Спотыкаясь, мы идём по небесам

Титан сглотнул, глядя на величественный силуэт здания перед собой. Он бросил короткий взгляд назад, прежде чем начать подниматься по ступеням, его сердце билось быстрее с каждым шагом. Что он делает? Ему не место здесь, и каждая часть его тела это знала. Но всё же… Символ на широком входе в храм ярко сверкал, отражая солнечный свет, и что-то внутри Титана вспыхнуло при виде его. «Уходи, Титан,» — сказал он себе, — «никто не узнает, что ты был здесь. Ты даже не знаешь, что найдёшь! Эти сны ничего не значат.» Он закрыл глаза и вздохнул. «Но я буду знать,» — возразил он сам себе, — «я буду знать, что был здесь и струсил. И где ещё я найду ответы?» Он замер, потирая лицо рукой. Теперь он ещё и спорил сам с собой. Титан протянул руку и сжал холодной, вспотевшей ладонью дверную ручку, оглядываясь по сторонам, прежде чем повернуть её. Дверь открылась без малейшего сопротивления. Ни замков, ни охраны — было очевидно, что тот, для кого предназначался этот храм, не беспокоился о случайных посетителях. Кто бы это ни был…или что бы это ни было. — Эй, есть кто? — позвал он. Если там кто-то был, Титан хотел бы иметь шанс сбежать, но ответа не последовало. Наконец, Титан глубоко вдохнул, закрыл за собой дверь, и щелчок замка прозвучал как нечто окончательное. Он замер, привыкая к тусклому свету комнаты. Потолки уходили высоко вверх, стены были белыми, из необработанного камня. Но впереди виднелась арка, и Титан шагнул в ещё более просторное помещение, которое казалось слишком большим от того, каким храм выглядел снаружи. На дальней стене висела огромная картина, прямо над длинной каменной плитой, покрытой белой тканью посередине. Сначала Титану показалось, что это стол, но, подойдя ближе, он понял, что это алтарь. «Вот оно,» — осознал Титан, снова сглотнув, — «это то, что мне снилось.», Его мысли вернулись к моменту из сна — туманному, но поразительно ясному. Он входил в большую пустую комнату, такую тёмную, что ему казалось, что он слеп. Он находил алтарь — и в реальной жизни, вспоминая это, Титан невольно шагнул вперёд, его рука поднялась, словно притянутая к камню. Во сне он дрожащей рукой касался алтаря, и что-то внутри него болезненно сжималось, когда его пальцы касались камня. Он поднимал взгляд, и на этом сон всегда обрывался. Но сейчас Титан смотрел на картину, разглядывая каждый её дюйм. На ней был изображён высокий человек, самоуверенный и надменный. Его сине-зелёные волосы спадали волнами на обнажённые плечи. Он был одет в белое, ткань словно подчёркивала каждый изгиб его тела, особенно когда она была ослепительно белая на фоне загорелой кожи. Титан сглотнул, когда его взгляд наконец встретился с глазами на картине — неподвижными, но словно живыми. Один глаз голубой, другой зелёный, слегка прищуренные, как будто видели насквозь. Жар вспыхнул внутри, но Титан резко мотнул головой, переступив с ноги на ногу. Игнорируя это чувство, он протянул руку и коснулся дрожащими пальцами камня. Камень был холодным, почти удивительно, а ведь Титан привык к холоду. Он коротко выдохнул, но не убрал руку, проведя пальцем по кругу, а затем коснулся ткани, проверяя её шелковистую мягкость. — Почему я? — начал Титан, его голос был едва слышен, но тут весь свет в комнате погас, погрузив его в кромешную тьму. Единственными ориентирами остались алтарь под его пальцами и пол под ногами. — Эй! Кто здесь? — голос эхом разнёсся по огромному залу, и Титан прижал руку ко рту, отчаянно стараясь не выдать себя, — здесь не должно никого быть. Храм закрыт. «Я это знаю,» — подумал Титан, его глаза метались в темноте, словно свет мог вот-вот вернуться, — «ведь я здесь.» Шаги эхом отдавались в тихой комнате, и рука Титана дрожала сильнее, прижавшись к камню, пальцы горели от того, как сильно он упирался. — Ты не спрячешься, знаешь ли, — голос раздался прямо