Не кусай флориста

Дождь хлестал по Питеру, заливая тротуары водой. Улицы опустели – только размытые отражения фонарей в лужах да редкие машины, шлепающие по мокрому асфальту. Олег ерзал плечами, щурясь от воды. Его взгляд метались по улице в поисках укрытия. Все кафе закрыты, подъезды заперты, даже навесы магазинов оказались слишком узкими. — Блять, какого хера... — прошипел он, выплевывая дождевую воду с губ. Тучи нависли над городом свинцовой пеленой. Последний вариант — цветочный магазин. За запотевшим стеклом мерцал желтоватый свет, выхватывая из полумрака очертания растений. Олег рванул дверь и ввалился внутрь, оставляя за собой мокрый след. В нос ударил тяжелый аромат — смесь сырости, земли и чего-то сладковатого. За стойкой вздрогнул рыжий парень с небрежно собранными в пучок волосами. Он не испугался, скорее отвлекся от своих занятий. — Здравствуйте, — лениво бросил он, — вам что-нибудь подсказать? Олег фыркнул, стряхивая воду с куртки на пол. — Я просто зашёл укрыться от дождя, — пробурчал, осматривая магазин. Флорист поджал губы, равнодушно глядя в окно. — Ох, вот как... — пробормотал он без особого интереса, уставившись в залитое дождём окно. Олег медленно прошёлся вдоль витрин, встряхивая мокрые волосы. Капли воды скатывались с его волос, оставляя влажные следы на воротнике рубашки. — У тебя очень интересный цвет волос, — произнёс Олег, остановившись в полушаге от продавца. Его тёмные глаза внимательно изучали медные пряди, выбивающиеся из-под заколки. Сергей обернулся, удивлённо приподняв бровь. Теперь Олег мог разглядеть потрёпанный бейджик с именем на его фартуке. — Спасибо... — флорист невольно потянулся к своим волосам, но остановил руку на полпути. — У тебя тоже ничё такой. Голос наполнен неловкостью на последних словах. Олег усмехнулся уголком рта, сознательно сдвинувшись ещё ближе. Мокрый рукав его кожанки едва не коснулся фартука. — Я не часто вижу людей с такими волосами, — проговорил Олег, отбрасывая мокрую прядь со лба. Его взгляд, вопреки собственному желанию, скользил по рыжим локонам флориста, задерживаясь на тонкой шее, выступающих ключицах. В груди что-то странно сжалось — этот парень был... чертовски привлекательным. Сергей пожал плечами, но уголки его губ дрогнули: — Цвет как цвет, — пробормотал он, нарочито небрежно, хотя пальцы слегка дрогнули. Олег усмехнулся, медленно приближался к прилавку, отмечая про себя, как свет лампы играет в рыжих прядях Сергея. — Согласен, цвет как цвет, — его голос стал глубже, теплее. — Но чертовски красивый. Последний шаг — и теперь между ними оставалось совсем ничего. Капли с куртки Олега падали на пол, но ни один из них не обращал на это внимания. Сергей поднял глаза — голубые, с золотистыми искорками — и Олег понял, что попал. — Может, всё-таки купишь что-нибудь? — Резко предложил Сергей. Его губы растянулись в полуулыбке. — Тёлку свою порадуешь. — Нет, — покачал головой Олег, стряхивая очередные капли. — Нет у меня тёлки. Сергей удивленно приподнял брови, но быстро принял равнодушное выражение. — Ну тогда мне купи, — небрежно ткнул он пальцем в сторону цветов, не отводя взгляда. — Раз уж я тебе приглянулся. Его голос звучал с насмешкой, но в нём проскальзывала хрипотца — то ли от сдерживаемого смеха, то ли от чего-то другого. — А что, — Олег наклонился ближе, явно нарушая границы, — ты входишь в комплект? — Ты сначала выбери, что покупать будешь, мокрая псина, — прошипел он, но в голубых глазах явно играл азарт. Олег вдруг остро захотел прикоснуться к нему, проверить, так ли мягки эти рыжие пряди, как кажется. Сергей же наоборот, с каждой секундой терял интерес к этой игре, когда он заподозрил, что не сможет ничего продать этому странному мужику. — Дождь