SPECTRUM 2. Побег

            К вечеру глава транспортной компании собрал всех участников бывшего бара в небольшом зале с маленькой сценой. Толкнул речь за то, как ему понравилось путешествовать с ребятами, снова подарил брату чёрный билет на круиз и сел куда-то в угол.             Лиям устроился за отдельным столиком по центру и, развалившись немного на стуле, оглядел окружение. Его команда, как и когда-то давно спокойная и расслабленная, сидела за столами небольшими группами в ожидании начала.             Свет выключился. Заиграло низкочастотное вступление. По сцене бегали хаотичные огни, но танцоров не было. И тут позади каждого работника бара прямо на ухо зазвучали шепчущие голоса, вызывая сноп мурашек.             Тени скользнули из-за спин, давая себя разглядеть. Под низкочастотный фон добавили рассеянного света, который высветил фигуры. Члены команды синхронно кружили вокруг столов своих зрителей, продолжая завораживать вкрадчивыми голосами и сексуальным танцем.             Они двигались синхронно, хотя совершенно не видели друг друга. Вновь обошли своих клиентов и пустили в дело руки. Шаловливые лапки заскользили по плечам и груди, направляясь к животу. А нежные голоса шептали на уши завлекающие слова.             И резко остановились, словно схлынувшее наваждение, удалившись в общие коридоры между столами. Закрутились в парных танцах, перетекая из стойки в стойку. Голоса усиливали через колонки, поэтому ощущение, что гостям шепчут на уши, оставалось.             Вступил мощный женский вокал. За ним с трудом можно было угадать голос хрупкой Черри.             Её подняли на свободный стол. Остальные, трогая друг друга и касаясь девушки, продолжали кружить вокруг стола и подпевать фоном, пока Черри разливала мощный голос по всему залу и извивалась. И под конец, на самой яркой ноте, рухнула спиной назад, в руки своих коллег.             Не давая отдохнуть зрителю, включился более яркий свет, а с ним и следующий трек. Стюарды лайнера в костюмах в облипку, имеющих соблазнительные вырезы, пели в несколько голосов, сменяя друг друга и распадаясь на четырехголосие под ритмичный бит из колонок.             Танцуя и завлекая своих пассажиров, направились по рядам. Ненавязчиво приставали к сидящим ребятам – то облокачиваясь на стол, то заглядывая в лицо и разговаривая через песню. Их голоса были повсюду, звук ощущался кожей, заставляя вставать волоски на руках.             Тут и там чувствовался легкий ветерок от резких танцевальных рывков. Да, это было шоу, но оно было не на сцене, а вокруг, превращая зрителей в участников. Танцоры перекатились через столы, вскидывая ноги и смешиваясь в другом порядке. В какой-то момент они стали заменять звуки и слова придыханием и даже имитацией стона.             Но закончился и этот трек. Сходя на нет вместе с музыкой, артисты слиняли куда-то за спины зрителям.             Когда всё стихло, и работники Лайнера принесли выпивку, часть ребят бара ушла за кулисы. Лиям переглядывался с братом, и в глазах стоял вопрос: " Что происходит?".             – Сюрприз, Цезарь, – одними губами ответил Феликс и подмигнул.             На сцену вышли два Медведя. Конор и Рамиль в мягких костюмах кигуруми динозавра и панды. Рамиль чувствовал себя неловко и держался на одном только вдохе, чтобы обтягивающий его комбинезон не разошёлся по швам. Поправив микрофон, они заговорили.             – Приветствуем гостей нашего маленького спектакля под названием "Лесная история", – Конор улыбался, вытянувшись по струнке, как ребенок на утреннике.             – Маленькая история о маленьких, хрупких, – костюм чуть затрещал, и Рамиль выдохнул посильнее, чуть напрягаясь, – зверятах, что очень любят свой лес...             Лиям положил подбородок на руки, наблюдая за этими странными дураками.             Любопытные стюарды лайнера застряли возле столов и на входе, удивлённо разглядывая "маленьких" зверей.             За спиной у ребят вспыхнула проекция, которая, словно в начале волшебной сказки, изобразила солнце, поднимающееся из двух половинок деталей. Софиты подсветили его тонкими лучами.             – В глубокой и тёмной чаще леса, – продолжал Рамиль, пока из кулис на сцену в белой рубашке и джинсах выходил Вольтер, сияя новой маской быка, – на поляне из можжевельника и колючих кактусов жил козёл.             