Влюбись в меня ещё раз

Спать, спать, спать... Под шум голосов вперемешку с музыкой, в тепле родного плеча, окружённый любимым запахом, Ви задремал. - У тебя есть мааагия. Тэ открыл глаза. Над ним стоял Хосок. На его жёлтых волосах играли блики лавового огня, крася их в оранжево-красные оттенки. - Ты её пряячешшь. Он склонился, став очень близко к лицу Демона и словно принюхался. Тэ испуганно огляделся. Всё, что он видел до того как сомкнуть веки, исчезало. Маленькая полутемная комнатка с большим кожанным креслом, в котором полулежал блондин, похожий на ленивого кота, аппаратура с вьющимися по полу заваленным бумагой и прочим мусором проводами, красивый брюнет в кресле поменьше и громила с детскими ямочками - всё подернулось знойной дымкой, задрожало в последней попытке задержаться, и начало испаряться, словно капля воды на солнце. Демон резко обернулся. Джей и Чимин, что-то весело обсуждающие, даже не заметили того, как истончились их тела, становясь прозрачными и невесомыми... и вот уже нет ничего, только горячая стена, на которую опирается Тэ Хён - Демон Полуночного Пламени - осуждённый на смерть за любовь, за несогласие отказаться от неё. Единственное, что осталось от видения - это Ведьма, принявшая облик Хоби. - Помоги мне, а я спасу тебя, - говорит она его губами и смотрит на Тэ его глазами. Тэ ухмыльнулся: - Ведьмам верить последнее дело. Если бы его не жарили неизвестно сколько времени в этой камере, он бы почувствовал, на своих щеках слёзы отчаяния от того, что вся его жизнь в компании Шихёка, необузданная группа ребят и Джей, котрого он нашёл, - всего лишь мираж, созданный его сознанием. Оно до последнего защищает вверенное ему тело от разрушения. Слёз не было. Только горечь, что всё это лишь сон, сладкий и манящий. Успокаивало то, что скоро всему придёт конец. Ему вынесли вердикт. Он умрёт. Он знал, что наказание лёгким не будет, и предполагал, что возможно это будет смертная казнь. Именно поэтому в их последнюю с Гуки ночь он, замутив его сознание исступлённой страстью, взял с него Клятву и не дал возможности потребовать её от себя. Ведьма, мучая Демона обликом, украденным из его подсознания, помолчала, а потом отошла и села напротив: - За любовь примешь смерть? Тэ молчал. - Твоя жертва будет напрасной. И на это он ничего не сказал. Какое ему дело о том, что думает старая лиса, способная обвести вокруг пальца даже прожжёных Демонов. О людях и говорить не стоит. - Не спасёшь ты его. Тэ посмотрел на псевдо Хосока мутным взглядом, но желто-оранжевый заметил проблеск интереса и зацепился за него, начав рассуждать как бы между прочим: - Любовь страшная штука, поэтому и запрещена. После твоей сметри, он долго не проживёт. Не сможет без тебя. Сам придёт к верховным. Тэ встрепенулся. Он совершенно не подумал об этом. Занятый мыслями о собственной жертве, он наивно полагал, что ею всё и закончится... Гуки... Демон представил себя на его месте и сразу понял, почему эмпатия тоже находится под запретом. Он вообразил, что не он, а Чон Гук попался, подвергся мучениям, принял смерть, сгорев на костре. И связанный Клятвой Тэ Хён, беспомощный, остался один, с огромной и страшной любовью, которую не с кем будет разделить, которую не захочется с кем-то делить, потому что она не подойдёт ни для кого, она лишь для одного, для того, кого уже нет.... Тэ задохнулся горячим воздухом. Слёзы всё-же нашлись, они прочертили две дорожки на истончённой жаром коже и мгновенно высохли, превратившись в соль. - Я помогу, - рука Ведьмы легла ему на плечо. Тэ вцепился в неё