уже кончился, — бросил он, разворачиваясь к окну, где сквозь стекло действительно виднелось проясняющееся небо. — Так что пиздуй отсюда, если не собираешься ничего покупать. Губы Олега дрогнули — не обида, а явное удовольствие от его дерзости. Он быстро перехватил запястье Сергея, крепкие пальцы сжались вокруг тонкой руки. — А если не пиздую? — прошипел Олег с вызовом, притягивая его ближе. Сергей показательно медленно потянулся к тревожной кнопке под стойкой. — Не доводи до греха, — предупредил он тихо. — Я ненавижу ментов вызывать. Олег лишь хмыкнул в ответ и покачал головой. Медленно убрал руку, сделал ещё один шаг вперёд — теперь они стояли вплотную. Наклонился, и его хриплый голос прозвучал прямо у шеи флориста: — Жаль. А я думал, мы могли бы... познакомиться поближе. — Познакомиться можно и не прижимаясь своим ебалом к моей шее, — раздражённо процедил Сергей. Усмешка Олега стала шире. Он медленно провёл носом вдоль ключицы флориста, чуть прикусил кожу губами, оставив едва заметный след. Горячее дыхание обожгло шею, когда он прошептал: — Ну и задира... Глаза Сергея вспыхнули яростью — не испугом, не паникой, а чистой, неконтролируемой злостью. Его пальцы впились в волосы Олега, сжимая их в кулаке, прежде чем тот успел среагировать. Раз! — голова Олега врезалась в деревянную стойку со всей силы. — Ахуел, падаль? — прошипел Сергей, его голос дрожал не от страха, а от адреналина. Два! — ещё один удар, ещё глуше звук. Дерево заскрипело под напором. Олег захрипел, его тело обмякло на секунду — боль пронзила череп, выбив из него всю наглость. Он не ожидал, что этот рыжий окажется таким сильным. — Блять, больно!.. — В этом, сука, и смысл! — Сергей дёрнул его за волосы, заставляя поднять голову, чтобы в последний раз ткнуть лицом в стойку. — Ты думаешь, я тебя хуярю, чтобы тебе приятно было? Выметайся отсюда, пока я не убил тебя нахрен! И не смей меня больше трогать! Сергей отпустил посетителя, практически брезгливо отшвырнула от себя опешившего от неожиданности и боли мужчину. Олег содрогнулся, его руки инстинктивно схватились за голову. Боль пульсировала в висках, нос онемел, и он уже чувствовал, как лицо начинает распухать. Зрение замутилось, но сквозь пелену он видел Сергея — того самого "миловидного флориста", который сейчас стоял над ним, дыша часто и резко, с кулаками, готовыми снова врезать. — Я просто... попытался подкатить, блять... — Олег прохрипел, вытирая ладонью кровь с губ. — Тогда научись это делать по-нормальному! — Сергей уже орал, не сдерживая эмоций. Его кулаки дрожали у боков, нос раздражённо морщился при каждом вдохе. — Какого хера ты решил, что укусить меня — это нормальное начало знакомства?! Олег потирал затылок, ощущая, как тёплая кровь из носа стекает на губы. Веки подёргивались от боли, а в ушах стоял пронзительный звон. Он не выглядел опасным — скорее жалким. — Блять, ну прости! — он вытер кровь тыльной стороной ладони, оставляя красный мазок на щеке. — Просто ты слишком милый, а у меня руки чесались тебя потрогать... — А у меня руки чесались отпиздить ахуевшего мужика, который начал до меня домогаться! — Сергей сделал глубокий вдох, его ноздри раздулись. Выглядело это почти смешно — если бы не наполненные яростью глаза. Олег в любой другой ситуации бы расхохотался. Но сейчас он чувствовал себя настолько униженно, что даже не нашёлся, что ответить. — Ты мог просто отшить меня, — пробормотал он, сжимая переносицу, чтобы остановить кровь. — Ты мне и так сейчас ебальник разукрасил, тебе мало? Сергей не ответил. Просто стоял, сжав челюсть, и смотрел на него смесью злости и чего-то ещё — может, брезгливости, а может, жалости. Сергей стоял, сжав кулаки, его взгляд пылал холодной злостью, но больше не