перед ним, тёплая рука сжала его запястье, — это мой храм. Титан замер, его глаза расширились — свет вернулся обратно в комнату, будто его и не гасили, открыв перед ним фигуру с картины. Тот стоял прямо перед Титаном, оскалив зубы, глаза пылали огнём. На нём была современная одежда, совсем не похожая то, что было на картине, но это явно был он. — Я… — Титан открыл рот, но из горла вырвался лишь приглушённый стон, почти вой. Чужой взгляд скользнул по нему сверху вниз, прежде чем остановиться на лице, и тут Титана потянули вперёд, бессильного против мощи, явно принадлежавшей божеству. — Подожди, — выдавил Титан, его голос стал выше. — Мне нужно здесь остаться! — Остаться? — силуэт злобно рассмеялся, — ха, поверю в это, когда океаны вскипят. Тебе нужно убираться отсюда. — У меня… — руку Титана дёрнули чуть сильнее, плечо заныло; он попытался упереться ногами в пол, но гладкий камень не давал никакой опоры, — у меня был сон! — Титан врезался прямо в фигуру, когда та резко остановилась, медленно — угрожающе — повернув голову, в глазах горело любопытство. — Сон? — Мне снилось, что я пришёл сюда. Этот сон повторялся снова и снова, — Титан сглотнул, хватка на его запястье всё ещё была достаточно сильной, чтобы её невозможно было проигнорировать, его мысли вернулись к снам, к чувствам, которые они пробуждали, но он заставил себя сосредоточиться на божестве, — я был здесь во сне. Мне понадобилась вечность, чтобы понять, как найти это место, но… — Этот храм должен быть скрыт. Как? — гнев исчез из голоса божества, сменившись простой досадой, — простой сон не мог тебя привести. — Я… — Титан моргнул, нервная улыбка тронула его губы, — я попросил помощи у другого божества. У Луны. — И он привёл тебя сюда? Этот мелкий паразит, — глаз божества дёрнулся, его рука отпустила запястье Титана. — вечно лезет не в своё дело. — Почему мне снилось это место? — выпалил Титан, тут же пожалев об этом, когда взгляд божества, сузился от раздражения, — кто ты? Я знаю, что ты божество, это и так очевидно… — Ты говоришь с Землёй, — божество ухмыльнулось, указав на себя большим пальцем. — я бог…ну, вот этого, — и он широко раскинул руки, — этого мира. — Почему ты прячешься в скрытом храме? Если уж ты бог этого мира, — Земля фыркнул, его глаза на миг ярко вспыхнули, прежде чем он запрокинул голову. Титан отступил на шаг, уже жалея о своём решении прийти. Он мог бы…он мог бы терпеть эти сны дольше, верно? Но что-то внутри подсказывало Титану, что нет, сны становились бы только хуже. — Это не твоё дело, смертный, — глаза Земли снова сузились. — ты же смертный? — Смертный? — Титан нахмурился, брови сдвинулись, — Да… — Уверен? — Земля протянул руку, пальцы замерли в воздухе, прежде чем коснуться лба Титана. Его глаза вспыхнули ярким белым светом, и Титан поморщился, когда лёгкая боль пронзила его голову, а после затихла. А затем Земля снова схватил его за руку — но на этот раз потянул обратно к алтарю. — Я не знал, что ты явился сюда вот так, — он ухмыльнулся, хищно, раскинув одну руку в сторону, продолжая тянуть Титана. — я даже не знал, что это возможно! Такого не было с тех пор, как я вознёсся. — Вознёсся? — глаза Титана расширились, грудь заполнило недоверие. Он не сопротивлялся хватке Земли — был уверен, что даже если бы захотел, божество одолело бы его так же легко, как и муравья, — ты не можешь иметь в виду… — Кажется, ты станешь одним из нас, — пропел Земля в ответ, словно его слова Титана не смутили его, — интересно, кем же? Я вот заменил бога, который умер, но, насколько мне известно, с тех пор ни один бог не погиб… — Титан сглотнул, его слух на несколько мгновений оглох — Земля продолжал говорить, но ни одно слово до него не доходило. — Земля! — Титан дёрнул запястье, но движение было бесполезным — рука Земли крепко сжимала его, — Земля! — на этот раз Титан выкрикнул, и дыхание