-И правило, Чан-а. Не закрывай глаза

-И правило, Чан-а. Не закрывай глаза. Чонин резко стянул черную повязку с глаз старшего. Увидев где они находятся, Чан оторопел. *** Все начиналось максимально безобидно. Чонин предложил сводить Чана на свидание в "очень интересное" место. Как бы старший не пытал и не следил за младшим, он так и не смог понять, куда они поедут в выходные. Это его настораживало, а голодный взгляд Яна, что раздевал Чана на месте, не успокаивал. В пятницу днём младший заехал за Баном на своем черном Порше. Именно благодаря этому по универу, в котором учился Чан, пошел слух, что у него есть "мамик". Кто же знал, что это не "мамик", а папик? Как только лидер сел на свое законное место - переднее сиденье, ведь именно на нем Чонину было удобнее всего ложить свою большую ладонь на его колено(или пах, тут зависит от настроения) - он заметил на себе один из его пожирающих взглядов. Ян кидал его как ненамеренное предупреждение, что ближайшие дня три Чан не сможет сидеть. Что ж, теперь чуть понятнее, что с ним будут делать. А вот как и где - ещё предстоит выяснить. Ехали они долго. Около двух часов. В окнах мелькали деревья, поля, снова деревья. Чан уже запереживал, что его хотят увести в лес, и закопать там. Возможно, перед этим трахнув. Да, точно, именно в этой последовательности. Чонин захохотал. Кажется, Чан сказал это вслух. -Не волнуйся, милый. Здесь леса и в помине нет - просмеявшись, ответил Ян, мягко поглаживая колено старшего - осталось минут пятнадцать, поэтому, пожалуйста, надень это - он, оторвавшись от такой желанной коленки, достал черную плотную ленту с заднего сиденья, и протянул Чану. Немного помедлив, Бан взял повязку из длинный пальцев, и завязал ей глаза. Все вокруг погрузилось во тьму. Даже если бы Чан очень хотел, не снимая повязки он не мог ничего увидеть. Единственное, что его успокаивало - ладонь на бедре, что мягко массировала мягкие мышцы. Очень скоро машина остановилась. Через секунду открылась дверь со стороны старшего, и, Чонин мягко взяв Чана за руки, вытащил его из автомобиля. Дальше они какое-то время шли по улице, а затем зашли в здание, идя ровно прямо по коридору. Все это время Ян не выпускал руку лидера из своей, ведя его за собой. В какой-то момент, Чан потерял тепло на своих пальцах, и немного испуганно замер. Он ничего не видел, а значит даже не может осмотреться. Сзади тихо щёлкнул замок, и чужие ладони мягко и удобно уместились на талии старшего со спины. Бан уже более спокойно выдохнул. Горячее дыхание на шее очень расслабляло, пуская мурашки по телу. Чан догадывался, к чему клонит Чонин, поэтому не так сильно удивился его словам: -Раздевайся, милый. Снимай все. Единственный вопрос, который был в голове, это:"и даже не покажешь, где мы?" Но Чан послушно стянул с себя всю одежду, оставаясь полностью голым. Так как он не видел изучающего взгляда облизывающегося Чонина, смущение было чуть меньше, чем обычно, но щеки верно приобретали розовый оттенок. Чонин завороженно огладил бедро дернувшегося от неожиданности Чана, но его тон был с нотками властности, когда он сказал: -Ты сделаешь все, что я скажу - тонкий палец поддел подбородок старшего - Ты понял? -Да - пробормотал Чан. -На колени. Лидер не задумываясь упал на холодную плитку(?) коленями, инстинктивно поднимая лицо, чтобы слышать все звуки, издаваемые Чонином. Чужая рука поощрительно погладила его щеку, невольно заставляя прильнуть к ней ближе. Прикосновение исчезло, и Чан замотал головой из стороны в сторону, пытаясь понять, куда делся Чонин. Неожиданно, тонкие пальцы скользнули по ногам Чана от бедра. Как и когда он оказался сзади, навсегда останется загадкой для старшего, но сейчас его это мало волнует. Лидер сидел на пятках между ног младшего, цепляясь руками за ладони Чонина. -Раздвинь ножки - прошептал Ян в шею