рвался в драку. — Я тебе несколько раз сказал отойти от меня... — прошипел он сквозь зубы, нижняя челюсть напряглась. — Хули ты ко мне дальше полез? Думал, я не стану защищаться? Олег устало провёл рукой по лицу, смазывая кровь по подбородку. Медленный выдох через нос — горячий, дрожащий. — Я не думал, что ты будешь настолько жестоким, — голос охрип, слова давились комом в горле. — Я просто хотел познакомиться поближе… Тихий хмык. Он выглядел жалко — нос распух, губы в крови, взгляд мутный от боли. Даже его привычная наглость куда-то испарилась. Сергей молча наблюдал за ним, грудь тяжело вздымалась после вспышки ярости. Его пальцы непроизвольно дёрнулись – между злостью и чем-то другим ещё шла внутренняя борьба. Лицо Сергея перекосило судорогой ярости, но вместо удара он резко швырнул в Олега пачку влажных салфеток. — Попробуй в следующий раз начать знакомство с комплимента или какой-нибудь милой херни, — прошипел он, глаза узкие как лезвия. — А не как пёс кусать незнакомых людей только потому что они тебе нравятся! Олег тихо хмыкнул, ловя салфетки. Его движения были медленными, осторожными – пальцы дрожали, когда он вытирал кровь с губ. Теперь он больше походил на побитого щенка, чем на самоуверенного наёмника. — Понял, — хрипло пробормотал он. — Учту на будущее... Пальцы Олега осторожно прикоснулись к носу, и он сдавленно застонал – резкая боль пронзила переносицу. Сергей изучающе смотрел на Олега – того самого мужчину, которого минуту назад сам же и избил. В уголке его рта дрогнула едва заметная улыбка. — Предлагаю тебе идеальный сюжет для знакомства с флористом, — произнес он, слегка наклонив голову. — Можешь приходить каждый день и покупать букет, попутно делая какие-то милые вещи и заслуживая внимание. Олег не выдержал и глухо рассмеялся, сразу же поморщившись от боли в разбитом лице. Он осторожно прикоснулся к носу, проверяя, не пошла ли кровь снова. — То есть, если я каждое утро буду покупать у тебя букет, то это не будет выглядеть слишком навязчиво? Сергей принялся постукивать ногтями по стойке, но теперь эти звуки были скорее задумчивыми, чем агрессивными. — Нет, если ты не будешь угрожающе нависать надо мной и навязчиво прижиматься ко мне, — ответил он, подчеркнуто медленно артикулируя каждое слово. Олег кивнул, снова потирая переносицу. В его глазах читалась смесь боли, смущения и какой-то странной надежды. Он сделал шаг назад, давая Сергею больше пространства, и невольно улыбнулся, хотя улыбка тут же превратилась в гримасу – скулы болели от ударов. Сергей стоял, скрестив руки, наблюдая, как Олег осторожно ощупывает свой нос. Его взгляд был жестким, но в уголках глаз читалось что-то похожее на удовлетворение. Олег хмыкнул, продолжая проверять, нет ли перелома: — Блять, я буду помнить это ещё неделю. Какого хера у тебя так хорошо получается бить? Сергей неожиданно расплылся в улыбке, его глаза буквально засияли от гордости: — Я в детдоме вырос, там таких как ты несколько десятков. Только и делал, что от них отбивался. Лицо Олега вытянулось, он тихо хмыкнул в ответ: — То есть, я похож на уличного хулигана? Сергей слегка прищурился, его голос стал жестче: — Нет, ты похож на того, кто пытался меня изнасиловать, только из-за того что я выгляжу слабым. Лицо Олега перекосилось, он резко отвел взгляд в сторону. В груди поднялась неприятная волна, стало противно и некомфортно. Чувство стыда сдавило горло – ему мерзко из-за за своих собственных мыслей и поступков. — Блять, да я вообще не имел таких намерений... Сергей резко перебил, его голос звучал язвительно: — Ну да, ну да. Ты хочешь чтобы я поверил, что ты всем людям шею облизываешь во время знакомства? Бровь Олега дёрнулась, он посмотрел на Сергея почти хмуро: — Боже, ты слишком дерзкий. Я просто хотел потрогать, а ты чуть голову мне не открутил... Олег устало потер переносицу, снова зашипев от боли. Сергей наклонился вперед, его голос прозвучал низко и угрожающе: — Трогать ты меня будешь только с моего разрешения. Олег замер, осознавая, что это не просто слова, а четкое предупреждение. Воздух между ними снова наэлектризовался, но теперь уже по-другому – без намека на флирт, только жесткие границы и последнее предостережение. Олег усмехнулся, уголки его губ дрогнули. В глазах появился хищный блеск, будто он только что нашел лазейку в строгих правилах. — То есть, если получу от тебя разрешение, то я всё-таки смогу потрогать? Сергей хмыкнул, скрестив руки на груди: — Сначала заслужи. Глаза Олега сузились с хитрым прищуром. Он тихо хмыкнул, явно довольный ходом беседы. Он сжал пальцы, чтобы и дальше не трогать поврежденный нос, но выражение лица стало почти игривым. — А как же букеты? — он сделал шаг вперед, но сохранил безопасную дистанцию. — Если я каждый день тебе буду покупать свежий красивый букет, то ты разрешишь? На его лице расцвела довольная улыбка. Сергей задумчиво кивнул, его взгляд стал оценивающим. — Можешь просто покупать букеты. Мне похуй куда ты их потом денешь, мне просто нужно их продать. Олег замер, изучая выражение лица флориста. В воздухе повисло странное напряжение — смесь вызова, любопытства и чего-то еще, что пока не решалось проявиться открыто. Олег медленно достал телефон из кармана, на его лице играла довольная усмешка. Пальцы скользнули по экрану, открывая банковское приложение. — Отлично, я сейчас с тобой договорюсь. Сколько стоит букет из тридцати роз? Сергей лениво обвел взглядом витрину: — Смотря каких. Если большие розы, то восемнадцать тысяч. Олег резко вдохнул, его лицо на мгновение побледнело. Он медленно выдохнул, сжимая телефон в руке. — Блять, розы, что ли, из золота? — пробормотал он сквозь зубы, снова утыкаясь в экран. Сергей хмыкнул, облокотившись на стойку: — Из Голландии. Что, не по карману? Щека Олега дёрнулась, но он мгновенно взял себя в руки. Пальцы продолжали лихорадочно тыкать в экран. — Нет, что ты, я запросто могу себе это позволить. — В его голосе явно звучала издевка. — Просто не знал, что за один букет так дорого берут... Он поднял взгляд, изучая реакцию флориста. В его глазах читался вызов — готовность потратиться, но только если это действительно даст результат. Пальцы замерли над кнопкой оплаты, ожидая окончательного решения. Сергей не смог сдержать довольную ухмылку, наблюдая, как Олег пытается сохранить невозмутимость при такой цене. Но через мгновение его выражение смягчилось. — Могу за четыре тысячи предложить, — сделал он уступку, — тоже очень хороший букет из роз, только сорт другой. Олег резко поднял голову, его глаза вспыхнули. — О, только не надо меня жалеть, — он выпрямился во весь рост, явно задетый за живое. — Если ты сказал восемнадцать за розы из Голландии, то я их и куплю, не вопрос. Даже несмотря на уверенный тон, он почувствовал, как у него внутри всё сжалось от мысли о такой сумме. Но гордость не позволяла отступить — пальцы уже набирали сумму перевода, а лицо сохраняло напускное безразличие, будто восемнадцать тысяч для него действительно были мелочью. Сергей приподнял бровь, явно впечатлённый такой реакцией. Его губы дрогнули в сдерживаемой улыбке — этот упрямый болван действительно готов был переплачивать, лишь бы не показаться слабым. Сергей прищурился, изучая Олега с новой ноткой интереса: — О, так ты богатый мальчик. Бандит что ли? Олег резко вдохнул, чуть не поперхнувшись. На его лице мелькнула паника, но он быстро взял себя в руки, лишь хмыкнув в ответ. Пальцы продолжали лихорадочно тыкать в экран