участилось. Земля посмотрел на него, склонив голову, в его глазах было замешательство. — Что? — Не могли бы вы перестать говорить так, будто я всё понимаю? Я в полном замешательстве. Всё, что я знаю, так это то, что мне снилось это место, что-то подсказало мне найти его, и что-то в вас кажется знакомым, и… — рука легла на его губы. Божество смотрело прямо в его глаза — Титан сглотнул, жар хлынул к лицу. Его оттеснили назад, пока алтарь не упёрся в спину. — Может, я слишком поторопился, — признал Земля, всё ещё держа руку, — ты возносишься… — он посмотрел на Титана, склонив голову. — а как тебя зовут? Титан опустил взгляд на руку, закрывающую его рот. Неужели Земля ожидал, что ему вот так ответят? Земля поджал губы, приподнял одну бровь и посмотрел на Титана ещё раз, и его взгляд упал на свою руку, щёки слегка порозовели, и он убрал её. — Я не заметил этого, — признался он, отводя взгляд от Титана, — и всё же, твоё имя? — Титан, — ответил он, прижимаясь к камню за спиной. — меня зовут Титан. — Что ж, — Земля ухмыльнулся, обняв Титана за плечи и оттащив его от алтаря, — ты возносишься, Титан. Это, кстати, довольно редкое событие, так что я поражён! Ещё больше поражает, что ты пришёл сюда. Это значит… — ухмылка Земли стала хитрее, в его глазах появилось что-то голодное, — что я помогу тебе! Я божество, которое будет направлять тебя в вознесении...какое-то время. — Погоди, почему я?... Что ты?… Что происходит? — Титан покачал головой. Его рука задрожала, когда он выскользнул из хватки Земли, — я пришёл сюда за ответами, а ты явно бредишь, — его шаги отдавались эхом по комнате, а Земля следовал за ним, не отводя взгляда, — так что я… — Нет! — Земля прозвучал почти отчаянно, и этот тон заставил Титана остановиться, — я отвечу на твои вопросы, хорошо? Не оставляй меня одного, — его глаза широко распахнулись, руки крепко прижались к бокам, — что тебе интересно? — Почему мне снилось это место? — Потому что здесь ты начнёшь… как бы это сказать, — Земля прижал палец к губам, а затем натянуто улыбнулся Титану. — здесь начнётся процесс. — Процесс? — брови Титана нахмурились; Земля отвёл взгляд и посмотрел на картину, в его глазах появилось что-то неуловимое, — какой процесс? — Вознесения, — ответил Земля, всё ещё не глядя на него. Титан вздохнул. Почему божество говорит так, будто это что-то плохое? — Мне придётся переспать с тобой, — перебил его мысли Земля. Титан сглотнул, его глаза расширились, — это первый шаг, — он снова встретился взглядом с Титаном, шагнув ближе. — Первый шаг к вознесению — это… — голос Титана задрожал, оборвался — лицо вспыхнуло жаром, и он отступил ещё на шаг, — простите, что? — Земля сделал шаг ближе — Титан отступил ещё раз; они застыли, пока спина Титана не упёрлась в стену, лицо пылало ещё сильнее, а Земля подходил всё ближе, — я не… Но он был не против, и, глядя в глаза Земли, Титан вновь вспомнил свои сны — возбуждение, пульсирующее в венах с каждым шагом к алтарю, заставлявшее его просыпаться с жгучей тоской и надеждой на что-то, чему он не мог дать название. — Со мной так было, — сказал Земля, пожав плечами, и остановился перед Титаном так, чтобы его присутствие нельзя было проигнорировать, но достаточно близко, чтобы Титан ощутил запах, похожий на воздух перед дождём, на цветущий сад, на саму природу. — это, знаешь, довольно приятно, — ухмыльнулся он, — будет здорово. — Ты думаешь, я просто соглашусь? — но мысли подсказывали, что он согласится, — это безумие. — Согласен, — рассмеялся Земля; когда его смех стих, он посмотрел на Титана, нахмурив брови, скрестив руки на груди, — это неправильно? — Я пришёл сюда, ожидая… даже не знаю, чего именно, — фыркнул он, — но точно не этого! — когда он открыл глаза, Земля всё ещё смотрел на него. Свет вокруг них вспыхнул, длинные тени на миг ожили за спиной Земли, прежде чем исчезнуть, — насколько это