—
17 июня 2025 г., 23:43
В один момент их машины шли бок о бок. Оскар продолжал давить, отчаянно стремясь вырваться вперед Ландо.
Адреналин пронесся по телу. Ландо — удивительный гонщик, которым Оскар восхищался в юности. Потом он стал его напарником, а теперь они занимают первое и второе места в чемпионате.
Волнительно наблюдать за тем, как Ландо, полный энергии, отчаянно сопротивляется. Оранжевый против оранжевого — словно их личный танец, где в мире больше ничего не существует.
Оскар продолжает давить.
И постепенно начинает догонять Ландо. Но тот в своем преследовании тоже не сдается. Их машины находятся в непосредственной близости друг от друга, Оскар слегка впереди.
Но внезапно он ощущает легкий контакт с левым задним крылом своей машины.
Контакт. Черт, выругался Оскар. Андреа и Зак уже четко дали понять им обоим: «Вы можете бороться друг с другом, но делайте это чисто. Без соприкосновений». Они уже и раньше обгоняли друг друга в гонках, но это первый раз, когда произошло столкновение.
Но в тот момент, когда Оскар взглянул в зеркало, машина Ландо уже задела левую стену и с громким звуком врезалась. Переднее антикрыло сломалось и отлетело, разбросав обломки вокруг. Подвеска левого колеса погнулась. Машина под номером четыре замедлилась и остановилась на левой стороне трассы.
Хоть его машина и смогла избежать повреждений, сердце Оскара в тот момент будто остановилось.
Вскоре на трассу выезжает машина безопасности, и остальные болиды начинают выстраиваться за ней. Оскар замедляется, следуя процедуре протокола, и его мысли переполняют разум.
Первая мысль, которая приходит ему в голову: «Черт, Ландо в порядке?»
Инцидент увеличивает его преимущество над Ландо в чемпионате, однако радости это не приносит. Никто не хочет попадать в аварию. Оскар знает это на собственном опыте. Шок. Страх и тревога, когда ты находишься в машине, мчащейся со скоростью 300 км/ч, и теряешь контроль. Чувство вины, потому что разбил машину и обеспечил дополнительную работу для всех на фабрике. Ощущение, что ты подвел свою семью, свою команду, своих фанатов — всех. Не говоря уже о боли, если есть сотрясение мозга или другие травмы.
Вторая мысль, которая приходит к нему: «Неужели я случайно спровоцировал его?» Вспоминая, Оскар понимает, что он действительно не оставил много места Ландо слева, когда защищал позицию, опасаясь, что тот снова попытается его обогнать.
Что если Ландо разозлится и возненавидит его из-за этого? Что если после они не смогут смотреть друг на друга без презрения? Что если инцидент вызовет напряжение, которое разрушит команду? Они находились в хорошей позиции: все усердно работали, чтобы обе машины показывали лучшие результаты, собирали очки и поднимались на подиумы. Мысли наполняют Оскара чувством глубокого сожаления.
А что, если Ландо возненавидит себя за этот инцидент? Знание того, что его напарник склонен винить себя во всем, только усугубляет ситуацию. Им обоим нужно быть в хорошем психологическом и физическом состояниях, чтобы набирать очки и побеждать. Поэтому Оскар ставит перед собой задачу найти Ландо после гонки до того, как тот окончательно погрузится в негативные мысли.
Гонка в Монреале завершилась за машиной безопасности. Оскар припарковал болид на пит-лейне и начал осматриваться в поисках одного конкретного человека — в оранжево-черном гоночном костюме с желтым флуоресцентным шлемом.
Однако не смог его найти.
Возможно, Ландо все еще находится в медицинском центре. Или, может быть, уже вернулся в гостеприимство McLaren. PR-команда оттащила Оскара в зону для прессы. Он постарался успокоиться и решил отыскать Ландо после общения с журналистами.
Перед ним множество микрофонов и камер. Оскар слышит вопрос одного из журналистов и готовится ответить. Внезапно он улавливает знакомый голос — очень тихий, едва различимый.
— Извини.
Мгновенно Оскар поворачивается в сторону источника голоса слева. Ландо стоит там, за спинами сотрудников PR-отдела McLaren, скрытый от камер. Он выглядит маленьким и уязвимым, и на его лице явно читается чувство вины.