телефона. — А если я скажу, что да? — наконец выдавил он, поднимая взгляд. — Ты испугаешься? Сергей лишь отмахнулся, его голос звучал искренне безразлично: — Нет, мне похуй. Пока ты мне проблем не создаёшь, мне вообще нет дела до того чем ты там занимаешься. Ну разве что, немного любопытно. Уголки губ Олега дрогнули в полуулыбке. Он снова уткнулся в телефон, быстрым движением завершая оплату. Звук подтверждения транзакции прозвучал особенно громко в тишине магазина. — Я тебе и проблем не создам, обещаю, — наконец сказал он, убирая телефон в карман. — Зато букет каждый день буду покупать. Подняв голову, Олег встретился взглядом с флористом. В его глазах читалась легкая насмешка — то ли над самим собой, то ли над всей этой абсурдной ситуацией. Но в глубине взгляда теплилось что-то еще — неподдельный интерес и странное облегчение, что его "профессию" не стали осуждать. Сергей ловко достал из холодильника роскошные голландские розы, его пальцы быстро собрали их в пышный букет. Он протянул композицию Олегу, профессиональным жестом поправив упаковку. — Дома снимешь упаковку, поставишь в вазу, — его голос звучал деловито, но без обычной раздраженности. — Раз в неделю меняй воду, простоят минимум месяц. Олег бережно принял тяжелый букет, его пальцы невольно замерли на бархатистых лепестках. Он изучал цветы с неожиданной для такого брутального мужчины внимательностью, аккуратно проводя подушечкой пальца по краю самого крупного бутона. — Понял, понял, — кивнул он, — раз в неделю менять воду, никаких проблем. Сергей между тем проверил платеж на планшете. Его брови поползли вверх, когда он увидел сумму, подтверждая реальность ситуации. Он невольно присвистнул, уголки губ дрогнули в почти неприличной улыбке. Такой удачной продажи у него не было уже месяца два. — Буду ждать вас снова, — произнес он вдруг нарочито вежливо, даже слегка картинно склонив голову. В голосе звенела едва сдерживаемая радость — не столько от денег, сколько от того, что сумел втюхать этому наглецу самые дорогие розы. Олег фыркнул, но в его глазах читалось странное удовлетворение. Он бережно прижал букет к груди, кивнул на прощание и направился к выходу, осторожно ступая, будто нес не цветы, а нечто бесконечно хрупкое и ценное. Олег едва сдерживал довольную ухмылку, внимательно разглядывая огромный букет в своих руках. Его пальцы снова потянулись к бархатистым лепесткам, движением почти нежным, совсем не соответствующим его грубоватой внешности. — Я буду каждый день приходить, — заявил он, поднимая взгляд. Сергей усмехнулся, но теперь в его улыбке было больше искреннего любопытства, чем привычной дерзости: — Не разоришься каждый день букеты за восемнадцать тысяч покупать? Олег чуть не фыркнул, но вовремя подавил этот неподобающий звук. Вместо этого он лишь хмыкнул, снова проводя пальцами по цветам: — Это не проблема, не переживай за мои сбережения. Уже повернувшись к выходу и открывая дверь, он услышал вдогонку: — Тогда шоколадку мне ещё в следующий раз принеси. Олег замер, медленно оборачиваясь: — Шоколадку? Ты что, сладкоежка? Сергей наклонил голову набок, рыжие пряди выбились из небрежного хвоста: — Просто пожрать что-нибудь принеси, я тут без обеда работаю, — и снова улыбнулся — на этот раз по-настоящему мило, без привычной ехидцы. Сердце Олега странно дрогнуло. В голове внезапно закружились слова: "милый", "нежный", "трогать". Он поспешно подавил этот поток мыслей, стараясь сохранить ровный тон: — Хорошо-хорошо, завтра обязательно что-нибудь подберу вкусненькое. Его пальцы крепче сжали упаковку букета, когда он наконец вышел на улицу. В голове уже строились планы — какие цветы выбрать завтра, что принести к чаю, и как бы не переборщить с этой внезапной... заботой.