важно? — Зов к вознесению неизбежен. Но… ты можешь вернуться позже. Нам не обязательно… — его взгляд метнулся по просторной комнате, в глазах появилось что-то трогательное. Титан вспомнил слова Земли, его отчаянную просьбу не оставлять его одного, — начинать прямо сейчас. — Я… — Титан замолчал, сглотнул, — позволь мне вернуться завтра. Я найду дорогу обратно. Ты ведь останешься здесь? Земля показался неуверенным, его руки сильнее сжались на груди, а затем он кивнул. — Я могу вернуться сюда в любой момент. Неважно, где я. Я узнаю, когда ты вернёшься, — ответил он, а потом нахмурился, — я оставлю тебя, — и Земля исчез, оставив Титана в одиночестве в огромной комнате. Он опустился на холодный пол, прижав руки к голове, едва сдерживая крик. *** Той ночью Титан вернулся в свою арендованную комнату; хозяин постоялого двора, казалось, был удивлён, увидев его, словно ожидал, что поход Титана в лес закончится куда более плачевно. Он лёг на кровать и уставился в стену, его разум раз за разом прокручивал воспоминания о разговоре с Землёй. «Ты сходишь с ума,» — говорил ему разум, — «ты же не можешь серьёзно это обдумывать.» А что ему ещё делать? Он бросил всё, чтобы прийти сюда. Возвращаться уже некуда. Уйти? Земля сказал, что зов к вознесению неизбежен. Он мог и солгать, но Титан вспомнил, как Земля смотрел на него, почти уязвимо. Неужели это неправильно? «Нет,» — подумал Титан. Он перевернулся на кровати, шипя, когда его вставший член коснулся ткани постельного белья. Одна лишь мысль о том, что должно произойти, оставляла тоску в груди, распространяющуюся по всему телу, заставляя его дрожать. Его руки сжались. И в голове возник один-единственный образ Земли, прежде чем Титан осознал, что делает — молится Земле, лёжа на кровати. Титан полностью замер — незнакомое чувство появилось внутри, прежде чем он перевернулся и уткнулся лицом в подушку с тихим стоном. Ему нужно было спать; тогда он сможет вернуться в храм и разобраться со всем на месте. *** Титан снова стоял перед храмом, но на этот раз мир имел тот самый отпечаток от сна, в глазах плыло, мысли путались. «Войди,» — прошептало что-то в его голове. Титан поддался порыву, быстро поднимаясь по ступеням, его грудь сжималась от предвкушения. Символ на двери сиял, словно обещание, подталкивающее его вперёд, и Титан протянул руку к дверной ручке и потянул дверь на себя. Как и в каждом предыдущем сне, он шагнул внутрь, и дверь с грохотом захлопнулась за ним, оставив его в тёмном помещении, где единственный свет пробивался из арки, ведущей в центральный зал. Он вдохнул и продолжил идти, его шаги отдавались в тишине комнат — впереди лежал алтарь, что-то тянуло к нему, жар снова прильнул к телу. — Я же говорил, что тебе снова это приснится, — раздался знакомый голос позади. Титан обернулся и увидел Землю, смотрящего на него с хищной улыбкой. — Как ты…это же сон, верно? — Титан посмотрел на свои руки, нахмурив брови, но тут Земля оказался прямо перед ним, его сине-зелёные глаза смотрели прямо в его. — Я божество, забыл? — поддразнил Земля, проведя кончиком пальца по нижней губе Титана; тот на секунду подался к прикосновению, прежде чем осознать, что делает. Он отступил, а Земля последовал за ним, его взгляд скользил по фигуре человека, — ты уже решил? Я слышал твою молитву, даже если она была такой короткой. — Я… — Титан замер, смущение захлестнуло его, но он знал ответ, — он не думал ни о чём другом — и глаза Земли сверкнули, — да, — наконец выдавил из себя Титан, спина прижалась к алтарю. — я согласен. Земля прильнул к нему, грудь к груди, а затем положил руку на щеку Титана, приподнимая его голову, и захватил его губы в поцелуе. Титан был слишком ошеломлён, чтобы сразу ответить, но затем взял себя в руки, растворяясь в поцелуе, когда Земля провёл кончиком языка по его губам. Другая рука Земли скользнула по его