Трещина на льду

Сказать честно, Иван Барашкин никогда не был человеком, который ставил на первое место победу. Конечно, побеждать было действительно прекрасно и воодушевляюще, но все-таки, главное для него в играх было одно: дружба и его взаимоотношения с другими людьми. Сам по себе он действительно наслаждался тем, что проводил много времени на льду со своими прекрасными товарищами, которые всегда могли поддержать, и которые спустя много лет их совместных тренировок стали ему как родные. Но спустя такое долгое время, он очевидно не мог не привязаться и также к своим главным соперникам — Метеорам. А особенно к одному очень яркому, самовлюбленному и действительно вдохновляющему человеку. И этим самым человеком, как ни странно, стал Роман Сиякин. Главный нападающий противоположной команды, его главный соперник и в то же время хороший знакомый. Со стороны, другим людям может показаться, что Рома Сиякин и Иван Барашкин — полные профессионалы в своём деле: оба полностью погружены в свои мысли и сосредоточены на игре, но на самом деле все было не так просто. Ведь много раз Ваня ловил себя на том, что думает не только о том, какую тактику применить, чтобы добиться своей цели и победить. Он также размышлял, насколько хорош его противник в разных сферах. Он думал о том, что Рома действительно хорош в хоккее, и победить его было довольно непросто, зная, насколько он профессионален. Конечно, Ваня и сам не отставал, ведь его интенсивные тренировки и стремления не могут пройти даром. И все-таки, Барашкин действительно восхищался своим соперником. Сиякин был высоким, спортивным, резвым и сверкающим, подстать своей блистательной фамилии. Играть против него хоть и было непросто, но это было действительно захватывающе. Осознавая все вышеперечисленное, Ваня правда наслаждался их совместными матчами и тренировками. Ему было действительно весело играть в хоккей против Сиякина. Ведь они оба полные противоположности, которые каждый раз при встрече тянутся друг к другу, будто магниты. --- Начался очередной матч Прозвучал сигнал, призывающий всех игроков выйти на лед и начать игру. Первыми на лед ступили Синие Вымпелы, которые уже как 20 минут собрались духом и были готовы приступить к делу. Сразу за ними, быстро скользя, с сильным грохотом и веселым смехом, на каток въехали Красные Метеоры, которые хоть и были не настолько слаженной командой, как синие, но были умны и всегда готовы сделать для победы все, даже если где-то придется сыграть нечестно. Лёд громко зазвенел под коньками, люди на трибунах кричали, а яркие огни стадиона резали глаза, слепя и без того напряжённое зрение. Это был не просто обычный матч — это была настоящая битва. Все команды играли на своем максимуме, ведь никому не хотелось ударить в грязь лицом перед их еще одной возможностью получить свою будущую «звездную» карьеру. Роман Сиякин же решил перед игрой слегка поддеть резкими словами своих противников, и поэтому с усмешкой громко спросил: — Ну что, Барашкин, готов сегодня проиграть нам вместе со своей командой ребятишек? Барашкин дернулся и сразу отвлекся от созерцания своего соперника. — Ром, тебе о таком только мечтать, — довольно холодно, но с невольно проскакивающей улыбкой сказал Барашкин — Сегодня я настроен как никогда серьезно. Все команды выстроились на краю красной линии, их взгляды пересеклись. В глазах каждого горел азарт. Судья бросил шайбу, и наступило заветное начало матча. --- Первый период игры прошёл в ожесточённой борьбе. Ваня ловко уворачивался от силовых приёмов Тараса и Ромы, параллельно умудряясь передавать шайбы своим сокомандникам. Он скользнул вдоль борта в другую сторону от Сиякина и одним точным метким броском забросил шайбу прямо в верхний угол чужих ворот. Счет 1:0. Рома нахмурился, и поспешил отыграться. В ответ на это, он резво продавил их защиту, прошёл мимо одного, второго, и наконец сумел сравнять счёт — 1:1. Трибуны завопили, тренеры обоих команд как можно громче кричали, стремясь дать как можно больше советов за столь короткий промежуток времени, а тем временем Ваня и Рома ловили взгляды друг друга. В них виднелись лишь одни эмоции — вызов, азарт и стремление достать победу. Но на тот момент никто даже не подозревал, насколько может изменится ситуация. --- Третий период. Ничья. Осталось три решающих минуты. Рома как можно быстрее рванул вперёд, забыв про тактику, стремясь закинуть заветную шайбу прямо в ворота Синих, и врезался в Ваню, толкая его дальше и выхватывая шайбу прямо у него из-под клюшки, в тот же момент забивая в ворота Синих. Послышался гул трибун, люди уже готовились праздновать победу, но вдруг- Барашкин отлетел к борту, но —чёрт! — лёд под ним оказался неровным, сильно треснувшим после предыдущего периода. Казалось, будто вся вселенная сейчас будто насмехалась над бедным Барашкиным, ведь как еще можно описать, что именно в самый решающий момент матча, его решили подвести собственные коньки, вместе с треснувшим под ногами льдом? Ведя шайбу к чужим воротам, скользя по льду как можно дальше от Ромы, Ваня, честно говоря, даже не сразу понял, что провалился в тонкую трещину на льду и начал падать. Первая его мысль была: «Чёрт, неужели я сейчас облажаюсь и не смогу ничего сделать?» Потом — резкий толчок в бок от Ромы — Ваня потерял равновесие и уже летит вниз. Ваня, поскользнувшись, ударился о борт после сильного толчка, больно упав шлемом вниз. После чего рефлекторно сильно проехался прямо головой по твердому льду. Прошла секунда. Две, три. Но Барашкин все ещё не встает. Настала почти пугающая тишина. Не было слышно ни единого писка. Ване даже сначала показалось, будто время замедлилось. Даже до этого завывающие во все горло фанатки сейчас сидели смирно и смотрели на произошедшее с открытыми от шока ртами. Но тут послышалось объявление. Громкий медовый голос главного ведущего наконец-то объявил то, чего Красные Метеоры так долго ждали — их победу. В голове Барашкина, резко затих гул арены, будто кто-то нажал на кнопку и выключил звук. Ваня не сразу понял, что лежит на льду. Голова гудела, в висках стучало, мысли начали путаться. Правая рука неестественно подрагивала — то ли от удара, то ли от холода. Кровь —(свою? Ах, видимо свою)— Ваня сначала почувствовал, и только потом увидел — алую каплю, будто сиропом растекшуюся по белому льду. *Чёрт… Серьёзно? * — пронеслось в голове у Барашкина. По глупости, Ваня сразу попытался встать, опираясь на лед другой рукой. Провал. Он упёрся локтем в холодную поверхность, но мир сильно накренился, будто катер на бурной волне. Тошнота резко подкатила прямо к горлу. Ваня, не продержавшись в полулежачем положении и минуты, уже падал обратно. Показалось, будто кто-то из его команды крикнул: «Не двигайся!» — но возможно, это было просто его воображение. Сейчас в его голове мысли скакали от одной к другой. Казалось, будто кто-то набил голову пушистой белой ватой, а потом резко ударил по ней же чем-то тяжелым. Сквозь запотевшее стекло шлема он мутным взглядом разглядел Рому, который, застыв, смотрел прямо на него с широко раскрытыми глазами, слишком крепко сжимая дрожащими руками клюшку. *Почему он так смотрит?.. Все же в порядке..* Перед тем, как наконец потерять сознание, он увидел Судью, который что-то жестикулировал и громко объявлял победу Метеоров.