***
Но Накхын осторожно перебирал пальцами латунные кнопки старинного радиоприёмника, наслаждаясь тихим потрескиванием пластикового корпуса. В его квартире пахло древесным лаком и старыми страницами — запах, который он обожал. На полках в идеальном порядке стояли: • Телефон Ericsson 1978 года с тяжёлой трубкой, в которую так приятно было говорить, растягивая спиральный шнур до предела. • Коллекция виниловых пластинок, каждая в индивидуальном бумажном конверте с пожелтевшими наклейками. • Механическая пишущая машинка «Olympia», на которой он иногда печатал письма, просто чтобы слышать звонкий стук клавиш. Сегодня он отправился на блошиный рынок в своём любимом коричневом твидовом пиджаке с заплатками на локтях — винтажном, конечно. Его цель: кассетная дека «Sony CFD-550» в идеальном состоянии. — Пятьдесят тысяч, — сказал продавец, лениво жуя жвачку. Накхын уже доставал кошелек, как вдруг… ВРРРРОООМ! Громкий рёв двигателя, напоминающий звук разрывающейся ткани, заставил его вздрогнуть. Он обернулся и замер. На дороге, с шиком выпарковавшись в облаке пыли, стоял Chevrolet Impala 1967 года винного цвета. Хромовые бамперы сверкали на солнце, а кожаные сиденья пахли маслом и дорогим деревом даже на расстоянии. Из машины вышел молодой мужчина в кожаной куртке цвета тёмного шоколада. Он снял солнечные очки, и Накхын увидел насмешливый взгляд тёмно-карих глаз. — Что, понравилось? — парень хлопнул по капоту ладонью, и металл звонко отозвался. — Э-э… машина? Да, красивая, — Накхын поспешно отвернулся, делая вид, что его больше интересует дека. — Ага, только машина, — усмехнулся незнакомец, облокотившись на крыло. — Я Ыйун. — Накхын. — Ну что, Накхын, хочешь прокатиться? — Я… что? — Ну, раз уж ты так её разглядываешь, — Ыйун открыл дверцу с театральным жестом. Пахнуло кожей, бензином и чем-то ещё — тёплым, мужским. — Поехали? Накхын колебался. Но… чёрт возьми, это же Chevrolet Impala! — Ладно, но только на пять минут! Ыйун рассмеялся, и его глаза сузились: — Ох, наивный. Машина рванула с места так резко, что Накхын вжался в сиденье. — Ты псих?! — закричал он, хватаясь за дверцу. — Расслабься, — Ыйун ухмыльнулся, одной рукой крутя руль, другой переключая передачу. — Просто люблю, когда пассажиры кричат. — А я люблю выживать! Ыйун рассмеялся и снизил скорость, но не сильно. — Ладно, ладно, не пугайся. Просто… мне нравится твоя реакция. Накхын покраснел. — Ты всегда так знакомишься? Заманиваешь людей в свою машину? — Только красивых коллекционеров, — Ыйун бросил на него игривый взгляд. Накхын фыркнул, но внутри что-то приятно ёкнуло. Оказалось, у них много общего. — У меня дома есть телевизор «Rubin» с такими кнопками! — восторженно сказал Накхын, показывая руками размер. — О, серьёзно? — Ыйун улыбнулся. — А у меня в гараже лежит двигатель от Ford Mustang ’62. — Ты собираешь двигатели?! — Ну, иногда что-то ещё собираю, — Ыйун многозначительно посмотрел на него. Накхын сглотнул. Машина вдруг свернула на пустынную дорогу у реки. — Э-э… мы куда? — Накхын насторожился. — Полюбоваться видом, — Ыйун выключил двигатель. Тишина. Только лёгкий шелест листьев и далёкий крик чайки. — Красиво, да? — Ыйун облокотился на руль, глядя на него. — Да… — Накхын почувствовал, как учащается пульс. — Может, ещё что-нибудь красивое посмотрим? — Например? — Ну… — Ыйун медленно приблизился. — Тебя. Их губы встретились. Поцелуй был таким же ретро, как и всё вокруг — неторопливым, тёплым, с лёгким привкусом кофе и чего-то опасного. Когда они разошлись, Накхын прошептал: — Ты… часто так делаешь? — Только с теми, кто нравится, — Ыйун улыбнулся. — Поехали ещё? Накхын засмеялся: — Только если ты обещаешь не гонять. — Обещаю, — Ыйун завёл мотор. — Но кое-что всё равно будет на высокой скорости. Накхын шлёпнул его по плечу, но уже знал — эта поездка не последняя.***