пальцами, сжал: - Пусть он не увидит, пусть не узнает, - затараторил он, хватаясь за руки Хосока, боясь их отпустить. Он так испугался за Гука! Он готов сейчас на всё что бы ни попросила эта хитрая стерва в чужой шкуре, лишь бы уберечь свою черноглазую любовь, - Спрячь его в другом мире! Обмани! Скажи, что меня тоже приведешь туда, позже. Ведьма усмехнулась: - Истинное дитя своего мира. Придумываешь своей любви мучительную пытку, что во сто крат будет хуже быстрой смерти. - Сделай как прошу и требуй, что хочешь! - ничего не слыша просил Тэ. - Сделка? - поднял Хосок бровь. - Сделка! - уверено подтвердил Тэ. - Мне нужно имя. Демон отшатнулся от Ведьмы, отбросил её руки, словно они были ядовитыми змеями. Имя! Это то, что он не сказал на допросах и под пытками. А ей - коварной обительнице чёрной пустоши, что живёт лишь своими желаниями, никому не подчиняясь и всегда ищет свою выгоду - ей он откроет его?! - Я не смогу сделать то, что ты просишь, если не буду знать кто это, - пояснила она. Мозг Демона моментально стал кристально ясным, будто совсем недавно не он был готов расплавиться и забурлить подобно лаве одной густой массой. Он думал, соображал, сопоставлял данные и анализировал, а не просто плавал в собственном соку бесполезным органом. Тэ увидел стены, решётку, и внезапно осознал, что она заперта. Заперта охранником на замок, ключ от которого висит у него на большом железном кольце на поясе. - Как ты здесь оказалась? Хосок рассмеялся: - А меня здесь и нет. Я там, - он указал на соседнюю клетку, что находилась напротив. Это, - но показал рукой на своё тело, - это всё магия. Твоя магия, - пальцы желтоволосого осторожно коснулись щёки Тэ. Они были холодными и Демону стоило большого труда не потянутся за ними. Он остановил свой порыв поймать их и прижать к себе, насладиться их прохладой в этом пекле, чем вызвал понимающую улыбку Ведьмы, которая это заметила. - Я не владею такой магией. Я... - Знаю, - она отступила на шаг, - Ты повелеваешь страстью. Наделал же ты шума своим грехом. Было непонятно осуждает она его, одобряет или сетует на ситуацию, потому что продолжать рассуждения на эту тему она не стала, просто покачав головой. - У меня есть знания для преобразования чужой магии, - сказал Хосок, после паузы. - Ты врёшь! - воскликнул Тэ. Ему стало страшно. Он, бессильный физически и магически, выжатый морально, ожидающий конца, готовый к нему. И это существо с холодными пальцами и смущающими душу речами, рядом, в его камере, пытается выведать то, что хотели узнать все, включая Верховных. Он страшился, что не сможет выстоять этот бой, сдастся, нехотя выложит на золотом блюде имя того, кого берёг от боли и кому причинял боль своей болью. - Все врут, - спокойно, даже устало сказал Хосок, - Без лжи невозможна жизнь. Ложь ранит, приносит страдания, мучает и убивает - поэтому врут Демоны. Но она же и спасает - поэтому врут Ангелы. Не врёт только бездушный. - Ты не могла взять мою магию, - прервал её философские измышления Тэ, - У меня её нет! Он указал на ошейник, где горели красноватыми, как и всё здесь, оттенками древние письмена, запирающие магические потоки. Ведьма хмыкнула. - Чистой твоей нет, - согласилась она, - Есть другая.