Чана, выводя на его бедрах круги. Тот беспрекословно исполнил приказ, закусывая губу от смущения, но не смея перечить. Ян пододвинул Чана к себе за талию ближе, и невероятно мягко промурчал ему на ухо: -И правило, Чан-а. Не закрывай глаза. Чонин резко стянул черную повязку с глаз старшего. Увидев где они находятся, Чан оторопел, а его ноги внезапно мелко задрожали, от понимания что будет дальше. Глаза расширились, а зубы отпустили губу в немом шоке. Зеркала. Много зеркал. Они не были одной стеной. Это было много, много узких зеркал по кругу комнаты, и в каждом отражался Чан в откровенной позе, красным лицом, с открытым от шока ртом, но не менее от этого красивый, и Чонин, который смотрел на старшего в зеркало, с хитрой и довольной улыбкой, слегка его приобнимая, нагоняя небольшой ужас. -Нравится, милый? - беззастенчиво рассматривая Бана в отражении, дьявольски спросил Чонин. -А...ты...это...- Чан от шока не мог произнести ни слова, пытаясь одновременно спросить все интересующие его вопросы - что это? - через некоторое время выдавил он. -Не видишь? Зеркала - издевается, демоненок. -Нет. Что это значит? - перефразировал вопрос Чан. -Это значит, что я хочу, чтобы ты увидел себя во время секса. Ты становишься таким красивым, смущённым, нереальным, что я хочу, чтобы ты это увидел, и понял, какой же ты прекрасный. Хочу, чтобы ты посмотрел на себя моими глазами - завороженно шептал Чонин, мягко гладя все тело Чана, не пропуская ни сантиметра кожи. Слыша такие слова томным шепотом на своё ухо, и чувствуя поглаживания по телу, Чан судорожно вдохнул, поймав красивую волну своей груди в зеркале, покраснел сильнее раз в 10, и попытался отвернуться. Но он тут же напоролся на свой взгляд в другом отражении, и понял, что это бесполезно. На шее почувствовался тихий хохот младшего. -Посмотри вниз, любимый - прошептал он, заставив Чана опустить голову. И он снова видит себя. Так это не плитка. Это зеркала. То есть, опустить голову вниз у него не получится. -А теперь наверх - снова эта ухмылка. Чан послушно поднял голову, и не сдержал пораженного стона. Чёрт. И там зеркала. Слишком много зеркал. -Назови мне правило - тон с ласкового резко сменился на властный. -Н-не закрывать глаза... -Только попробуй ослушаться - угрожающе зашептал Чонин - выпорю. Кто лучше, чем Чан знает как же хорошо Чонин порет? Правильно, никто. Как-то раз Чан очень сильно выбесил Чонина. То, как же больно было сидеть потом, Бан никогда не забудет. Поэтому он тут же расширил глаза, и уменьшать размер не собирался. -Умница - мурлыкнул Ян, целуя его в шею. Руки сжали такую удобную для них талию, а губы успокаивающе порхали по шее и спине, иногда оставляя засосы, дорожки из слюны и бледные укусы, заставляя Чана тихо постанывать, и размякнуть в его руках. Взгляд расфокусировался, а все внимание мозга было переключено на ласку, поэтому Чан не заметил того момента, когда одна из ладоней скользнула к уже колом стоящему члену, и обхватила его. Тут же раздался громкий стон, и после пары плавных движений руки, Бан неосознанно толкнулся бедрами вперёд. -Тише, милый, ещё рано - ласково протянул Чонин. Не дав ничего ответить, он засунул Чану в рот три пальца, молча давая указание их облизать. Лидер послушно принялся за обеспечение комфорта и безопасности своей задницы, тихо поскуливая и пуская вибрацию по пальцам младшего, заставляя его стояк уже болезненно упереться в бедро старшего, которого это тоже безумно заводило. Все то время, которое Чан максимально смачивал чужие пальцы и посасывал их, Чонин не открывал взгляда от него в зеркале. Красный Бан, с пальцами во рту, которые идеально охватывали розовые и невероятно пухлые (и, между прочим, мягкие) губы от природы, выглядели идеально. Если бы не самообладание, Чонин бы уже давно пускал слюни на плечо старшего, настолько он выглядел