Звезда Надежды.

      Никто не решается первым прервать тишину. Звезды, словно белая пыльца в старых песочных часах, плавно опускаются за горизонт. Маленькие огоньки в небе каждый день украшают ночной небосвод по-особенному и Девятому это нравилось. Нравилось и то, что они вместе с Пятым не задавались лишними вопросами, куда и с кем убегают звезды. Одно есть счастье - они есть.       Пятый невольно касается его руки, а Девятый, не замечая, с какой завороженностью глядит на него друг, переплетает их пальцы. Он не отводит глаз от рассвета, даже когда чувствует легкую тяжесть чужой головы на своём плече... И начинает напевать незатейливую мелодию. — И часто тут так красиво? — подаёт тихий голос пятая кукла. — ...Разве не я должен это спросить? — Нет, я серьезно. Думаю, не небеса украшают нас, а мы украшаем их.       И Девятый, почему-то, смеется. Тихо, жмурясь от яркого мерцания и горечи.       Они не чувствуют тепла или холода, им не страшен голод, не важен сон... Не поэтому ли главный его страх – оказаться по ту сторону небес, ведь страшнее всего на свете – потерять друг друга навсегда. Наверное, разлука – единственная вещь, во множество раз превосходит все смертельные опасности в привычном понимании.       Такое точно не получится пережить, решает он для себя. И, зная Пятого достаточно близко, они вряд ли в этом друг от друга чем-то отличаются.       Глядеть на звезды, пока Пятый устремляет на него взор, Девятому тоже нравилось... Нравилось, как без малейшей тени стеснительности и неловкости, явно задумавшись, им любуется маленькая тряпичная кукла и большой смысл жизни.       Странная мысль, вспыхнувшая внутри, вдруг зажглась и искрами пронеслась в шестеренках. — Я... Должно быть, скажу лишнее... — Эй, раз начал, то продолжай! — последний улыбается, бережно поглаживая друга по спине. Его железная ладонь задерживается на цифре "5". Взволнованный друг, почувствовав это, перестает теребить одну из своих пуговиц, решаясь говорить дальше.       Каково было удивление Девятого, узнать, что Пятый вовсе не разбирается в положении звезд на карте неба, хотя смотрит на них по ночам чаще, чем кто-либо живший на земле тогда и сейчас. Зато Пятый знает множество легенд о маленьких горящих точках в небе: иногда они про доблестных героев, вступивших в борьбу со свергнутыми из Райских садов ангелов, перешедших на сторону зла, а иногда про увиденный звездой мир, совершенно несуразный, где "право" означает "лево", а сказать "да" - то же самое, что сказать "нет". Порой у звезды история настолько коротка, что хватает одного молчаливого взгляда на небо, чтобы вкусить и радость, и боль.       И каждый раз Пятый умудрялся завлечь его и поднять настроение, о какой бы печальной судьбе из его уст не стекал сладкий мед. — Звезда Надежды. Она... необычно яркая и своим светом способна затмить само солнце. Она рождается последней и угасает тоже... Потому её и прозвали – Надеждой. Когда она появляется, то все звезды вокруг начинают гореть с новой силой...       Девятый улыбается. — Неужели? Такое возможно? — О, ты разве её не видишь?       Девятый тут же озирается по сторонам. — Посмотри на меня... Пожалуйста.       И он смотрит.       В глазу, где золото сливалось с розовым от смущения рассветом, отражалось его лицо. — Ты — моя звезда Надежды.