Ты не чувствуешь? Тэ ничего не чувствовал. Он перестал что-то чувствовать уже давно, все силы направив на охрану тайны, которую никакими способами не должны были извлечь из него. Ведьма прищурилась Хосоковскими глазами, пристально вглядываясь в Демона перед собой, рыская внутри него: - Хорошо спрятал, молодец. В её тоне не было восхищения тем, кто проявил чудеса, играя в прятки, только личный интерес - найти то, что поможет ей освободиться. Взгляд упал на кровавые губы. И Тэ понял - нашла! Он вжался в стену. А Хосок приблизился и присел напротив, не сводя жадного взгляда с его губ. - Отдай мне это, назови имя и я выполню условия сделки. Его глаза алчно отсвечивали отголосками пламени гейзеров. - У тебя нет выбора, Демон. Только довериться и надеяться, что я не обману. Ты умрёшь в любом случае. Выживет ли твой возлюбленный - зависит от того, откроешь ли ты мне кто он. - Зачем тебе помогать, если моя магия уже у тебя? Ты ведь уже пользуешься ею. - Те крохи, что просочилиль? - хмыкнула Ведьма, - Этого едва хватает поддерживать связь с мороком. У тебя гораздо больше. Холодные ладони легли на распаленные щёки Тэ Хёна, даря несказанное наслаждение. Губы приблизились к губам, прошептали "Отдай её мне". Демон усмехнулся ей в лицо, поняв, что старая карга не может забрать магию самостоятельно, без его разрешения. Он уже готовился потерять прохладу её рук со своего лица и вновь ощутить расскаленную атмосферу этого места. Но Хосок был щедр и великодушен. Его ладони не исчезли, а переместились - одна накрыла лоб, другая обхватила шею сзади. Тэ ахнул и блаженно закрыл глаза. - Что ты хочешь в доказательство, чтоб поверить, что я буду честна с тобой. - Ведьмы не бывают честными, - проговорил Демон, пытаясь успеть понежиться в прохладе, которая скоро исчезнет. - Когда дело касается жизни - бывают, - ответил Хоби. - Что же ты такого натворила? - полюбопытствовал Тэ, оттягивая момент, когда руки Ведьмы оставят его. - Котёнка спасла, - усмехнулся Хосок, и Тэ распахнул глаза, удостовериться не послышались ли ему печально-сожалеющие нотки в голосе, что свидетельствуют о горечи правды. - За это казнят?! - удивлённо поднял брови Демон. - За это замуж выдают! - нервно и зло бросила Ведьма. - Особенный котёнок? - чисто из любопытства спросил Демон. Вместо ответа Хосок прижался лбом к его лбу, который лишился живительного покрова ладони - та сползла на грудь и уже там дарила блаженство. - Мне нужно отсюда выбраться! Я всё сделаю! Обману, спрячу, всё, что скажешь! Дай мне свою магию! Тэ уловил момент, когда всё в их разговоре перевернулось и Ведьма из охотника превратилась в жертву. Теперь она будет упрашивать и умолять, потому что видит своё спасение, но лишь от желания Тэ зависит, получит ли она его. Она ещё может давить на больное, но пока ей неизвестно имя, у неё нет козыря в рукаве. И тут была загвоздка - как решиться раскрыть ей все карты?! Доверие - это то, что надо заслужить... И это ещё один грех. - Неужели жених не по нраву? - глумился Демон. Не со злости, а просто потому что это было забавно. Он уже забыл, когда улыбался, хотя сейчас и это приносило боль. Раны на губах трескались и сочилась кровь. - Я помогу вам обоим, - вдруг оторвавшись от Тэ и уставившись ему в глаза, выпалил желтоволосый морок. - Ого! Ставки повышаются! Улыбка растягивала губы, они щипали, Тэ охал, касаясь пальцами ран. - Да-да, я знаю как, я придумала, - торопилась Ведьма. Она чувствовала, что время её истекает. Надеясь на быструю сделку, она не рассчитала силы. Связь с мороком истончалась. Слабый поток магии, исходящий от Демона всё же не был достаточным для долгого использования. - Я спрячу его и спрячу тебя. Только ты не проворонь последний удар сердца, иначе погибнешь. Вот. Хосок, потянув за шнурок на шее, вытащил из-под свободного балахона маленький глиняный сосуд, похожий на амфору с крохотным красным камушком