Мне всё-таки нравится, как ты краснеешь

Лето в самом разгаре. Уроков нету, можно хоть на несколько месяцев забыть о их существовании и спокойно отдохнуть. Многих на лето забирали домой, но некоторые всё также оставались в лицее. Пущин, Данзас и Пушкин не уезжали летом, а если и уезжали, то это было очень редко. В любом случае лето прохидло намного скучнее, не разнообразно, когда они разъезжались. Как же они были рады, что на это лето они все остаются в лицее. Можно было гулять хоть до самой ночи, но естественно в рамках нормы, которую друзья нарушали чуть-ли не каждый день. То они ночью сбегут в лес неподалёку, то на озеро сбегают, то по деревьям лазать пойдут. Один раз даже забрели в какой-то посёлок, где отмечали какой-то праздник. Но была ещё одна причина, почему они очень часто гуляли именно ночью. Ваня сильно сгорал на солнце. Его бледная кожа уже после часа прибывания на солнце заметно краснела, после чего приходилось заходить в лазарет,чтоб хоть немного помогли. Сначала Саша и Костя как-то не очень обращали на это внимание, но когда уже рыжеволосый практически никуда не выходил из-под тени огромного величавого дуба, те всё таки задумались над тем, что бы гулять ночью. И Ваня не ходил весь красный, ошпареный летними лучами солнца, и гуляли все вместе, а днём ложились ненадолго спать, зная, что сейчас никто за это ругать не будет. Так проходило их лето. Уже июль. Жаркое летнее солнце напекало макушки бегующих под солнцем парней, которые по всей видимости играли в догонялки. Ваня всё также сидел под дубом, что-то рисуя в какой-то тетради. Он иногда поднимал взгляд, смотря на поляну. Вон там Кюхельбекер бежит за Пушкином, который легко уворачивается, Дельвиг переманивает внимание на себя, ибо тот бегает за одним Пушкиным уже минуты две, Данзас, не смотря куда бежит, нечаянно сбивает кудрявого друга и в итоге оба пойманы Кюхельбекером. Все смеются и Ваня не исключение. Сидя под деревом, тот немного хихикает, смотря на двух друзей, которые подбегают к тому всё ближе и ближе. Летние рубашки двоих все мокрые от пота, волосы немного прилипли ко лбу, растрёпаные, лица красные от жары. Они попутно ещё смеются, усаживаясь по бокам рядом с Пущиным. - Ну как ты тут? - задыхаясь то ли от смеха, то ли от жары, спросил Сашка. - Нормально. У вас, как я вижу, тоже всё прекрасно? - улыбаясь спросил он, смотря на то, как оба довольно кивают. - Jeanno, пойдём к озеру! - вдруг вскрикивает Данзас. - Ооо, да да, давайте, ужасно жарко. Сейчас тут же упаду замертво, - трагично поддержал идею друга Пушкин. - Вы с ума сошли? Какое озеро? Если заметит кто-то? - Ну ты как всегда душнишь, Jeanno! Ничего же не будет, мы быстро сходим, покупаемся и вернёмся. Ночью ты только за, а сейчас что? - умоляюще начал поэт. - Одно дело ночью, когда все спят и нету солнца, - снова возмущённо начал рыжеволосый, припоминая друзьям о том, что сейчас по пути к речке придётся хоть и немного, но побыть под солнцем, а этого уже хватало, чтоб он начанал сгорать, - другое дело сейчас, когда солнце шпарит так, что вы все мокрые. Также я хочу напомнить, что если кто-то из учителей заметит нашу пропажу, то.. - Нам всем не поздоровится, - в один голос сказали Пушкин с Данзасом. Сколько раз они уже слышали эту фразу от Вани? Тут даже пальцев не хватит, чтоб пересчитать все разы. - Вань, да ничего не будет. Ну пойдём, пожалуйста. Мы же быстро пробежим, а потом снова в тень леса, не сгоришь ты, - жалобно