Проникая в самые ядра.

      Уже на протяжении как десяти лет, если не более, он следил за тобой из далека, восхищаясь и желая стать таким же сильным. Как ребенок, может, это и вправду было лишь восхищение, но с возрастом чувства начали обретать больше краски, заставляя рыдать и раздирать свою грудь в кровь. Не хотелось чувствовать такое по отношению к человеку, что издевался над ним все это время, портя все вокруг. Нет, несомненно, он не ненавидел тебя. Он ненавидел себя и свои чувства.       Он знал, что его объект воздыхания не был святым. Он много раз злился и в мыслях мог сказать гадости про тебя, но всегда это было на эмоциях и не несло в себе злого умысла. Разочарование проникало в кости, заставляя думать, заслуживает ли он всех этих издевательств из-за того, что он другой? Казалось бы, все они разные, но именно ему пришлось страдать от такой участи. Именно ему достались насмешки, вымогательства, слухи и прочий несусветный бред, что он слышал и терпел.       Как соль на рану была вся эта влюбленность, появившаяся внезапно и нежеланно, ухудшая ситуацию, казалось бы, в сотни раз. Было больно смотреть на тебя, свою любовь, выкидывающую его вещи в мусорный бак неподалеку. Было больно смотреть на тебя, свою любовь, высмеющегося его. Было больно смотреть на тебя, свою любовь, выходящую со школы.       Было больно смотреть на тебя, свою любовь, осознавая, что тебе придется застать этот момент, как он будет лежать на земле, в какой-то странной угловатой позе. Было больно смотреть на тебя, свою любовь, снимая с себя ботинки, оставляя их рядом с собой. Было больно смотреть на тебя, свою любовь, перелезая через решетку. Было больно смотреть на тебя, свою любовь, падая вниз. Было больно смотреть на тебя, свою любовь, застывшую от шока.

***

      Никакой ненависти, по отношению к тебе, на самом деле не было. Выдуманная ложь, придуманная им, чтобы оправдать ненависть к себе и высвободить на кого-то внутреннюю злобу. На кого-то слабого и беззащитного, кто не сможет никому доложить по собственному желанию. Осознание этого накатило волной только после того, как он увидел тебя на земле, в какой-то странной угловатой позе. Тошнота подкотила к горлу, начиная жечь горло и щипать глаза. От чего именно была такая реакция? Он и сам не знал, подбегая к тебе и пытаясь понять, может ли он хоть что-то сделать.       Твои кости были вывихнуты неестественно в нескольких местах, образуя в паре рваные раны, выставляя внутреннюю часть и кости наружу. Твой гакуран уже был испорчен, весь изодранный и испачканный в грязи с кровью. Возможно, было бы лучше, если бы это была не твоя кровь. Это бы не заставляло его сердце биться так сильно, быстро дышать, громко рыдать над тобой.       Все это не должно было быть так. Оно должно было быть как и всегда. Ты бы был таким же идиотом, таким же никем, но живым. Живым и радостным, как было всегда. В какой момент это поменялось? В какой момент все свернуло не туда? В какой момент он переборщил? В какой момент он перестал замечать, что перебарщивает?       Громкие обещания и крики, что медики скоро прибудут, что все будет как раньше. Ты держался за последние волоски, чтобы услышать это. Услышать его искренние извинения, искреннее сожаление, искреннюю печаль. В грудь медленно проникало чувство вины, что ты вообще решился на это. Это было спонтанным решением, почему ты сделал это? Почему ты не подумал о чувствах матери, объекта воздыхания, невинных прохожих людей, в конце концов? Никто из них не заслуживал видеть это, никто из них не должен был видеть это. Это было глупо. Это было невероятно глупо. Хотелось вернуться назад во времени и пойти домой, а не на крышу школы.       Он продолжал кричать, прося, чтобы ты не уходил, чтобы ты держался. Ты правда пытаешься, но боль все сильнее утихала, заставляя тебя со временем закрывать глаза. Хотелось схватиться за что-то, перестать засыпать, перестать быть таким жалким. Хотелось банально дожить до помощи, дать себя спасти. Но ты уже не мог продолжать бороться против того, что ты сам же и сотворил. Это из-за тебя он сейчас стоял на коленях, весь в слезах и крови. Это все твоя вина.

***

      Грязно. Грязно. Грязно. Грязно. Грязно. Ты продолжал мыть свои руки из раза в раз, но каждый раз они оставались все в крови, напоминания о себе и своей сущности. Эта кровь навечно останется с тобой. Хотелось разодрать свои ладони в кровь, прекратить это, вернуть все назад. Хотелось извиниться перед ним за свои слова, за свои действия, за свое существование. Этому уже не бывать, он ушел и это не обратить вспять. Хотелось рвать, кидать и кричать, параллельно царапая свои руки и вырывая пряди своих волос.       Совсем недавно были его похороны. Было ровно столько человек, сколько ты себе и представлял. Было ровно столько страдающих, сколько ты себе и представлял. Практически нисколько. Твоя мать тогда положила руку тебе на плечо, смотря печальным взглядом. Может быть, она права. Тебе и правда стоит отпустить прошлое и идти дальше. Но оно уже вцепилось в тебя мертвой хваткой, не желая отпускать и преследуя тебя всю оставшуюся сознательную жизнь.