плечу, коснулась обнажённой руки и нежно погладила запястье, большим пальцем провела по ладони, прежде чем переместиться к талии, скользнув под край рубашки. Грудь Титана вздымилась, удовольствие нарастало в паху, мешая думать о чём-либо, кроме Земли, — и тут он резко вскочил с кровати, его дыхание было резким. Он был так возбуждён, что едва дёрнул бёдрами по простыням, как осознал всё со стоном. Он уткнулся лицом в подушку, позволяя послевкусию прокатиться по телу, прежде чем подняться с кровати, его разум метался, ноги были слабыми. Впереди его ждал поход — и храм, который нужно найти снова. Ждать не было смысла. *** На улице ещё было темно, когда Титан отправился в путь, предвкушение жгло в груди. Он добрался до храма гораздо раньше, чем в прошлый раз, находя расчищенные тропы на каждом шагу — это заставило Титана задуматься, не помог ли ему Земля, но он отогнал мысли о божестве и все эмоции, что были с ним. Когда он наконец увидел этот храм, его дыхание замерло в груди на добрые пару секунд, прежде чем он сделал один неуверенный шаг вперёд, но тут чья-то рука сжала его запястье, и его прижали спиной к дереву. Земля ухмыльнулся, почти сияя в солнечном свете, его глаза потемнели от возбуждения. Мысли Титана полностью опустошились, он сосредоточился на взгляде Земли. — Неожиданно видеть тебя здесь, Титан. — Ты…ты сам вчера просил, — его голос оборвался, когда Земля рванулся вперёд и втянул его в короткий, ошеломительный поцелуй, напоминающий тот, что был во сне. Титан подался этому. — Успокойся, Титан, я просто играю, — сказал Земля, отстраняясь. Его голос был каким-то образом совершенно ровным, — а теперь… — Земля ухмыльнулся, — пойдём со мной. Руки Земли сжались вокруг талии Титана, крепко удерживая его. Воздух вокруг закружился, зрение Титана помутнело, стало холодно. А затем он оказался сидящим на алтаре. У Титана шок, глаза метались по пустой комнате. — Как? — Я — бог, — пропел он, — ты тоже научишься этому, когда вознесёшься. Но сначала, — он наклонился вперёд, руки опустились, чтобы сжать бёдра Титана, вызвав очередную возбуждённую реакцию, прежде чем снова отступить. — Погоди, — Титан нахмурился, — если ты можешь телепортировать людей или что-то в этом роде, почему вчера ты не телепортировал меня из храма? — Что-то подсказало мне этого не делать. И, похоже, не зря, потому что теперь ты здесь. Голос бога заставил Титана вспомнить сон и тот поцелуй — лицо вспыхнуло, пах заныл в штанах. — Ты точно знаешь, как это работает? — Я никогда особо не задумывался о процессе. Всё, что я знаю, было из моего собственного опыта, — его щёки залились румянцем, — и мне просто нужно переспать с тобой и…кончить в тебя, — последние слова он сказал тише. Глаза Титана широко распахнулись, он заёрзал на камне, сжимая бёдра, — но это делает всё только лучше, — добавил Земля, резко вскинув голову. — по крайней мере, я так думаю. Титан нервно рассмеялся, и Земля навис над ним, упираясь руками по обе стороны его тела. — Хорошо, — наконец сказал Титан, отчаянно вдохнув. — я готов. Улыбка Земли стала шире, а затем одна из его рук легла на затылок человека, притягивая его в жадный поцелуй. Губы Титана были покусанными, а губы Земли — мягкими. Титан позволил Земле взять контроль, слишком сосредоточившись на том, чтобы не упасть. Земля отстранился, а Титан вдохнул воздух. Грудь заболела, когда он понял, как долго они целовались и как долго он не дышал. — Я забыл, что тебе нужно дышать, — рассмеялся Земля, царапая ногтями его шею, — я так давно этого не делал, — рука легла на бедро человека, пальцы сильно надавили на внутреннюю сторону бёдер, и Титан подался бёдрами навстречу прикосновению, — ты такой нетерпеливый, — сказал Земля, впиваясь зубами в ключицу Титана. Что? Нетерпеливый? Титан слегка нахмурился, его дыхание сбилось, когда Земля укусил ещё раз. А затем рука скользнула под