говрил Данзас. Пущин прикрыл тетрадь, убирая карандаш куда-то в карман штанов, и молча начал думать. С одной стороны он был даже не против, ведь жарко было даже ему, который сидел лишь в тени, а с другой всё-таки он переживал за то, как бы случайно не попасться на глаза какому-нибудь Пилецкому или ещё кому-нибудь. В итоге, он встал, беря свою тетрадь в руки, начиная немного разминать затёкшие ноги. - Ладно, пойдём, - за спиной послышались два радостных крика, - но при одном условии. Мы находимся у озера не больше часа, потом идём обратно. Хорошо? Оба снова довольно кивнули и поднялись на ноги. Костя уже резво побежал в сторону леса, выходя из-под тени дуба. Саша тоже думал уже побежать, но заметил, что Ваня так и стоит на месте. - Ты чего, mon ami? - спросил поэт, подходя ближе к нему. - Да я снова сгорю и буду похожим на рака, - сказал немного огорчённо рыжеволосый. Пушкин лишь усмехнулся, начиная стягивать свою уже высохшую рубашку. Показался небольшой пресс, от чего бледная кожа на щеках Пущина покраснела. Саша, сняв рубашку, прикрыл ею голову и шею рыжего паренька одним простым движением. - Ты чего? - заикнувшись спросил старший. - Чтоб ты не сгорел, помидорка, - сказал поэт, счастливо улыбаясь, как будто он не просто рубашку ему отдал, а сделал что-то намного большее. А он был готов что угодно для Вани сделать, чего бы ему это не стоило. Снова замечая румянец на щеках друга от милого "помидорка", он берёт его за руку, таща за собой, - давай быстрее. Там Костя уже купается во всю. Спустя минут 15 уже все трое были на месте. Ваня отдал Пушкину рубашку, садясь под ближайшую иву. Парни это сразу же заметили, снова подходя к Пущину. - Ты не будешь купаться? - огорчённо спросили они в один голос. - Да не, я просто с вами за компанию посижу, - сказав это, он слегка улыбнулся, смотря за тем как и Данзас снимает с себя рубашку и прыгает в воду, обрызгивая Пушкина, после чего и поэт наряет в воду. Они снова смеялись, брызгались. Волосы были мокрыми от озёрной воды, поэтому прилипли ко лбам. Вдруг Саша подплывает к берегу. - Вань! Вань, подойди, пожалуйста, - слегка кричит поэт, замечая движение под ивой. Рыжеволосый подходит к краю берега, смотря заинтересованным взглядом на брюнета. - Что такое? - Помоги выбраться, - говорит Пушкин, высовывая крепкую руку из воды, а Ваня за неё хватается. - Тебе что-то ну.. - он не успевает задать вопрос, как его с криком утягивают в воду. Рыжая макушка скрывается под водой, после чего поэт и сам ныряет под воду, открывая глаза и видя на себе негодующий взгляд, но он ничего не отвечает. Вместо того, что бы что-то сказать, он припадает своими губами к губам старшего, чувствуя их горячее тепло даже через воду. Пушкин практически сразу отлипает, с улыбкой смотря на раскрасневшегося Пущина. Его рыжие волосы расплывались в воде, а яркие голубые глаза, смотрели прямо в душу. В следущую секунду он выпрыгнул из воды, за руку вытянивая и немного задыхающегося Ивана. - Я уж думал вы там утонули, - быстро подплыл Костя, не зная, что произошло под водой, но при этом смеясь с вида мокрого Пущина, - ладно, пойдём уже наверное. Мы же "находимся у озера не больше часа", - смеясь, он передразнил рыжего, после чего получил слегка обиженный взгляд. Они, мокрые с головы до пят, вылезли из воды и пошли в сторону лицея. Сзади к Ване подошёл Саша и, явно улыбаясь, прошептал на ухо еле слышное "мне всё-таки нравится как ты краснеешь, fraise".