идеально в тот момент. Не отрываясь от такого Чана, Ян взял его за подбородок, и заставил посмотреть прямо, а не в боковое зеркало. -Смотри - он указал на отражение перед ними - смотри какой ты идеальный. Ты непередаваемо красив, а когда смущаешься с моими пальцами во рту - это то, ради чего я живу. Твое тело идеально, лицо идеально, твои губы идеальны, твой голос и стоны идеальны. Ты синоним слову "идеал", малыш. А мне просто крупно повезло в этой жизни - тихо перечислял Чонин под скулеж смущённого Чана, что не знал куда себя деть, лишь бы не слушать такие смущающие слова, не видеть себя в этот момент. Но и получить по заднице не было перспективой, поэтому он покорно сосал пальцы, продолжая смотреть на себя в зеркало. Чонин решил, что на этом достаточно, вынул пальцы изо рта старшего, и завел руку за его спину, мягко поглаживая сжимающееся колечко мышц под его тихий стон. Скользнул внутрь только одним, мягко прокручивая, заставляя расслабиться. Чан кусал губу, и очень хотел закрыть глаза, дабы отдаться полностью процессу, но зная правило, не решался. Палец не просто был внутри, он аккуратно ласкал гладкие стеночки, вырывая из лидера тихие постанывания. Чонин впустил второй палец, тут же разводя их, увеличивая растяжку в три раза, и слушая стоны и поскуливание Чана. Он все так же прокручивал пальцы в старшем, иногда прерываясь на то, чтобы развести их в стороны или выйти и резко толкнуться по костяшки, а Чан держался от того, чтобы не закрыть глаза, на честном слове. От жжения сзади и для удобства Чонина, старший облокотился на руки, тем самым отрываясь от Яна, и давая ему места для продолжения растяжки. Но Чонин внезапно вышел, и никаких действий с его стороны больше не наблюдалось. Чан, что все это время смотрел на свое отражение в полу, и не видел действий Яна, непонимающе обернулся, и его губы тут же накрыли чужие, приглашая в ласковый поцелуй. Забывшись, лидер прикрыл веки, но три щедро смазанных в смазке пальцев, скользнувшие в него, заставили резко распахнуть глаза, и уже громче простонать в поцелуй. -Молодец - отстранившись, ласково похвалил макнэ за соблюдение правил, заставив Чана закусить губу. Теперь Чонин только толкался в Чана, дразня его тем, что старательно избегал простаты. Он прекрасно знал, где она находится у старшего - левее и немного выше - но мучил его обычной растяжкой, заставляя скулить и пытаться насадиться под правильным углом самому. Чонин резко останавливается, и с размахом шлёпает старшего по ягодице, от чего тот взвизгивает, и уперевшись взглядом в младшего в зеркале, испуганно замирает. -Плохо себя ведёшь, Чан-а? - хмуро спросил он. Окликуемый быстро замотал головой из стороны в сторону. -Я надеюсь на это. Чан уже обрадовался, что его простили, как Чонин полностью вытащил пальцы, и молча уставился на него в зеркало. -Пожалуйста, Чонин, я больше так не буду делать, продолжай, прошу - залепетал Чан, не понимая, почему младший бездействует - я буду хорошим мальчиком. Чонин просто хотел подразнить старшего, дабы он немного помучился, и, возможно, попросил бы. Но то, что Чан сказал последним, он никак не ожидал. Его охватила новая волна возбуждения, и он прикрыв глаза, вцепился пальцами в бедра старшего, резко выдохнув. Как бы Чан не хотел прямо сейчас быть оттраханным, его заинтересовала реакция младшего. Он склонил голову в бок, смотря в зеркало - он делает так, когда заинтересован. -Нини, ты продолжишь, если я буду хорошим мальчиком? - пробуя почву, спросил старший. Судя по огонькам в, наконец открытых глаза Яна, ему это безумно нравилось. -Я продолжу, если ты заткнешься. А если нет, то я кончу, и оставлю тебя здесь. Растянутого и возбужденного. Продолжим в другой раз - зачем отпираться, когда и так все понятно? Правильно, незачем. Чан тихо фыркнул, но этот звук резко заменился стоном. Когда