пояс его брюк, под боксеры, и обхватила его напряжённый член. Титан издал протяжный стон в открытое пространство, звук эхом разнёсся по простору комнаты. Локти упёрлись в камень. Титана тут же накрыла новая волна удовольствия, когда Земля сжал его член. Каждая секунда становилась всё лучше. Земля ухмыльнулся. Рот Титана приоткрылся, в глазах помутнело, голова откинулась назад. — Как… — наконец выдавил Титан, его голос был хриплым, таким, каким он никогда раньше не звучал. — Я могу сделать это в миллиард раз лучше, чем ты можешь себе представить, Титан, — удовольствие снова взмыло вверх, когда Земля произнёс его имя, дыхание Титана замерло, зрение помутнело; рука, обхватившая его, снова скользнула, приятное трение заставило его бёдра сильнее прижаться к алтарю под ним. Титан застонал, а затем его подтолкнули дальше на алтарь, голова опустилась на мягкую белую ткань, которую он разглядывал вчера. Пальцы зацепились за пояс его брюк, Титан моргнул и сглотнул, прежде чем приподнять бёдра, позволяя Земле раздеть его, оставив в одних боксерах. Он приподнял голову и отодвинулся ещё дальше, а Земля забрался на алтарь, его собственная одежда каким-то образом уже исчезла. Титан сглотнул, а Земля лишь шире ухмыльнулся, устраиваясь между его ног. — Позволь мне, — сказал он, самодовольно и резко, и Титан вздрогнул, когда его раздели уже полностью, рука Земли обхватила его член и сжала раз, прежде чем обе руки легли на его бёдра. — Обязательно заниматься этим именно здесь? Камень неудобный, — он дрожал на холодном камне, прикусив внутреннюю сторону щеки. — Первый секс должен быть здесь, — пожал плечами Земля, проводя пальцами по внутренним сторонам его бёдер, не касаясь напряжённого члена, — не волнуйся, — добавил он, встретившись с Титаном взглядом, — в следующий раз я позабочусь, чтобы это была кровать. Самая мягкая из всех, — и как только Титан собрался спросить, что он имел в виду под «следующим разом», Земля провёл большим пальцем по его входу, заставив Титана подаваться воздухом. — Ты такой нетерпеливый, — снова пропел Земля. Затем его рука вдруг стала холоднее, камень между бёдер Титана стал влажным. Титан скривился от ощущения. Земля посмотрел на него и приподнял бровь, — что? Я же не собираюсь брать тебя насухо, — сказал он неторопливо, прежде чем голова Титана снова откинулась назад, когда Земля ввёл в него один палец, разминая и скручивая его внутри с каждым быстрым движением. Титан застонал резко, а Земля впивался зубами в его бёдра, проводя языком по ним, продолжая разминать Титана, двигая пальцем внутрь и наружу. — Больше, — наконец простонал он. Земля посмотрел на него и ухмыльнулся, а затем ещё один палец вошёл в него. Удовольствие взмылось ещё выше. — Земля, — простонал он, имя прозвучало рвано и надломленно — и тут рука снова обхватила его член, большой палец мазнул по головке. Титан задрожал, глаза закатились. Всё вокруг стало размытым, словно он погрузился под воду, — слишком сильно, — выдавил он. — Ты справишься, Титан, — подбодрил Земля, другая рука мягко коснулась бедра Титана. — я сделаю все сам, — и его пальцы снова скользнули, он добавил третий, и Титан больше не мог мыслить спокойно. Даже несмотря на боль, Земля вернул руку к члену Титана и сжал его у основания. Он встретился с ним взглядом, прежде чем провести языком по головке, и удовольствие отозвалось болью в костях. Титан стиснул зубы, сдерживая стоны. Земля вдруг замер, отстранившись, оставив Титана с чувством пустоты. — Земля? — Не волнуйся, Титан, — Земля похлопал его по бедру, — дай мне секунду, — руки сжали талию пассии, потянув назад, пока ягодицы Титана не коснулись бёдер Земли. Тот выгнулся навстречу этому ощущению. Земля ухмыльнулся, глядя на него сверху, прежде чем снова ввести один палец, разминая сильно. Он продолжал движения ещё минуту, от которой у Титана перехватило