на нём. - Вот. С последним ударом сердца скажешь "Впусти меня". - И что будет? - Ты окажешься внутри. Я положу туда морок и он заменит тебя на твоём месте. Никто ничего не заметит. Вы оба будете свободны. - А как я выберусь? Ведьма поведала об имени, какое она увидит, лишь только его магия будет у неё, об обряде освобождения, пообещала, что они встретятся в новом мире. А главное она сказала, что позаботится о том, что Гук будет в безопасности. Это перевесило всё. - Хорошо, - согласно кивнул Демон, - Где эта магия? - Неужели ты правда ничего не чувствуешь? - собрал брови домиком Хосок. Тэ отрицательно помотал красноволосой головой. - Хочешь что-то спрятать - положи на видное место, - улыбнулся Хоби, - Твой возлюбленный виртуоз! "Это точно"- подумал Демон, улыбаясь воспоминаниям, где он часто проигрывал, не находя того, что было спрятано Гуком практически навиду. - Это поцелуй, - почти прошептал Хосок, - Последний поцелуй. Тэ Хён вспомнил утро после ночи страсти, задумчивый вид Гука, который он принял за обиду из-за Клятвы, полученной обманом. Вспомнил, что видел его слёзы, но Гук так быстро убрал их, что Тэ подумал - ему показалось. Он был готов к ссоре, к драке, но не к молчанию и слезам. Это не было похоже на Чон Гука. А потом Тэ получил поцелуй. Один. Не долгий и страстный, а проникновенный. И когда Тэ потянулся за вторым, его остановили, не позволили ещё раз коснуться губ. - Тайный дар, - говорил Хосок, - Его не увидеть, его не отнять. Его можно лишь подарить, отдать добровольно. Он помогал тебе выжить, ты никогда не был один, Демон. Разве ты не ощущал это? Тэ припомнил свои видения, где ночной взгляд приносит утешение и успокаивает боль. Он и подумать не мог, что всё это сделано Гуком. Для него. С этими мыслями пришла уверенность в правдивости слов нежданного сокамерника - Гуки не будет жить без него. Нужно рискнуть, ради его спасения. А может и их обоих. Лишь бы Ведьма не обманула. Тэ взглянул в глаза Хоби: - Забирай. Я дарю его тебе. Ликование было сдержано Ведьмой в виду неподобающего момента и страха, что Демон может передумать. Хосок вплёлся пальцами в волосы Тэ на затылке, слегка запрокинул его голову, и прежде чем получить желаемое, шепнул: - Доверься мне. Губы Хоби накрыли саднящие губы Тэ Хёна, соединив их в поцелуе. Демон не мог сейчас видеть тонкий план и движение сил, но он отчётливо почувствовал, как из него что-то уходит. Это не забирали силой, не вырывали. Он сам отпускал. С каждым движением губ Хосока Тэ становилось хуже - сильнее жарил расскалённый воздух, острее чувствовалась боль от ран, душевные метания терзали, будто клыки бешеных псов. Наконец Хосок отпустил Тэ. Он разорвал поцелуй неожиданно осторожно, и аккуратно устроил ватное тело Демона поудобнее. - Скажи, кто он. - Чон Гук. Вот и раскрыта тайна. Тому ли он раскрыл её? Он знал, отныне и секунды не пройдёт, чтоб этот вопрос не мучил его. Морок Ведьмы не сбежал, получив желаемое. Как и обещала, она назвала ему имя, что увидела в клубке сжатого между пальцами воздуха. Она, руками Хосока надела на шею Тэ Хёна кожанный шнурок с сосудом. Бросив последний взгляд на потерявшего все силы и обретшего ещё одно наказание Демона, Ведьма прижала руку к груди. Взгляд, что поймала она, просил об одном - не обмани. И эта просьба была не за себя, она была за Гука. Ни крошки Тэ не оставлял себе, всё собирался отдать тому, кого любит, всё до последнего. В сердце Ведьмы заныло мольбой сильного и смелого Демона. Спустя время после ухода желтоволосого похитителя всех его сил, Тэ увидел, как