meow effect

На часах 02:17 ночи, за окном темень, а в глазах сон. Только вот единственная проблема — уснуть мешает шум за стенкой. Тэхён ворочается, психуя, накрывает подушкой уши, пытаясь уснуть. Музыкант по соседству — любитель ночных репетиций, как понял Ким. Стабильно каждую ночь он начинает греметь непонятно чем, смеяться, с кем-то громко разговаривать через музыку. Его сосед — тот самый с татуировками, пирсингом — снова устроил сборище. Может быть там десять человек? Может. Тэхён зажмурился. Ещё пять минут. Ещё пять минут. Или он… он… А он ничего и не сможет сделать. Потому что уже сто раз стучался в дверь, оставлял записки на ручке, угрожал полицией. Просьба есть — ответа ноль. Вдруг шум резко прекратился. Наступила настолько оглушающая тишина, что Тэхён на мгновение подумал, что оглох. Затем тихий скрежет за стеной и снова тишина. Тэхён расслабился, перелëг на спину и закрыл глаза с довольной улыбкой — наконец-то этот концерт прекратился. Он и так пашет на работе по двенадцать часов, начальство ругается, дедлайны горят, а дома — в новой многоэтажке стены тонкие — отдохнуть не дают. Но счастье его длилось не долго. Он услышал тихий стук в дверь. Такой тихий, что могло и померещиться. Но затем снова — тук-тук-тук. Тэхён вздохнул и поднялся с кровати, медленно прошагал к двери и заглянул в дверной глазок. За дверью стоял сосед и нервно теребил пальцы. Чонгук стоял, переминаясь с ноги на ногу (босиком? в октябре?), и от него пахло сигаретами и чем-то сладким — то ли энергетиком, то ли дешёвым парфюмом. Тэхён сморщился, только сейчас вдыхая чужой запах. Именно так, по его мнению, и должен пахнуть кошмарный сосед — Да? — устало спросил Тэхён, приоткрывая дверь на цепочке, жмурясь от яркого света в коридоре. — Слушай, — без предисловий начал сосед (Чонгук, кажется?), даже не пытаясь вести себя как-то вежливо, не смотря на то, как был молод. — У меня проблема. Мой кот пропал. — А я здесь причём? — Тэхён приподнял одну бровь, его усталый сонный мозг не совсем понимал что к чему. Чонгук глянул в глаза Киму, слегка выпрямился, чтобы звучать увереннее: — Я слышал, ты еë кормишь. Подумал, что она у тебя. Тэхён закатил глаза, пытаясь вспомнить какого такого кота он подкармливает всё время. На ум пришёл только один запоминающийся кот (точнее, кошка) — трёхцветная, с голубыми глазами и до одури милейшее создание. — А… — протяжно сказал Тэхён, вспомнив. — Трëхцветка? — он замолк на несколько секунд, пришурившись осмотрел парня с ног до головы: тот был одет в шорты и растянутую майку, которая особо ничего не прикрывала, а тату на руках были похожи на странную порнографию (его сонное зрение размывалось и он не мог точно разглядеть рисунки на теле). — И что? Я-то здесь причём? Чонгук вздохнул и, слегка закатив глаза, заправил спавшие на лоб волосы назад: — Раз ты его кормишь, то я хочу, чтобы ты мне помог его найти. — Много хочешь, — Тэхён закатил глаза, повторяя за тусовщиком и уже начал закрывать дверь, когда нога ночного гостя преградила путь. — Пожалуйста, — Чонгук прижал ладонь к косяку, и Тэхён с отвращением заметил следы кошачьих когтей на его запястье. — Она… — он странно замялся, — не приходит уже сутки. А обычно… — Обычно? — Да ёб твою… — сосед вдруг провёл рукой по лицу, смазав серебряную серёжку в брови. — Она же к тебе ходит! Каждый день! Ты её кормишь той дрянью из супермаркета, вот она и… Тэхён медленно приподнял бровь. В его холодильнике действительно лежал пакет с дешёвым кормом. Но как, чёрт возьми, этот недоросль об этом узнал?! Он уже хотел снова отказать, но его взгляд упал на пальцы соседа, они дрожали. «Чëрт», — подумал Тэхён. — «Видимо, реально волнуется». — Ладно, ладно! Поищу я твою кошку, чтоб тебя, — Тэхёну наконец позволили закрыть дверь, и он, закрывшись внутри квартиры устало провёл ладонью по лицу, тихо матерясь. Ким вышел из дома через пару минут, осенний ветер тут же пробил тонкую ветровку Тэхёна насквозь. Он едко пожалел, что не взял шарф. Чонгук же, казалось, не замечал холода — он нервно мял сигарету, а его взгляд метался по тёмным углам двора, словно пытаясь найти и без того тёмную кошку в нкпроглядной черноте. Они вдвоём были одеты как попало: Ким в старые треники и чёрную ветровку адидас, хотя не подходит под этот образ, а Чонгук — остался в шортах, но теперь уже был в толстовке. — Как