Что-то внутри Оскара переворачивается. Ему не нравится измученный вид напарника. Ландо выглядит лучше всего, когда ярко улыбается, сияет под солнцем на подиуме рядом с Оскаром, весь облитый шампанским.
— Все в порядке… Я понимаю, — говорит Оскар, пытаясь подарить ему то, что, он надеется, будет утешительной улыбкой, и протягивает руку.
— Все моя вина, — отвечает Ландо с кривоватым подергиванием губ.
Оскар прерывает его, прежде чем он успевает продолжить:
— Я к тому, что… В итоге все обошлось.
Да, могло быть хуже: обе машины могли столкнуться, и это закончилось бы двойным сходом, чего, к счастью, не произошло. По крайней мере, Оскар цел и даже смог заработать несколько очков для команды.
Оскар хотел бы поговорить с ним, но пресса их уже заждалась. Сейчас не время. Он кивает, косвенно давая понять Ландо, что они обсудят все позже.
После интервью Оскар стучит в водительскую комнату Ландо. Поворачивает ручку — и дверь оказывается незапертой. Он открыл ее и осторожно прошел внутрь.
— Ландо, я…
Ландо поднял взгляд с дивана.
— Хей, Оск, — он встал и протянул руку для рукопожатия. — Еще раз извини. Я сглупил.
Вот оно — типичное стремление Ландо винить себя. Левая рука Оскара тут же опускается на плечо Ландо, в попытке успокоить.
— Я же говорю, все в порядке.
— Мне жаль. Я не хотел, чтобы произошел контакт.
Оскар смотрит ему прямо в глаза.
— Я знаю. Все в порядке. И я правда так считаю, — он обнимает Ландо, а затем добавляет: — Это гонка. Инциденты неизбежны. Все мы знаем, что вопрос не в том, случится ли это, а в том, когда это произойдет.
Они остаются в таком положении, а Оскар продолжает успокаивающе поглаживать спину Ландо. Он не хочет, чтобы между ними возникло напряжение. Не хочет, чтобы Ландо начал его ненавидеть. Не хочет потерять своего напарника, свою любовь.
— Я мог вывести из гонки еще и тебя. Прокол, или того хуже, — голос Ландо начинает дрожать. — Ты мог пострадать. И это был бы настоящий кошмар.
Сердце Оскара разрывается, когда он слышит, как подавленно звучит голос Ландо.
— В конце концов все обошлось, и сегодня мы все равно заработали очки. Не кори себя за это, ладно? — Оскар проводит рукой по кудрям Ландо и нежно целует его в висок. — Не переживай, я не злюсь на тебя из-за этого.
Он надеется, что Ландо его понимает.
После того, что кажется долгой паузой, Ландо немного успокаивается, и Оскар опускает руки, отстраняясь от объятия.
— Я уже поговорил с Андреа, — сглатывая, сипит Ландо.
— Да? — брови Оскара удивленно приподнялись. — И что он сказал?
— Я извинился. Он ответил, что разочарован, ведь очки были очень важны, но он ценит, что я признал свою ошибку, — голос Ландо чуть дрожит, а его серо-голубые глаза кажутся немного влажными. Однако на лице появляется мягкая, облегченная улыбка. — Главное, чтобы я учился на этом и не допустил подобного снова.
— Хорошо, — кивнул Оскар в знак согласия. Ему сложно даже представить, как бы они прошли через такую ситуацию еще раз. Но есть одна вещь, которую он хочет уточнить. — Я тоже прошу прощения. Мне следовало оставить тебе немного больше места.
— Я знаю, что ты защищался. Это нормально. Как ты сказал, это гонка.
— Ты не злишься на меня? — осторожно спрашивает Оскар.
— Я не жду, что ты дашь мне послабление, знаешь ли? — ухмыляется Ландо. — И я хочу честно бороться за свою позицию, только своими силами.
Это заставляет губы Оскара слегка изогнуть губы в улыбке. Он предлагает дружеский кулачок, и Ландо встречает его своим.
Сезон еще долгий, но Оскар верит, что у них все будет хорошо.
