Незабудки

День подходит к концу. Автобусы вернулись к территории лагеря и привезли уставших, но до ужаса счастливых ребят. — Ёшка!! — Яори буквально выпрыгивает из автобуса, как только видит друга, и несётся к нему. — Привет, Яори, как всё прошло? — с ходу спрашивает Ё, обнимая черноволосого. Спустя несколько секунд он отстранился и Яо начинает очень бурно рассказывать о поездке: — Это было просто невообразимо!! Мы были так высоко, и там был зиплайн! Я боялся, но Аз помог мне! Аз подоспел как раз вовремя. Он подходит к Яори и, приобняв его за плечо, одобрительно кивает. — Этот парень меня поразил. Он хоть и был как трус в начале, но потом собрался и прошёл всё практически без моей помощи, — нахваливает Аз Яори перед друзьями. В этот момент по душе черноволосого разливается приятное тепло — тепло поддержки и понимания. Он улыбается и спрашивает у ребят: — А вы как съездили? Вам понравилось? После этих слов Краткий с Ёшкой начали рассказывать о своих похождениях в аквапарке: как они вместе перевернулись с надувного круга и долго смеялись, как оба боялись прокатиться на горке со свободным падением и подстрекали друг друга. Все ребята получили от этого дня максимум эмоций, и им ещё точно есть что обсудить. --- Ребята поужинали, посмотрели вечернее мероприятие и пришли в корпус готовиться ко сну. Каждому выдали телефон, чтобы позвонить родителям — Яори не был исключением. Он вышел на крыльцо корпуса, глубоко вдохнул холодный вечерний воздух и сел на одну из ступенек, начав искать в контактах номер матери. Приложил телефон к уху — оттуда послышались гудки… первый… второй… третий. Как же долго он пытался дозвониться! Неужели мать уже спит? Или у неё нет денег на счету? А может, нет связи? Он ищет миллион оправданий, просто сидит на ступеньке и смотрит на тёмную опустевшую территорию лагеря. — Тебе тоже не отвечают? — слышится до жути знакомый голос за спиной. Обернувшись, Яори вновь увидел Аза. Они провели сегодня слишком много времени вместе, но черноволосый был бы не против посидеть здесь лишнюю минутку с ним. С Азом. — Ч-что? Как ты понял? — голос Яо задрожал. Он сам не понимал, почему так. Может, волнуется, что мать не отвечает? Или потому что они вдвоём сейчас оказались в схожем положении? — Ты выглядишь грустным, вот и понял, — Аз подсаживается к Яори на ступеньку. — Мама, наверное, на смене. Или уснула.— Тихо бормочет Яо. Аз молчит. Он тоже держит телефон в руке и крутит его, будто впервые увидел. Потом тоже поднимает, смотрит на экран — ни одного пропущенного. — А у меня отец вообще трубку не поднимает с обеда, — усмехается он, но в усмешке нет былого веселья или стёба. — Я ему уже три раза написал. Он, наверное, снова на встрече. Или забыл, что я в лагере. — Забыть, что у тебя сын в лагере? Ты шутишь? — Яори поворачивает голову и смотрит на него с округлившимися от шока глазами, в которых есть нотка лёгкого недоверия. — Ну, он занятой, — Аз пожимает плечами, стараясь сделать голос безразличным, но Яори замечает, как тот сжимает телефон чуть сильнее. — У него всегда так. Сначала я обижался, а потом привык. Я же уже взрослый, сам справлюсь. Повисает пауза. Оба прокручивают в головах практически одинаковые мысли, но все так же молчат. Яори отводит взгляд в сторону и тихо произносит: — А я всё равно злюсь. Понимаю, что она работает, что устаёт, но… — он замолкает, ищет слова, параллельно перебирая в руках телефон. — Хочется, чтобы она чаще просто брала трубку и говорила: «Как у тебя дела, сынок?». Чтобы уделяла мне чуточку больше внимания. Аз не смеётся, как раньше, не подкалывает. Он просто смотрит перед собой на тёмный газон, где едва виднеются очертания деревьев. — Я тоже хочу, чтобы отец спросил, как я тут, — говорит он тихо, почти шёпотом. — Когда я написал ему, что у меня здесь появились друзья, он лишь поставил реакцию каким-то… ёбанным смайликом! — Аз был очень раздражен. Яори прикусывает губу. Он не знает, что ответить. В этот момент они буквально находятся в одной лодке. Вместо слов он просто слегка касается плеча Аза — легонько, но этого касания достаточно, чтобы Аз повернул голову и встретился с ним взглядом. — Слушай, — начинает Яори, и голос его звучит мягче и увереннее, чем обычно. — Может, они и не берут трубку. Но мы же есть друг у друга? По крайней мере, сейчас. Аз вопросительно вскинул бровь, но в глазах мелькает что-то тёплое. — Ого, — тянет он, пытаясь вернуть свою обычную насмешливую интонацию. — Яори произносит трогательно-гейскую речь? — Заткнись, — беззлобно отвечает Яо, но улыбается. — Я просто говорю, что… ну, если они не звонят, это не значит, что нас нет. Что мы тут. Аз