только Чонин успел смазаться смазкой, и толкнуться на головку внутрь? Старший упёрся взглядом в отражение, смотря как Чонин прикрывает глаза от удовольствия, входя до конца одним толчком. С губ срывались громкие и немного болезненные стоны, перед глазами все начало размываться от ощущений, а ноги стало немного потряхивать. Через пару секунд, что были даны Чану, чтобы привыкнуть, Чонин толкнулся, выйдя на половину. Стон отразился от зеркал, вернувшись к их хозяину. Парни только сейчас поняли, как было жарко в помещении. У лидера мелькнула мысль, что он ещё не знает, где они, но она утонула в новом толчке, что прошёлся по простате. -Чонин! Пожалуйста, я прошу тебя, ещё...- вскрикнув, залепетал Чан, с мольбой смотря на младшего в зеркале. Его было плохо видно из-за подкативших слез удовольствия, но Чан очень хотел ещё. Чонин, взяв старшего поперек груди, прижал спиной к себе, невольно насаживая на член сильнее, вслушиваясь в хныканья Чана. Ян, подхватив Бана под бедра, мягко приподнял и отпустил, толкаясь навстречу. У старшего все перед глазами пошло разноцветными кругами, и если бы не укус в мышцу на шее, он бы обязательно кончил. Чонин смотрел в зеркало, и наслаждался. Ему всегда было удобно брать Чана именно в этой позе, но из-за того, что тот был прижат к нему спиной, Ян не мог видеть открытого для себя парня, что часто огорчало его. Но сегодня был другой случай. Сегодня Чонин мог смотреть на своего парня со всех сторон под разными ракурсами, и никто не мог ему это запретить. Чан выглядит как чертов бог, а Ян просто сильно в него уверовал. И Чонин не был бы Чонином, если бы не доказал это Бану. -Смотри - снова позвал Ян, заставляя Чана поднять затуманенный взгляд от созерцания себя в зеркалах на потолке - ты выглядишь как Бог. Апполон, что позволяет мне быть рядом - он провел пальцами в засохшей смазке по рельефу напряжённых мышц рук Чана, и снова зашептал на бордовое ушко, толкаясь без остановки - я люблю твои пухлые, мягкие губы, твои ямочки, когда ты улыбаешься, широкую красивую грудь, накачанные руки, сетки вен, твой шикарный пресс. Я люблю любые твои эмоции, мне нравится, как ты заботишься о других, как отдаешь себя всего в своем любимом деле, как готов на все ради меня. Я люблю в тебе все. И - о все Скандинавские Боги! - как же я обожаю твои бедра! Я люблю тебя, малыш. Ты самый прекрасный малыш, которого я видел. Ты только мой. Скажи это. -Я...я только твой - всхлипывая и выгибаясь, кончая, прошептал до невозможности красный от смущения Чан. Он ненамеренно сжал в себе Чонина, и тот с шипением кончил внутрь. -Чан-а, с тобой все хорошо? - не успев отдышаться, спросил он, стараясь удержать на месте дрожащие бедра старшего. Тот загнанно кивнул. Он, с откинутой головой на плече Яна, чувствовал, как тот утыкается лбом в его ключицу. Через время они вышли, и оказалось, что это загородный дом со всеми удобствами. Они сходили в ванную, и уже лёжа в кровати, Чан решил спросить: -Так...Все-таки. Что это было? -Как я уже сказал, я просто хотел, чтобы ты посмотрел на себя моими глазами. Я арендовал дом неделю назад, нанял рабочих, они вынесли все из гостиной, и закатали ее зеркалами. Вот и все - пожал плечами Чонин. Пару минут они лежали в тишине,а потом Чан произнес: -Благодарю... -За что? - удивился Чонин -За то, что показал мне меня, и сказал столько слов обо мне - Чан очень смущался, произнося все это, поэтому в конце, закатив довольно глаза, сказал - а ещё за то, что я нашел твой фетиш. -Эй! - возмутился Чонин - не портит такой момент! -Ах, точно, что-то я забылся - наигранно раскаянно вздохнул Бан - я же хороший мальчик, а они та... В него тут же прилетает подушка, вместе с которой он падает с кровати на пол, под обиженное бурчание Чонина. Чан начинает смеяться, а чуть позже к нему подключается младший, лезя обниматься.