к противоположной клетке подошёл охранник, как между ржавых прутьев решётки показалась тонкая белокожая рука с длинными изящными пальцами, как она прикоснулась к щеке мужчины. Звякнуло железное кольцо, щёлкнул двумя поворотами замок и скрипом оповестила дверь о своём открытии. Ведьма оказалась не старой и не каргой. Она словно луч солнца осветила это проклятое место. Даже кровавые отсветы, что здесь всё вымазали, не коснулись её светлой кожи и пшеничных волос. Охранник, заворожённый, был готов угодить любой прихоти. Он по ее просьбе надел на её руки кандалы и принял суровый вид, потому что "Нас не должны раскрыть, милый" Уже уходя чудесное создание остановилось возле его решётки: - Не пропусти последний удар, Демон. Её глаза были огромными и синими, бездомным, будто самое глубокое озеро. Они немного облегчили страдания Тэ. - Выполни условие сделки, - прошелестел он почти беззвучно. На лицо полилась вода. Это было счастье! Демон потянулся руками, размазывая живительную влагу по коже, смачивая пересохшие губы и услышал смех. Открыв глаза, он не мог понять, куда делась камера, жар и красивая Ведьма... Именно так Тэ говорил Верховным, когда они спрашивали, почему он помог ей сбежать и откуда у него магия, ведь охранник, что выпустил его, уверенно утверждал, что его обуяла страсть, с которой он не смог справиться. Это было подтверждено - отголоски магии Тэ были обнаружены на мужчине, который выпустил пленницу на свободу. - Она красивая, - говорил Демон, - Красивые должны быть на свободе. Тэ заметил, как сжались челюсти одного из Судей, но не знал, что тот должен был взять в жёны прекрасную Ведьму, потому что красивое - это его Страсть! А страсть надо удовлетворять любыми способами! - Как ты смог воспользоваться магией? - спросил несостоявшийся муж. - У вас инвентарь поистрепался, - хмыкнул едва дышащий Тэ. - Виновен в жертвенности! Взгляд прояснился. Над Тэ склонились ухмыляющиеся рожи: - Что за сделка? - поинтересовалась ангельская рожица. - Ты засланный казачок? На кого работаешь? - недружелюбно и резко прозвучало от нахмуренного блондина, который мял в кулаке пустой пластиковый стаканчик. - Ви, ты бредил, - сказал красивый брюнет с полными губами. - А точно ли это был бред? Ви вздрогнул, увидев перед собой Хосока. Он закрыл глаза, потом снова открыл, не понимая, где реальность, а где сон. - Да у него жар, кажется. Он мне сейчас одежду прожжёт, - прозвучал голос сзади и Ви вздернув голову вверх, наткнулся на чёрные глаза. Тепло разлилось волной по телу, заставив щипать глаза и сводя скулы. Чон Гук. Кажется он сказал это вслух, потому что все переглянулись. На лоб легла прохладная рука, от чего Ви снова вздрогнул и посмотрел на Хоби. Но это была не его рука. - Он правда весь горит, - сделал заключение обладатель прохладной ладони - Намджун. - Переутомление, наверное, - предположил Джин. - Слабак, - вынес вердикт Шуга. - Это он твоего табака надышался! Проветривать иногда надо! Тут некурящие все, между прочим, - отчитал репера Чимин. - Это моя территория, что хочу тут, то и делаю, - рыкнул Шуга. - Территория, - передразнил Чимин, - Ты ещё пометь её! Маленький носик Чимина втянул в себя воздух: - А ты случайно в углах не нассал, волк-одиночка?! Хосок захихикал, а Шуга уже дёрнулся в направлении державшего ухо востро и немедленно отскочившего танцора, когда рука лидера его остановила. - Тайм-аут! Идём все в комнату. Джин, сообрази что-нибудь витаминное. - Без сопливых разберусь, - хмыкнула ледяная королева, пульнув в лидера айсбергом, потопившим "Титаник".