выдыхает, опускает телефон в карман и откидывается назад, глядя на звёзды. — А ты знаешь, — говорит рыжий после паузы, — сегодня на трассе, когда ты соскользнул на «Восхождении», я реально испугался за тебя. Думал, ты сорвёшься и так и останешься висеть, а я не смогу тебя достать. — Но ты достал, — напоминает Яори, спокойно улыбаясь и прокручивая в голове этот момент ещё раз. — Да, — Аз улыбается уже по-настоящему. — Потому что я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Понял? Эти слова повисают в воздухе. Яори чувствует, как по спине пробегает что-то тёплое с примесью мурашек. С чего бы Азу говорить подобные вещи? Когда это он начал так заботиться о Яори? Он смотрит на Аза, на его рыжие волосы, освещённые луной, и думает, что, возможно, именно это и есть то, чего ему не хватало дома. Среди былого одиночества. — Значит, — говорит Яори немного охрипшим голосом из за долгой паузы, но откашливается и продолжает, — теперь нам придётся звонить друг другу, когда родители не отвечают. — Яори с ноткой юмора прикладывает ладонь к уху, будто это телефон, и смотрит на Аза. Рыжий лишь фыркает: — А ты готов к моим ночным звонкам? — Только если ты будешь говорить что-то адекватное. — Это исключено, — смеётся Аз, и смех его разносится по тихому двору. — Тогда готовься к бессонным ночам, Яори. Они замолкают, но молчание уже не давит, как тогда в автобусе или при первой встрече. Где-то в коридоре корпуса вожатый кричит: «Отбой через десять минут!» — но никто из них не торопится вставать. Они продолжают сидеть в тишине и смотреть на звёзды. — Чего это вы тут расселись? Телефоны сдаём и бегом спать! — к ним со спины подходит вожатый и демонстративно протягивает руку, чтобы изъять телефоны. Они не сопротивляются и отдают их. В данный момент это просто дорогостоящие кирпичи, в которых нет пользы для них обоих. — А теперь марш в комнату, не хватало, чтобы вы тут простыли вдвоём. Ребята послушно встают и уходят в комнату. Краткий и Ёшка уже вовсю готовились ко сну — успели умыться и переодеться, а сейчас, валяясь на кроватях, что-то обсуждают. Дверь открывается, и в комнату заходят подозрительно счастливые Аз и Яори. — Чего это вы такие улыбчивые, ребят? — спрашивает Краткий, свесив руку с кровати и медленно качая ею. — Да так, просто поговорили… — робко выдаёт Яори, проходя в комнату и плюхаясь на свою кровать. Он долго не мог отвести взгляд от Аза, что заметили Краткий с Ёшкой. Они переглянулись и о чём-то начали шептаться. Свет во всём корпусе выключили, и ребята погрузились в глубокий сон. --- Это был уже десятый день смены. После тихого часа у ребят начались активные игры на улице. Их привели на стадион, где было несколько площадок: для баскетбола, волейбола и футбола. Все разошлись кто куда, а некоторые остались сидеть в тени. К примеру, Яори. Он тоже решил отсидеться в тенечке. Сегодня он серьёзно задумался о том, что что-то упускает, но не понимал — что? Или кого? Осталось одиннадцать дней, и все ребята из отряда разъедутся по домам, готовиться к взрослой жизни, оставив своё детство на территории этого лагеря. Подобные мысли заставили черноволосого раскиснуть и даже немного взгрустнуть. Оглянувшись, он заметил, что Аз играет на баскетбольной площадке совсем один. Яори неосознанно замечает, как движется Аз: как напрягаются мышцы рук, когда он ведёт мяч, как легко он прыгает, как рыжие волосы взлетают при каждом броске. Это ощущается ни как что то пошлое, а как что то чистое, почти художественное восприятие. Яори ловит себя на мысли, что не может отвести взгляд — и это его знатно пугает. Аз ,в свою очередь, замечает на себе этот пристальный взгляд. Когда вокруг куча народу, внимание Яори становится особенно ценным. Он мог пойти куда угодно, к кому угодно — но сейчас он сидит здесь, на стадионе в тени, и смотрит именно на Аза. Днём всё видно. Каждое движение рыжего, каждое выражение лица. Аз не может спрятаться в темноте, не может как-то скрыться и сделать вид, что ему всё равно. Он чувствует, как щёки начинают гореть под солнечными лучами. «Я чувствую его взгляд — он буквально прожигает мне спину. Почему я так реагирую? Мы же просто друзья. Обычные соседи по комнате. Но когда он смотрит на меня так… у меня внутри всё переворачивается, это очень странно…» — думает про себя Аз. Он непроизвольно начинает играть нервнее и хуже — мяч выскальзывает, бросок получается абы какой, не таким, как хотелось бы. Яори лишь тихо хихикает, когда замечает, как рыжий начал промахиваться мимо кольца, раз за разом пытаясь попасть туда снова, как у него получалось до этого. Может быть, им стоит поговорить так, как тогда вечером, ещё раз?