Принятие

Эндрю не знал, что делать с этим человеком. Он всегда был рядом с ним — не назойливо, но ощутимо. Заботился, когда остальные не замечали плохих дней. А иногда просто оставлял его в покое, одного. Но перед уходом всегда напоминал, что он будет рядом, стоит лишь позвать или посмотреть в его сторону. Эндрю был готов биться за этого человека. Настолько тот вжился в его душу. Влез в его голову и отказался уходить. Он усмехался на любые колкости Эндрю и отвечал в том же темпе. Он был интересен ему, даже когда изучен полностью. И сегодня Эндрю не один — в соседней комнате сидел этот человек. Готовый, кажется, на всё, что не попроси. Эндрю не думал, что заслужил такого человека. Такого счастья. Он знал, что врёт самому себе о своих же чувствах, но сейчас он в них разобрался полностью. Он сделал шаг в сторону комнаты, ощущая, насколько сильно колотится сердце в груди. Из комнаты всё ещё были слышны звуки матча, который был включён ещё час назад. Значит, Нил наверняка ещё не спал. Он знал, на что идёт, знал, что с Нилом всё будет хорошо. Он доверится ему, доверится полностью. Отдаст то, что так долго хранил под замком. Эндрю ускорился, слушая скрип половичков и своё учащённое дыхание. Подойдя к двери, он замер. Нерешительность? Нет, он всё уже решил. Он взялся за ручку, приоткрывая дверь. В комнате всё так же сидел Нил, в позе лотоса с открытым ноутбуком. Он пересматривал один и тот же матч уже в пятый раз. "Вот же задрот", — послышалось тихим шёпотом от Эндрю, который уже оказался возле Нила, нависая над ним. Он коснулся его лица, рассматривая заученные шрамы и россыпь веснушек. Они были красивыми и очень подходили ему, его огненному окрасу волос. Кожа была немного загоревшей — Нила очень любило солнце. И Эндрю. Эндрю тоже любил. По-своему, только так, как умел. Всё было как обычно: тёплые руки ласкали там, где на то было дано разрешение. Горячий рот высасывал на его шее очередной синяк. Ласковые слова были сказаны в искреннем порыве. Эндрю чувствовал, что тает, как лёд в знойную погоду. Но сейчас ему этого не хватало, нужно было больше. Хотелось отдать и получить больше. Он остановил Нила, двигаясь к шкафчику у изголовья кровати. Достав оттуда лубрикант и презерватив, вернулся, оседая на бёдра Нила. Тот непонимающе глянул на него, но ничего не сказал. Лишь его руки скользнули по чужим бёдрам, поглаживая их. — Нил, — тихо позвал Эндрю. Тот поднял глаза. — Я хочу сегодня быть в нижней позиции. — Уверенность, что была в начале, иссякла, но он не подал виду, лишь стиснул бутылёк сильнее, чем прежде. — Мне нужен твой ответ: да или нет? Эндрю видел, как глаза Нила округлились, как тот поджал губы, но не отвернулся. — Если ты хочешь, то я согласен, Эндрю. — Эндрю же готов был сейчас же здесь откинуться от вида парня. Тот улыбнулся совсем мягко, по-детски наивно, будто ему тут не всего себя предлагают, а пойти погулять. Эндрю рывком приблизил их головы вместе, касаясь друг друга носами. Губы уже впились в чужие. Он нависал над Нилом, ерзая бёдрами, вырывая тихое мычание себе в губы. Не разрывая поцелуя, он растегнул молнию у себя на джинсах. Слава богу, на них не было уже верхней одежды — сейчас она была слишком лишней. Ему нужна была кожа к коже, желательно всем телом. Он привстал, начав понемногу стягивать, но не выходило. Пришлось разорвать поцелуй, чтобы снять мешающую одежду. С чем ему добродушно помог Нил. Стягивая джинсы и проводя ладонями по ягодицам, несильно сдавливая их. Эндрю лишь стиснул зубы, не лишая себя собственной гордости. Но похоже, это было ненадолго: открывшаяся шея потерпела нападение от языка Нила. Тот лёгкими чмоками пробирался к мочке уха, чтобы потом куснуть её и услышать сдавленный выдох Эндрю, который уже успел не только раздеть себя, но и полезть в джинсы к Нилу. — Нил, привстань, — пальцы Эндрю не слушались его, одежду никак не получалось снять без чужой помощи. Он смог стянуть его штаны, когда тот всё-таки соизволил оторваться от шеи. Тогда ладони Эндрю нашли путь к чужому члену. Он сжал его, проводя несколько раз вверх и вниз. И остался доволен, когда послышался тихий стон и дерганное ругательство. Он не стал останавливаться, вёл рукой, иногда поглаживая головку. Ему нравилось делать Нилу приятно, ему нравилось, что тот сейчас стонет и нетерпеливо двигает бёдрами из-за него. Он сам был нетерпелив, вгрызаясь зубами в губы напротив, его член дёргался, лишённый трения и ласки. Он терпел, иначе закончит слишком быстро. Ему этого не нужно. Поэтому он наощупь нашёл недавно брошенный флакончик и передал его Нилу. Тот нахмурился, но подчинился, немного вылив содержимое на пальцы, растирая. Эндрю отпустил Нила, переместив руки на его плечи и сжимая их. — Нил, не тяни, — очень тихо сказал Эндрю, когда его махинации затянулись, лишь с прищуром глядя на его пальцы. Тот же аккуратно приподнял бедра Эндрю, посмотрел ему в глаза и только после кивка и вслух сказанного «Это да, Нил» он начал входить одним пальцем. Ощущения были разные: прохладный палец у его задницы, а здесь — тёплый, нет, горячий Нил, чьи глаза неустанно следили за его лицом. Эндрю, чья невозмутимость была до сих пор подконтролем, дрогнул. Он уткнулся в плечо парня, лишь учащённо дыша. Пальцы его оглаживали плечи Нила, показывая, что он всё ещё тут и это нормально. Растяжка была долгой, Нил упорно не хотел ускоряться. Эндрю понимал почему, но это не отменяло того, что было до жути непривычно. На его бледной коже появился заметный румянец, который покрыл уже большую часть лица, включая уши. Он дёргал бедрами, когда Нил задевал простату. И сдавленно шипел от удовольствия, когда по его ягодицам проходила горячая рука. Он был уже полностью растянут, но Нил медлил, не переходя к главному. — Нил, чёрт, ты может уже к делу приступишь? — недовольно промычал Эндрю, утягивая его в горячий поцелуй. Он дёрнул бедрами, показывая, что уже полностью готов. Смазки было более чем достаточно, она до ужаса смущающе хлюпала каждый раз, когда пальцы проникали внутрь. Они смотрели друг на друга, глаза в глаза, оба выискивали что-то, что могло бы показать дискомфорт. Но всё было нормально, сейчас им было очень даже хорошо. Нил слегка улыбнулся, глаза его горели пониманием и одобрением, когда он наконец вынул пальцы, давая ему несколько мгновений на подготовку. Эндрю достал откинутый ранее презерватив и раскатал его по чужому члену. Когда он был готов, Нил наклонился, тихо произнося: — Если будет больно, просто скажи, и я остановлюсь. Эндрю кивнул, весь охваченный жаром ожидания, и вскоре почувствовал, как Нил прижимается к нему, поднимая бедра и приспосабливаясь к тому, что собирался сделать. Этот миг предвкушения казался долгим и мучительным, пока, наконец, Нил не начал входить. Эндрю не думал, что он будет так хорошо ощущаться. Он знал, что это его первый раз в такой уязвимости, но чувствовал себя в безопасности, зная, что Нил рядом. Он чувствовал всем телом, ощущая каждый сантиметр, когда Нил входил глубже, открывшиеся новые ощущения сносили голову, заставляя жмуриться и впиваться ногтями в плечи парня. — Эндрю, ты великолепен, — произнёс Нил, его голос звучал чуть хрипло, когда он погрузился полностью и остался там, чтобы дать Эндрю время привыкнуть к нему. Эндрю же сгорал от ощущений, всё горело, он чувствовал руки у себя на спине, успокаивающе поглаживающие его. Он уткнулся в плечо, тяжело дыша и переводя дух. Нил не торопил, лишь придерживал. Когда Эндрю привык, он на пробу повёл бедрами вверх и вниз. Руки Нила немного сжались на спине, а его стон был тихим, но таким оглушающим для Эндрю. Он двинул бедрами ещё раз, поднимая голову и смотря прямиком на Нила. Тот хмурил брови, стараясь не подавать виду, но ничего не вышло. Каждый раз, когда Эндрю проезжался по его члену, брови съезжались домиком, а из груди вырывалось то ли просто шипение, то ли ругательство. Эндрю же чувствовал себя прекрасно, понимая, что и здесь может держать контроль. Хоть и сам недалеко уходил от Нила, тихие выдохи вырывались из него при каждом толчке, он чуть выгинался, как будто просил больше. Так и было: он тёрся своим членом о живот Нила, поднимался и резко садился обратно, желая получить больше. В глазах искрилось, когда член Нила касался простаты. Он хватался за его волосы и тянул, слушая чужое сбившееся дыхание и горячие выдохи, иногда ловя их ртом. Нил помогал Эндрю, придерживая его за бедра, иногда подмахивая своими. Он тоже был на грани, ощущая Эндрю внутри, это было так же ново и для него. Тело Эндрю начало реагировать на каждое движение, он ощущал себя безграничным, с каждым толчком его тело отвечало на Нила слабыми стонами. Время замедлилось, всё вокруг исчезло, осталось только это невероятное удовольствие между ними и они сами. Их тела, что соединялись сейчас, горели, пылая и внутри, и снаружи. Их языки сплетались, заглушая собственные стоны, а руки не переставали щупать, гладить и сжимать. Сейчас они были вместе, едины. Их кульминация была не за горами, они ощущали её. Напряжение во всём теле нарастало, заставляя выгинаться и двигаться быстрее. Эндрю был на грани, он прыгал на Ниле, чувствуя, как тот сжимает его бедра и тяжело дышит. Значит, не он один так себя чувствует. Он не останавливался, лишь ускоряясь, он сдавленно прошипел: — Нил, я, я скоро... — Эндрю едва справлялся с собой. Нил понял это и положил руку на него, двигая ею в такт его ритму. Эндрю не хватило сил надолго — он застыл, сдавленно простонал, а его бедра непроизвольно задрожали от удовольствия. Однако через несколько секунд он снова начал двигаться, следя за тем, как Нил тоже приближается к кульминации. Тот тихо шипел, дергал бедрами, теряя ритм, вжимался в Эндрю, кусал его за шею, а потом нежно зализывал. Когда Нил наконец достиг вершины, он простонал чужое имя и замедлился, откидываясь назад. Никто из них не говорил, они тихо лежали, слушая, как дыхание друг друга замедляется, а сердце перестаёт так сильно колотиться. Оба были сейчас вымотаны, но, похоже, полностью довольны. Самое главное — Эндрю смог, смог отдать всего себя, довериться полностью кому-то ещё.