Тень его рода

Юнги перебирал бумаги на столе, где, казалось, был тысяча и один документ. Скромная девушка, перепуганная дракой парней, заковыляла к «начальнику». Хрупким кулачком постучала Юци по внушительной двери и стала неторопливо заходить в помещение.  - Юци, мне не до тебя. Сама знаешь всю обстановку, - разочарованно пробормотал Мин, облокотившись руками на стол. Девушка села на кресло, осматривая комнату, где творился явный беспорядок: все бумаги были на полу, а на полках неаккуратно лежали книги.  - Может быть я смогу чем-то помочь? - растерянно пробормотала Юци.  Юнги тяжело выдохнул, подошел к девушке и сел рядом, оперев локти на бедра, после чего достал из пачки сигарет последнюю папиросу. Рыжая девушка достала из кармана резную зажигалку, изготовленную для ее отца в далеких девяностых, и подожгла сигарету, зажатую меж губ главаря. Табачный дым стал распространяться по кабинету, а вопрос Юци, который она задала, как будто бы завис в воздухе. Молчание прервала захлопнувшаяся входная дверь, из которой вышли Чонгук и Тэхен.  Потушив сигарету об разукрашенную пепельницу, Юнги произнес: - Думаю, ты и правда сможешь мне помочь. Ветреная погода, казалось, помогала парням быстрее добраться до дома Тэхёна. На пол пути Ким остановился и дернул Чонгука за рукав, чтобы остановить их спешку и произнес: - Может будем на набережной? Я не хочу домой. Брюнет лишь молча кивнул.  На набережной, где когда-то юноши уже разговаривали, стояла гробовая тишина, которую изредка мог прервать тихий шум немного замерзшей реки, протекающей вдоль города. Чонгук облокотился на перила, опустил взгляд вниз, а после поправил волосы, запрокинув голову назад: «Я жду объяснений, Тэхён». Короткая фраза из уст брюнета прозвучала действительно угрожающе и как никогда холодно.  - Чонгук, мне нужны деньги, - выдохнул Ким, - всё упирается в то, что мне нужно будет оплачивать учебу. Я не испытываю личной неприязни к тебе или к твоим друзьям, несмотря ни на что. Я сам всё улажу, раз сам заварил. В любом случае часть денег уже у меня. Кулаки брюнета стали крепко сжимать перила, на которые он облокачивался.  - Ради денег решил подвергнуть опасности нас и других людей? Мы существуем тайно и обособленно ото всех, а теперь люди узнают, где мы живем. Ты считаешь, что сделал лучше? Сам-то сможешь с этим жить? Ким сел на холодную плитку и руками взял себя за волосы. Привычка парня трогать свои локоны помогала ему успокоиться и настроиться в трудных ситуациях. Наступило молчание. Брюнет смотрел на реку, которая медленно двигалась в определеную сторону, а ветер старался её ускорять. Неизвестно сколько продлилась пауза в разговоре парней. Чон опустил взгляд на сидящего юношу и протянул ему руку: «Встань. Задница примерзнет». Блондин недоверчиво взглянул на вампира, но все-таки подал ему свою ладонь, чтобы встать.  - Есть много того, в чем ещё предстоит разобраться, Ким. Думаю, теперь мы будем делать это совместно, - сказал Чонгук, после чего вновь стал смотреть вдаль. Солнце уже давно заходило за горизонт, а юноши продолжали смотреть вдаль, как будто бы не смущаясь от паузы между ними. Рука Тэхёна потянулась к глубокому карману плаща кофейного цвета, в котором лежала пачка сигарет с шоколадными нотками. Чонгук прервал это действие, самостоятельно достав предмет из кармана и демонстративно выкинув на дальний берег.  - Что за хуйня, Чон? Снова пытаешься контролировать мою жизнь? - повернувшись к брюнету произнес Ким.  - Ненавижу запах сигарет. Если хочешь накопить денег, не трать их на бесполезные вещи по типу этой, - спокойно говорил Чонгук, подходя к Тэхёну ближе и ближе, - И не говори, что тебе не нравится, когда тебя контролируют. Взгляд вампира был пристально направлен в глаза блондина, который явно насторожился. Чон поднес лицо к воротнику плаща Тэхёна. - Уже и тут табаком воняет. Постирай хоть.  - Чонгук, почему ты к этому привязался? Какая тебе вообще разница? - отпрянув от брюнета пробормотал Ким.  - Юнги курит. Моё отношение к нему явно не самое лучшее, поэтому и проходят ассоциации, - Чон выдержал паузу, отвернувшись в сторону реки и поправляя слегка вьющиеся волосы, стриженные под густой маллет, - Блять, знаешь как странно, что к тебе у меня нет негативного отношения. Я даже разозлиться не могу. Да и не хочу. Скорее всего, другой бы “из нас“ разорвал бы тебя на куски за предательство. В доме клана Ангэ стояла тишина, которую перебивали тихие разговоры Юнги и Юци. Глава выпивал, но не был пьян, в то время как девушка покорно слушала беспокойные речи парня.   - …Ведь я не был готов к этой ответственности, которая есть у меня сейчас. Его дед беспощадно расправился с моим отцом, а теперь я вынужден разгребать всё то дерьмо, которое наворотил мой папаша. Долги, нарушенные связи, прерванные сделки - это слишком давит на меня. Я всего лишь хотел спокойствия. Юци была спокойной и эмпатичной девушкой, которая всегда шла на помощь нуждающимся. Она пыталась влиться в общество вампиров, в которое по чистой случайности попала, поэтому старалась найти общий язык с главой. К слову, у неё это хорошо получалось, так как часто Юнги открывался для неё, рассказывая то, что таится на душе. Вечерами при тусклом свете два по-своему одиноких человека могли поговорить о наболевшем. Не обязательно было говорить слова поддержки или что-то бурно обсуждать. Достаточно лишь слушать.  «Юци, не могла бы ты привести Тэхёна ко мне? Я хочу поговорить с ним лично. Пора перестать перекладывать эту затею на кого-то другого, возьму все в свои руки» - после душевных разговоров твердо спросил Юнги. Девушка замешкалась, но вскоре согласилась, так как доверяла главе и надеялась, что тот не сделает ничего плохого в сторону её друга.