Секрет хорошего вина

– Наверное, так прекрасно иметь двоих настолько талантливых сыновей. Да еще и без всяких проблем. – Да, я горжусь своими мальчиками. Из них вырастут сильные рыцари, защитники Мондштадта. – Радуйся, что эти балбесы выиграли генетическую лотерею. Омега в большом доме, полном прислуги – мой ночной кошмар. Таблетки стоят недешево, да еще и изолировать сына приходится. Смотреть, как он мучается, просто невыносимо. А думать, что может вляпаться в неприятности и стать чьей-то игрушкой – и подавно… – Да уж, тут главная проблема – скрыть запах… – Кстати о запахах! Новый сидр просто великолепно пахнет! В чем ваш секрет? – На то он и секрет, чтобы никому о нем не рассказывать. Хмыкнув, Кэйя – длинноногий парень со смуглой кожей и повязкой на глазу – спрыгнул с подоконника. Ему надоело это слушать. С души воротило. Знали бы только гости приемного отца, как они ошибаются… – Что такое? – добродушно улыбнулся Крепус. – Устал от нашей болтовни? – Хочу размяться, отец, – почти промурлыкал Кэйя. – Это ничего? – Да-да, конечно, иди, – отпустил его тот. Кэйя с улыбкой поклонился гостям отца и вышел из гостинной на улицу. Теплый летний ветер лизнул его щеку, словно большая и ласковая собака, но при этом чуть не сбил с ног. Виноградные листья качало и сдувало в сторону, обнажая тяжелые, но пока незрелые гроздья. “Надо посмотреть, как он там, – подумал Кэйя. – Бедный братец… несладко ему приходится”. Он обогнул винокурню и устремился на задний двор, к пристройке. Зашел, проверил, что никого здесь нет, накинул на дверь засов. Огляделся. Здесь стояли прессы для яблок, бочки с брагой. Сильно пахло алкоголем – очень пьянящий запах, вплоть до головокружения. Да только Кэйя даже сквозь алкогольный дух чуял другой аромат. Свежий, приятный носу, он будоражил нутро, разжигая тщательно скрываемую сущность того, кто здесь спрятался. Невольно облизнувшись и ощущая, как внутри все разгорается, Кэйя подошел к большой бочке и присел к ней, вдыхая пробивающийся через алкогольный смрад запах. – Зачем пришел? – глухо раздалось из бочки. – Убирайся. – Не могу же я бросить своего драгоценного брата совсем одного, – сказал Кэйя, смешком скрыв нарастающее возбуждение. – Что, таблетки опять не помогли? Дилюк притих. Потом вздохнул и, видно поняв, что названный братец не уйдет так просто, буркнул. – Ненавижу их… от них голова дурная, а толку почти никакого – запах все равно ощущается. Лучше… Он осекся. – Лучше так. Знали бы гости Крепуса, как они ошибаются считая, что он обладает двумя совершенно нормальными сыновьями, двумя выигравшими генетическую лотерею бетами. Нет… все было нормально только до начала полового созревания. Потом в этом доме стало тяжело дышать. После первой течки Дилюк буквально вцепился в отца, умоляя сохранить все в тайне. Он боялся, что его сущность не даст ему стать рыцарем. В конце концов, к омегам относились с предубеждением. А Дилюк был силен. Очень силен. Тренировался до потери сознания. Все, чтобы только ни у кого не возникло ни единого сомнения в его сущности... А запах яблочного сидра, сопровождавший его периодически, было очень просто оправдать. Ото всех рабочих винокурни пахло так. Вот Дилюк и делал вид, что очень увлечен виноделием. И прятался в огромной, пустой винной бочке, когда ему было совсем худо. Кэйя облизнулся. Он-то в отличие от Дилюка и правда любил вино. Обожал. Воровал и клянчил при каждом удобном случае. Что до брата – он был тем сортом алкоголя, который ему особенно хотелось. Но было нельзя. Кэйя преследовал Дилюка словно маньяк, когда тот горел и тек, становясь невероятно ранимым, уязвимым, и оттого милым. Кэйя не мог отказать себе в удовольствии. Пялился. Нюхал. Сходил с ума. Пара вдохов феромонов брата, и он был уже пьян в стельку. А еще ему снились такие сны, о которых отцу было нельзя знать. Зато Дилюк знал. Кэйю порой несло и он начинал в красках рассказывать… Потому Дилюк и залезал в бочку. Прятался от брата. С тех пор, как он нашел для себя это убежище, вино с винокурни Рассвет было нарасхват. Крепус горевал, что невольно использует феромоны сына. Но тот только упирался и говорил, что рад принести пользу. В этом был весь Дилюк. – Могу помочь, – мурлыкнул Кэйя. – Хочу помочь. Ты же знаешь, стоит тебе подпустить меня к себе, и все прекратится… – Ты этого точно не знаешь! – выкрикнул Дилюк. – Проваливай! Я сам справлюсь! Мне не нужна твоя помощь! Кэйя запрокинул голову и прикрыл глаза, плавясь от приятного запаха. В ответ его феромоны тоже начали раскручиваться. Будто само его тело звало, заставляя добычу сдаться. – Тогда… просто сделай это уже, – попросил он тихо. – Просто нюхай мой запах и сделай это. Легче же станет. Не упрямься… какая разница, касаюсь я тебя или нет, если наши феромоны смешаются и ты спустишь пар, тебе станет легче… О том, что Кэйя был альфой, Крепус не знал. Радовался, что хоть с приемным сыном все нормально. А все потому, что Кэйя реагировал только на брата. Плевать ему было на все другие феромоны, которые он чуял когда-либо. В этом плане они были два упрямца. Кэйя, который не признавал никого другого и отвергал даже саму мысль быть связанным с другим человеком кроме брата. И Дилюк, который запихивал свою сущность как можно глубже. Но Кэйя был прав. И брат, которого видно совсем замучала течка, подчинился. Вскоре из бочки раздались очень своеобразные звуки. Поскуливание, постанывание. Кэйя растекся, представляя, что он там делает. Захотелось присоединиться, но он не стал. к тому же звуки довольно быстро закончились, и Дилюк, еле дыша, прохрипел. – Мне лучше. Доволен? Уходи. Кэйя встал и поправил бугор в штанах чтобы было поудобнее. Он знал, что теперь ему тоже придется потратить на себя время, чтобы успокоиться. Но делать это при Дилюке он не хотел. Даже если тот не видел. – Я принесу тебе ужин, – сказал Кэйя. – И скажу отцу, что тебе полегчало. – Спасибо, – не особо искренне отозвался Дилюк. – А теперь иди и больше не доставай меня. Я и без тебя справлюсь. Иногда этот парень был таким холодным, будто не владел пиро глазом бога…