд, вращая карандаш в руках.       При этом на лице юноши не было ни капли румянца, и его смущение показалось Кадзухе скорее кокетством. Зато у него самого щёки запылали, когда он до конца понял смысл вопроса. Это был самый изящный способ сделать комплимент, который Кадзуха видел в своей жизни. И самый странный подбор слов, совсем не сочетающийся с сутью действия.       — Да, у меня есть время, — Кадзуха прикусил губу, а затем добавил, уже немного тише. — Меня зовут Кадзуха. А… тебя? — он решил обращаться так же, как юноша обратился к нему.       — Зови меня Венти. Я уличный художник, — Венти рассмеялся, принимаясь двигать карандашом по бумаге.       — Ты очень красивый.       Кадзуха сказал это очень тихо, но Венти, видимо, услышал, потому что Кадзуха заметил, как кончики его ушей порозовели. После этого карандаш быстрее заскользил по бумаге, а Кадзуха замолчал. Иногда он ловил на себе быстрые взгляды Венти, а потом слышал изменения в ритме, в котором мазала по бумаге кисть.       Спустя какое-то время Венти замер, переводя взгляд с листа на мольберте, который Кадзухе не было видно, на самого Кадзуху. Нахмурился и огорчённо опустил голову, ссутулился. Потом печально посмотрел на Кадзуху.       — Мне кажется, у меня не получилось… — красивый голос звучал очень грустно, и Кадзуха в удивлении приподнял брови.       — Могу я посмотреть? — спросил Кадзуха.       — Да, конечно, — Венти кивнул.       Кадзуха встал и обошёл Венти, встав за его спиной. Он хотел сказать что-то ободряющее, но замер, не находя слов. Картина перед ним была настолько прекрасна, что о ней нечего было сказать.       Кадзуха был изображён акварелью на фоне обычных городских зданий, но фон не был доведён до краёв листа и бледнел, отдаляясь от лица и плеч Кадзухи, которые были центром картины. Каждый мазок был живым и выразительным, каждый цвет точь-в-точь совпадал с реальным, но совмещал в себе даже больше оттенков, потому что Венти показывал отражение одних предметов в других. Это выглядело настолько волшебно, что Кадзуха не мог ничего сказать.       — Тебе не нравится? — Венти, показалось, ещё сильнее опечалился.       — Что? Вовсе нет! — Кадзуха перевёл взгляд на Венти, наклонив голову. — Твоя картина… Она просто потрясающая! Я потерял дар речи, прости, что заставил нервничать…       — О? — Венти поднял голову и посмотрел на Кадзуху, несмело улыбаясь. — Спасибо. Я… Мне кажется, она далека от оригинала и недостаточно хороша. Но я рад, что тебе нравится. Возьми её себе тогда?       Венти смотрел выжидающе, и Кадзуха поспешил разрешить все возможные сомнения.       — Правда? Я буду счастлив иметь у себя такую красоту. Я смогу найти тебя снова? — Венти посмотрел с непониманием, и Кадзуха нервно посмеялся. — Просто поговорить. Ты очень интересный человек, Венти.       Кончики ушей снова порозовели. Венти отвёл взгляд и опустил руку в карман. Через минуту он достал оттуда какой-то предмет и вложил Кадзухе в руки.       — Буду рад увидеть тебя. До встречи, — улыбнувшись Кадзухе в последний раз, Венти отдал ему картину и принялся собирать вещи.       Разговор был окончен. Скоро Венти взял свой мольберт и ушёл. А Кадзуха смотрел ему вслед, пока Венти не исчез за поворотом. После этого он опустил взгляд и увидел у себя на ладони записку. Кадзуха ощутил любопытство и тут развернул её.

«Венти Барбатос, художник.

Кв. 25, д. 6, ул. Одуванчиков, кварт. Песен., г. Мондштадт.

Свободен для посещения с понедельника по четверг, с 17:00 до 19:00, кроме последнего дня февраля вискосного года»

      Кадзуха улыбнулся. Они ещё встретятся. Теперь он точно знал, когда и как.