Побег из свинарника

— Что ж, господа, — открыл внеочередной совет команды Перимед. — Вынужден признать прискорбное обстоятельство: мы свиньи. Он дал совету минутку на обдумывание этой мысли. Совет обдумал и с удивительным единодушием удручённо хрюкнул. — С этим разобрались, — продолжил он. — Следующее обстоятельство: мы заперты в этом свинарнике. — Позволю также заметить, — вмешался Алким, — что даже если бы мы не были заперты, мы бы всё равно не смогли уйти дальше пределов острова. Насколько мне известно, свиньи не плавают, не летают и не водят корабли. — Ну с кораблём же у нас как-то раньше получалось, — не удержался Элпенор. Команда посмотрела на него с немым осуждением. — Ради всех богов Олимпа, я же попросил не шутить о том, что мы и так всегда были свиньями! — простонал Перимед. — И раз уж на то пошло, ты, Элпи, самая большая свинья. Какого хрена ты выжрал всё вино у хозяйки? — В каком смысле «всё»? — возмутился в ответ Элпенор. — Там было-то всего два кувшина! Не обеднела, поди. — Ага. Хозяйка-то не обеднела, да и ты выглядишь ну просто-таки по-свински счастливым. А все остальные вынуждены мириться с нынешним обликом на трезвую голову! — отчитал его Перимед. — Впрочем, это нам лишь на руку. Давайте думать, как решать возникшее затруднение. — А может, просто подождём? — предложил Алким. — Эврилох успел уйти до того, как колдунья наложила заклятье. Я уверен, он обо всём расскажет капитану, а Одиссей у нас голова, выдумает что-нибудь получше, чем мы. — Ты вообще видел, как Эврилох улепётывал? — хрюкнул Элпенор. — Да и Одиссей не дурак, что правда — то правда. Так что держу пари, что они с остатками экипажа уже отчалили и гребут отсюда на предельной скорости. — Для свиньи, выдувшей два кувшина неразбавленного вина, ты на удивление пессимистичен, — съязвил Перимед, однако по его тону было ясно, что он разделял мнение невоздержанного друга. — И всё же, даже если капитан вернётся за нами, не пристало нам сидеть сложа руки и просто ждать помощи. — Что ты предлагаешь? — спросил Алким. Перимед походил по свинарнику, порылся копытом в грязи, потёрся боком о доски, а затем заявил: — Я предлагаю устроить побег. Как видите, здесь полно говна и палок. А из говна и палок при некоторой инженерной сноровке даже свинья способна соорудить пристойный транспорт.

***

— Демента! — окликнула Цирцея одну из служанок. — Гони свиней! Когда Демента отперла дверь свинарника, то едва успела отскочить, чтобы не попасть под колёса весьма причудливой колесницы, на которую взгромоздилось трое заколдованных спутников Одиссея. Просвистев мимо перепуганной служанки, драндулет, сыпля искрами и исторгая клубы дыма, на полной скорости вылетел во двор, где наскочил на камень, подлетел в воздух, трижды перевернулся в полёте и ухнул в клумбу, которая смягчила пассажирам падение. — Идиот! А я говорил, что надо ставить пружину на крышу! — вылезая из-под обломков, взвизгнул Элпенор. — Я подумал, что ты бухой и бредишь! — огрызнулся Перимед. — Парни, дело пахнет жареным, — отвлёк их от перепалки Алким, с содроганием замечая, что к ним приближается сама хозяйка дома.

***

— Мы знали, что вы не бросите нас, капитан! — с чувством произнёс Элпенор. Едва с него сняли заклятье, он полез обниматься со своим спасителем, однако Одиссей с натянутой улыбкой отодвинул его от себя на расстояние вытянутой руки: кислый винный душок из Элпенора всё ещё не выветрился. — Как вам удалось убедить её, капитан? — спросил Перимед, когда радости от освобождения из плена Цирцеи немного улеглись. Одиссей приосанился: — Да проще простого. Всё это время у меня была какая-то тактика, и я её придерживался. У меня ведь, между прочим, выдающийся дар красноречия, а также невероятно развиты стратегические навыки… — в глазах команды, которая слушала его, раскрыв рот, промелькнула тень сомнения, так что он быстро свернул хвалебную речь и подытожил: — Короче говоря, я наныл.