सागर की गहराई" (Sāgar kī Gaharāī)

***

             

      

♫ Love Scenario — iKON

♫ Perfect — Ed Sheeran

♫ Iris — Goo Goo Dolls

                           Где солнечный день переливается на поверхности моря, и ветер, играющий на волнах, приглушает звучание мира, Пак Сонхун нашёл уединение, что невероятно успокаивало. Здесь, на живописном берегу, его встретили заряды энергии, которые захватывала природа, пытаясь окунуть в усилие сложностей, которые велики в обыденной жизни захватываются без внимания.       Случайно огибая берег, Сонхун заметил нечто интересное: одиночного лебедя, белое чудо среди аквамариновой воды, и фигуру человека, сидящего возле воды, держащего раковины с жемчугом в руках. Этот человек загадочно привлёк его внимание. ё       Подойдя ближе, он заметил, что это был Ким Сону, показывающий все признаки отрешённого размышления. Сону был погружён в свои мысли, его руки играли с раковинами, и тот незнакомый лебедь, кажется, ухватился за мысли отойти далеко от собственного племени, взять и просто так улететь.       Спокойно и даже с некоторой долей невидимости, Сонхун шагнул вперёд, наглядно проявляя свой интерес.       — Прекрасное зрелище, не так ли? — спокойно спросил он, подходя к Сону. — Лебедь добавляет немалую долю красоты этому месту.       Сону поднял глаза, и его лицо отразило приветливую неожиданность:              — Да, и кажется жемчужины, оставленные в раковинах, тоже обладают своей тайной.       Разговор начался как лёгкое проскальзывание волн, и их голоса, наполненные тем горячим намеком на уединение, эхом отразились между мерцанием световых дорожек на воде. Они сторонились, но магнетизм оставался, как свидетель поэтического ландшафта игры вопроса неизвестного, оборачиваясь друзьями.       Сону, как бы погружённый в их первую встречу, уверенно добавил:       — Эм, должно быть, в твоей жизни тоже есть сокрытые жемчужины — они ждут, чтобы быть открытыми?       Сонхун усмехнулся, кивая в знак согласия:       — Полагаю, что-то похожее есть. Ты знаешь, такие места действительно дают возможность раскрыть, что у нас спрятано внутри.       День прошёл незаметно, оставляя за собой неожиданное открытие, родившееся из доброжелательности и искреннего интереса. Хотя слов было немного, между ними завязалась игра, в которой они нашли общее понимание и свет чего-то значимого.       Отдаваясь неявному флирту, ни один из них не ожидал, что эта прогулка приведёт к тому, чтобы заняться чем-то большим.       Когда солнце ближе стало к горизонту, Сонхун предложил прогуляться вдоль берега, нежно поддерживая Сону под локоть. Это исследование заняло ощущение предвкушения, кружась вокруг зыбких разговоров, отложенных ими, как нерождённые куплеты.       Сону, осторожно чувствуя прикосновение рук, поддался легкому волнению, которое доходило до него. Он чувствовал, что этот человек, Сонхун, был исключительным и почти преобладающим объектом неизвестного перед их границей.       У вечера было заклинание своих загадок сомнения, и, прежде чем осознать, что шум моря вторгался в их возвышение, — их разговоры сохранились вдоль ритма сомнений, между ними начался гармоничной процесс повторения.       Когда их сердца начали биться в унисон, они не могли упустить момент, чтобы сблизиться ещё больше. Сонхун, проводя Сону по песку, дал волю ожиданиям и ощущениям, которые естественно и неизбежно влекли их друг к другу.       — Ты когда-нибудь задумывался о том, что за связь может существовать между двумя незнакомцами? — спросил Сонхун, его голос был полон искренности и невидимых трепетов.       Сону, глядя прямо в глаза, ответил с уверенностью, что он чувствовал с первого момента.       — Я думаю, что она не менее таинственна, чем лебедь — величественно разбирающееся в водных пространствах — просто движется.       Этот разговор был преамбулой, послужившей лишь вступлением к интуитивно открытому знанию. Сонхун, не медля, склонился над Кимом заботливо, как лебедь, перекосив красивое крыло, чтобы укрыть Сону от окружения без учёта серьёзных сказок.       Поцелуй — это было открытие причудливо-пробуждающего момента, заполненного излишества и лёгкости. Исполнение сквозь понятийный барьер с лёгкостью их первой встречи и прихвата узкого, знакомого величия.       Прикосновение губ оказалось таким лёгким, как перьевой вздох, и каждый их поцелуй говорил о внутренних ощущениях, скрытых за словами. Эти чувства начали обрастать вибрациями откровения и новизны.       Сонхун полюбил в этом моменте моментальные переживания и тонкие перемены, которые произошли с ними обоими. Все сложилось воедино: их прикосновения, кажется, стали отказом времени, чтобы можно было сделать всё, что пожелается.       Сону ответил с безусловной теплотой, осознавая, что это странное сближение открыло в нём нового человека, готового исследовать неизвестное. Это было ощущение, как будто он стоял на пороге нового горизонта, стремясь раскрыть для себя ещё больше.       В продолжение ночи они оставались близнецами чувств, связанных неразрывными нитями, погруженными в шепот вод моря, что озвучивало звучание их собственных букв и вспомнивших плодов.       И, поднявшись с рассветом, Сону осознал, что его сердце обрело новое направление в этом поцелуе, как находясь на берегу владельца. Между ними возникли отношения, которые освещали каждое чувство любовной интонации музыкальных строк, касавшихся растворения.       Было время для превзойденного возвращения, и они взялись за руки, зная, что их связь осталась прочной — как жемчужины, спрятанные внутри их собственных раковин. Вставая с горизонта, который остается в покое, они отправились позади независимости, чтобы направиться к этой новой бронзовой возможности.                     

***