Добро пожаловать назад

      Оглушительная тишина сопровождала каждый шаг. Песок впивался в ботинки, и горячий воздух полз по коже, обжигая даже те участки, что скрыты тканью. Здесь не было ветра, не было звуков живых существ — только мёртвое, обезвоженное, безразличное пространство.       Лололошка устал. Не просто физически — устал душой. Он был отвязан, отделён от привычных маршрутов, лишён механики, которая раньше держала его. Теперь он просто человек среди небытия.       Планшет, разломанный пополам, валялся неподалёку, его экран мерцающим призраком напоминал о том, что выхода нет. Тадмавриэль устранён. Организация теперь далеко. Отрезанный, забытый, словно бы и не существовал вовсе.       Но вот — голос! Не собственное эхо, не звук распадающегося времени. — Ну наконец-то я тебя нашёл! Давай, пошли.       Голос живой. Голос настоящий.       Лололошка замер, сердце вдруг застучало сильнее. — Джон?! Это и правда ты?       Голоса уходили в глубину песка, поглощаясь пустым миром. Но он стоял тут. Тот самый — оранжевый шарф, легкомысленная улыбка, слишком уверенные шаги для места, где любое движение кажется лишним. — Да-да, я! — Джон Дейви Харрис, как всегда не терпящий долгих пауз. — А теперь давай, пошли. В этих местах долго находиться неприятно. В живых ветках куда приятнее.       Но Ло не двигался. Он был отвязан. — Я больше не привязан к миру… Без телепорта, без планшета — я не смогу уйти.       Песок пересыпался под ногами, а где-то вдали за горизонтом тени размывались в вечном закате. — Как отвязали, так и привяжем обратно! — Джон хлопнул в ладони, будто проблема не стоила и минуты размышления. — Ты же не думал, что это задачка станет проблемой для гениального Джона Дейви Харриса?       Лололошка не ответил. Только посмотрел на расколотый планшет. На пустоту мира. — Ой-ёй, — Джон вздохнул. — Неужели ты реально собирался оставаться здесь до своего конца?       Тишина. — Ты отрезал себе все пути к выходу…       Тишина. — Ладно, надо будет ещё твою психику восстанавливать.       Джон подошёл ближе и достал из кармана халата шприц. — Конечно, стерильностью тут и не пахнет, но ты парень крепкий, справишься.       Золотое свечение вспыхнуло в месте укола. Кровь забарабанила в ушах, голова готова расколоться, мышцы вздулись болезненными судорогами.       Где-то на границе сознания — рука Джона. Тепло. Поглаживание по спине. — Эй, ты как?       Голос то реальный, то отдалённый. То здесь, то далеко-далеко, в другом мире.       Лололошка попытался вдохнуть глубже. — Да, получше... но всё равно ощущение, будто меня поезд переехал.       Джон усмехнулся. Оранжевый шарф мелькнул в зрительном поле. — Ещё не конец, — его голос спокоен. — Ты чувствуешь свою Искру, да? Но энергии нет.       Ло смутно кивнул. — Тогда я выпью «Пламя искры»!       Но Джон сразу пресекает импульс. — Не так быстро! Притормози, симпапусик и слушай меня и не перебивай. Твою искру сейчас нужно... как бы завести заново. Сейчас. Проще сделать чем объяснять.       В подтверждение своих слов Джон снимает с рук перчатки и правой рукой касается грудины, а левой поддерживает Ло за спину. Резким движением он ударяет по чужой груди и направляет энергию. Ее завихрения образуют в воздухе причудливые узоры, которые сразу поглощаются телом мироходца — Терпи симпапусик, ещё немного. Наконец, золотые частицы пропадают. Лололошка тяжело дышит, холодный пот стекает по телу, а зрачки не могут сфокусироваться. Но это чувство... Такое приятное и знакомое. Ощущается как что-то родное. Как Джон.       С этой мыслью он теряет сознание и падает в чужие объятья. — Ну что же мне с тобой делать, а?       Тот подхватывает его на руки и нажимает на конопку на причудливом устройстве в кармане.       Пара мироходцев исчезает в зелено-голубоватом свечении открытого портала.