ты думаешь, где она может быть? — спросил Чонгук, заметив движение со стороны, и посмотрел на Кима. Тот сложил руки на груди и выглядел раздраженно, но был достаточно симпатичным даже с таким угрюмым выражением лица. — Понятия не имею. Просто пройдемся по дворам, может кошка твоя где-то поблизости. Он первым пошёл вперёд куда глаза глядят. Просто хотел, чтобы от него отстали. Это ведь не такая уж и большая просьба, верно? Чонгук пошёл следом за ним. Так они ходили молча первые десять минут. Иногда Чонгук звал кошку Миси «кс-кс», но ответа не было, только тишина и отдалённые звуки машин где-то на дороге. Потом, когда напряжение прошло, Чонгук шутил какие-то странные шутки, ходил рядом с раздражённый соседом, пытаясь разрядить обстановку. — Может… её машина сбила? Она ведь домашняя… — пробормотал Чонгук слегка настроенной после получаса хождений по району. — Не неси чушь, она не настолько тупая, чтобы попасть под машину, — Тэхён вздохнул и глянул на Чона. — Может просто спряталась где-нибудь и греется. Всё таки холодно. (Где-то. Где-то Миси царапала кору деревьев, точка когти, и бесшумно прыгала по крышам, следя за парнями). Они ходили по разным улочкам, ища кошку. Потом Чонгук отвлекся от дороги, на ходу высматривая незнакомую местность на присутствие своего любимца. Споткнулся. Чуть не полетел носом в асфальт. Тэхён успел схватить парня за плечо и остановить падение. Сказал только короткое «осторожнее» и пошёл дальше. Чонгуку хватило этого, чтобы благодарно усмехнуться в спину. Затем Чонгук начал рассказывать, как около двух лет подобрал любимое животное ещё котёнком. Миси очень болела, когда была маленькой, но Чонгук её выходил, вырастил и очень о ней заботился. Тэхён впервые увидел в этом человеке не только наглого игнорщика и тусовщика, но и… действительно заботливого молодого человека. Тэхён тоже решил рассказать, раз пошла такая тема, про то, как она начала бегать к нему и скребстись в дверь, будто прося то ли внимания, то ли ласки. Вот так и подружились, хотя Тэхён не особо то и дружелюбный. Резко возникла тишина. Тэхён шёл, глядя перед собой, сложив руки в карманы ветровки, начиная по тихоньку замерзать. Чонгук шёл рядом, такой же молчаливый, Тэхён не видел, но Чонгук часто виновато косился на него. — Мама в больнице, — неожиданно выпалил Чонгук, глядя куда-то в темноту. — Рак. Лекарства — как крыло самолёта по цене… Вот и репетирую по ночам. Днём — подработки. А вечером… Он горько усмехнулся. — Вечером я пытаюсь не сойти с ума. Прости за шум, Бука. Тэхён молчал. «Бука». Так Чонгук пару раз называл Тэхёна в ответных записках. Возникла неприятная тишина. Тэхён не знал, что сказать. «Соболезную»? Клише. Да и мама пока жива. «Понятно»? Звучит глупо. Тэхён резко остановился. Рак. Это слово било по ушам, как плеть. Он знал его слишком хорошо — три года назад тот же диагноз унёс его отца. Да и Чонгук не особо хотел слышать какие-либо слова поддержки или понимания. За полтора месяца упорной работы либо привык, либо выгорел настолько, что уже ничего не хочется, кроме как видеть маму живой и здоровой. Они прошли ещё несколько метров, мимо какого-то двора. Оттуда послышался тихий шорох, но ни один из парней не обратил внимания. А затем… — Мря-яу? — послышалось позади до боли нежное и знакомое. Чонгук развернулся, Тэхён за ним. Кошка прождала секунду и нырнула под дверь забора. Чонгук назмурился и тут же бросился к чужому двору, надо было посмотреть окрас кошки, потому что в темноте ни черта не видно. Во дворе его встретила бабушка с доброй улыбкой, которая сидела на крыльце и гладила кошку. Яркая лампа освещала крыльцо и кошку — трëхцветную. — Молодой человек, ваша кошка? — по-доброму спросила бабуля, когда Чонгук остановился в ступоре, глядя на эту миловидную картину. Рядом остановился Тэхён, глядя туда же. Его плечи слегка дрожали от холода, хотя лицо оставалось бесстрастным. Чонгук хотел что-то спросить у парня, но его перебили: — Забирай свою кошку и идём домой. Чонгук чуть наклонился вперёд, заглядывая в чужие глаза — Тэхён отвёл взгляд, сильно мëрз и желания оставаться на улице больше не было. Особенно в три часа. Чонгук словно проигнорировал чужие слова — он попрыгал к своей кошке и тихонько забрал её с места, вложив в своих руках. Миси сладко потянулась на руках хозяина и зевнула. — Ну и зачем ты ушла? Ещё