дыхание, и он царапнул плечо Земли, — ты готов? — Да, — выдохнул он,— пожалуйста, — он раздвинул бёдра шире. Глаза Земли засияли. Титан почувствовал, как палец исчез, почти сразу заменившись чем-то большим и тёплым. Губы Титана сомкнулись, он подался к Земле, сильно прикусив губу, пока тот входил в него короткими толчками, пока их бёдра не встретились. Титан заставил себя открыть глаза, чтобы увидеть, что Земля полностью в нём. — Знаешь, — Земля наклонился, шепча прямо в его ухо, — этот алтарь предназначен для поклонения мне, но, думаю, для тебя тут тоже будет неплохо, — и он отстранился, а затем вновь вошел в Титана, пока его рот не открылся в экстазе. Он зацепился за ткань пальцами, шёлк был приятным на ощупь, чем-то, на чём можно сосредоточиться, пока Земля медленно трахает его, словно растягивая момент. Титан дёрнул бёдрами, вдавил голову в камень и сказал что-то невнятно. Глаза Земли встретились с его. — Титан, — прошептал он, — помолись. Челюсть сжалась, дрожь пробежала по телу. Но Земля не двигался, оставаясь внутри. Наконец Титан понял, чего от него хотели. Вдохнув, он сложил руки перед грудью, закрыв глаза. «Земля, пожалуйста, — подумал он. Даже в голове его голос дрожал, — двигайся». И Земля ответил на его молитву, задавав неистовый ритм, заставляя глаза Титана снова закатиться, удовольствие вспыхивало во всём его теле. Бёдра горели, когда он раздвинул их шире, двигаясь вместе с Землёй. Затем одна рука обхватила его талию, оставляя за собой горячие следы везде, где касалась. «Сильнее», — молился он, всякий стыд исчез перед ещё одним оргазмом — и Земля замер, его глаза блеснули, прежде чем его рука поднялась, сжимая плечо Титана, переворачивая его так, что теперь он сидел на коленях у Земли. Движение было таким быстрым, что тот просто замер в удивлении. Руки сжали его талию, крепко удерживая, приподнимая и насаживая обратно. Глаза Титана блуждали, не в силах сосредоточиться, пока удовольствие вновь не накрыло его. Новый угол — Земля задел нужную точку. Титан считал звезды перед глазами, каждый толчок был словно удар в живот. Он опустил руки и положил их на плечи Земле, разок качнув бёдрами, прежде чем податься вперёд, целуя тогр. Его разум был слишком затуманен, чтобы сделать что-то большее, чем просто скользить губами. Позже Земля прервал поцелуй, укусив чуть ниже уха, и дёрнул бёдрами навстречу Титану. Тот издал протяжный стон, его глаза расширились. — Слишком много, — выдавил он, руки ёрзали по плечам Земли. Одна рука поднялась и запуталась в его волосах, потянув, но это, кажется, только раззадорило ещё больше. Земля сделал последний толчок, прежде чем Титан почувствовал, как внутри него растекалось что-то теплое, удовольствие и боль смешались воедино. — Я же говорил, — выдохнул Земля после мгновения молчания. — Говорил что? — дыхание Титана сбилось на полуслове, он провёл рукой по волосам Земли, пока их бёдра двигались вместе. — Что будет круто, — и тут воздух вокруг них изменился, зрение Титана помутнело, прежде чем снова проясниться, открыв, что помещение сменилось, а вместо камня алтаря была мягкая кровать. Титан втянул воздух — бёдра ныли, вдавленные в кровать Землей, что навис над ним, не вынимая член. — Здесь намного удобнее. Тот алтарь — ужасный выбор. Надо это запомнить, — ухмыльнулся он. — Что ты делаешь? — Ох, — сказал он, ухмылка снова стала хищной, — мы ещё не закончили, — его бёдра снова дёрнулись навстречу Титану, и каким-то образом его член всё ещё стоял. Титан застонал, удовольствие снова нахлынуло его, почти болезненно, а затем боль полностью отступила, оставив лишь пьянящее удовольствие, — у нас ещё много времени, Титан, поверь мне. Тебе это понравится, — и затем он вошёл обратно. Мир Титана сузился до этого ощущения, с его губ сорвался сдавленный звук. Его глаза крепко закрылись. Затем он позволил экстазу взять над собой верх.