и так далеко, — Чонгук нахмурился, тихонько ругая зверька. — Знаешь, как я переживал? Он тайком глянул на Тэхёна, тот стоял на том же месте, но теперь вместо сварливого лица, была маленькая улыбка, а глаза направлены на маленькую сценку. Чонгук еле сдержал улыбку. Этот сосед, который стабильно приходил и жаловался на шум, которого он постоянно видел во дворе с недовольным и уставшим лицом, теперь улыбался. И улыбка такая теплая… Такая искренняя. — Ладно… — Чонгук обхватил кошку покрепче, повернулся к бабушке и попрощался с ней и пошёл к Тэхёну. — Пойдём, кошка найдена. Они шли обратно. Кошка в хозяевых руках тихонько балдела, мурлыча на всю улицу (Даже Тэхён слышал), но парни молчали. Под конец их прогулки Чонгуку уже начала мозолить глаза дрожь чужих плеч. Он остановился напротив подъезда и схватил соседа за рукав, останавливая. — Ну что? А, вернулся тот самый раздражённый тон. Видимо, рано обрадовался, что снова попадёт в свою кровать. — Ты замëрз? — Нет, — Ким качнул головой, хотя и правда замёрз. Хотел попасть домой и закончить на этом ночное приключение. — Врёшь, — уголок губ приподнялся, Чонгук спустил кошку на землю, и та, будто понимая намёк, отбежала к подъездной двери и села. Начала показательно облизывать лапку. Чонгук же потянул в сторону соседа руки. — Могу согреть твои руки, чтобы ты не держал их полчаса под горячей водой. Тэхён прищурился в мгновение, кинул недоверчивый взгляд на пронутые ладони. Пальцы и правда начинали неметь — в этом году ужасно холодный октябрь. — Зачем тебе это? Чонгук помолчал пару секунд, не сводя глаз, затем прошептал, будто боясь опозориться: — Может я хочу извиниться? За всë. Тэхён сматерился и вытащил руки из карманов, но лишь немного притронулся подушечками пальев к чужим — соседские руки показались горячее батарей — но не успел отдëрнуть, как его схватили за руки и крепко сжали. Тепло тут же протекло от пальцев до плеч парня, а затем и по всему телу. Они просто держались за руки посреди ночи во дворе, пока кошка примирительно сидела в стороне и смотрела в стену. Спустя две минуты молчания один из них подал голос: — Ну как? — Нормально, — сдержанно ответил другой, хотя было непривычно держаться за руки. Тем более с тем, кого ненавидел. «Вот настырный какой!» — Тэхён нахмурился. — «От меня вообще отстанут?» — Приходи завтра ко мне на чай. Я хочу извиниться ещё раз и нормально. — Ладно, — Тэхён подумал, что это какая-то идиотская шутка, потянул руки назад, но Чонгук не отпускал. — Хватит уже. — Нет. — …Что? — Я сказал — нет. — Чонгук вдруг шагнул ближе. В свете фонаря его татуировки уже не казались похабными — просто загадочными. — Ты ещё не оттаял. Тэхён фыркнул. — Оттаял? Ты вообще слышишь, что говоришь? — Ага. И ещё я говорю — приходи завтра. На чай. — Я уже согласился! — Хорошо, — Чонгук наконец отпустил его руки, но тут же снял свою толстовку. — На. — Ты с ума сошёл?! — Мне не холодно. Это была наглая ложь — его руки тоже дрожали. Но прежде чем Тэхён успел отказаться, толстовка уже была на нём. Она пахла дешёвым парфюмом, сигаретами и… чем-то домашним. Вроде печенья. — Идиот, — пробормотал Тэхён, но застегнул молнию. Чонгук рассмеялся, подхватил Миси на руки и ткнул пальцем в его грудь: — Завтра. В семь. Не опаздывай. — Один раз! — крикнул ему вдогонку Тэхён. — И если опять будет шум… — Будет тихо, — Чонгук уже заходил в подъезд, но обернулся. Его ухмылка светилась в темноте. — Если, конечно, ты сам не зашумишь. Дверь захлопнулась. Тэхён застыл на месте. …Что, чёрт возьми, это значило?!

***

На следующее утро Тэхён проснулся от странного звука. Тук-тук-тук. Он подскочил, ожидая опять грома за стеной… но нет. Стучали в дверь. — Кто?! — рявкнул он, натягивая ту самую толстовку (которая, к его стыду, провисела на стуле всю ночь). — Доставка! — донёсся весёлый голос. Открыв дверь, Тэхён увидел… …три пакета. В первом — дорогой кошачий корм («Чтобы Миси больше не воровала твой»). Во втором — беруши («На всякий случай»). В третьем… Тэхён нахмурился, разворачивая бумагу. «Билет на мой концерт. Если придёшь — после сыграю тебе тихо. Только для тебя.» Подпись: «Твой шумный сосед». За стеной послышалось довольное «Мяу!». Тэхён вздохнул. …Он определённо попал в какую-то дурацкую романтическую комедию. Тэхён пощупал билет. — Идиот, — буркнул он. Но беруши выбросил в мусорку.