Уже спустившись вниз перед сценой, Вольтер замер и обернулся на "ведущих". Конор поднял руку с блокнотиком и, убедившись, что в записи стоит всё правильно, шепнул другу:             – Бык…             – Да, – кивнул Рамиль. – Редкостный баран. И вот, однажды, случилось непредвиденное! Огромный ураган, что снёс Манхеттен, пришёл в этот лес и принёс с собой двух ссыкливых котов, развивая их мех по ветру!             Конор прыснул от смеха, чуть прикрывая рот рукой:             – Учить слова для долбоебов, я понял...             По залу разбежались тихие смешки. Лайнер уже бросил свои занятия и тупо пялился на этот бедлам с трескающимися от улыбок физиономиями.             – Тяжёлая судьба нависла над героями! – Рамиль приподнял руки вверх, снова захрустев костюмом панды, и, сам испугавшись, что порвет его, замер. – Как же они будут... выбираться?             Карим запустил музыку и, боясь шевельнуть руками, Рамиль, с округлившимся большими глазами, позволил Конору утащить себя за кулисы. Юджин и Маршал перешептывались за отдельным от Лияма столом, улыбаясь происходящему.             Под нарастающую музыку, так же в джинсах и белых рубашках, с двух сторон через сальто и кульбиты на сцену вылетели Кот и Ягуар. Обменявшись касанием рук друг с другом, парни спиной назад сиганули со сцены к Быку. Синхронное, отточенное падение завершилось небольшим прыжком Быка, словно от содрогания земли. Под ритмичный бит начался чётко слаженный танец, в котором ребята без доли сексуальности, но с шикарной подачей, дополняли движения друг друга, работая в команде.             Кто-то в зале присвистнул, но на дурака сразу зашикали, чтобы не мешал. Феликс оглянулся, замечая за столиками всю команду. Даже Клэй сидел – с каменным лицом, но прикусив губу, чтобы не выдать себя.             Когда танец закончился, а ребята упали на пол и откатились в стороны, усаживаясь поудобнее, на сцене вновь появились ведущие в кигуруми. Рамиль успел поменять костюм, который хоть и был гораздо свободнее в плечах, но до безумия обтягивал ноги, что выглядело крайне глупо и даже смешно.             – Сошли ветра! – заговорил он резко и внезапно. – Угомонились тучи. Пришли в себя обтрепанные потоками воздуха звери и стали думать, как же им в разрушенном лесу жить.             – Ты ни слова не сказал о том, что ветер лес поломал, – вклинился Конор, понимая, что по плану текст у них уже не пойдет.             – Да? – задумался Мишка и повернулся к немногочисленным зрителям. – Проебался немного... Ну, тогда… вдруг пошел дождь! Это же мы можем? – он уставился на Ину и Карима, что сидели за пультом управления световых эффектов. Киборг кивнул, показав "окей". – Вот! Ливень, что был сильнее шторма!             Конор снова прыснул в кулак, отворачиваясь, после чего недовольно возразил:             – А я тебе вообще здесь нужен?             – Пиздуй отсюда... – шепнул тот, прикрывая рот, и после добавил уже громче: – В доброе плавание, мой друг!             По залу снова расползся хохоток.             Конор умчался со сцены, а Рамиль, еще немного постояв в тишине, словно желал сказать что-то еще, по итогу повернулся и вышел следом. Лиям тихо смеялся в кулак. Несмотря на хорошо поставленный танец и красивые движения ребят, этот момент казался до безумия идиотским при осознании, что всё это происходит на дорогущем Лайнере после изумительного выступления команды Феликса.             Музыка, запущенная Каримом, приобрела звуки дождя, которые внес Ину. Иллюминация на сцене имитировала дождь, а на сцену вышли Лис и Волк. Черные рубашки расстегнуты, а чёрные штаны обтягивали стройные босые ноги, в отличие от ребят перед ними, что были в кроссовках. Точеные, сделанные под лица маски Волка и Лиса немного отличались от тех, что были изначально. Только сейчас Лиям заметил, что черты приобрели более строгий и изящный вид.             Движения ребят под музыку были более плавными и завораживающими. Как текущая вода, они перемещались по сцене, и в какой-то момент к ним присоединился Медведь в подобном же одеянии. Теперь, встав по порядку – Медведь, Волк и Лис – они были олицетворением роста и сил, ведь каждый так характерно подходил под свою личную маску.             Они перетекали с места на место, делали мягкие и плавные кульбиты, придерживая друг друга в танце, и выгибались, падая на сцену, словно в глубокие лужи, бесконечно поглаживали свои тела. Лиям, как никто другой, видел этот танец в воде, словно наяву. Ощущал все эти капли, что звуками лились из колонок, мокрые костюмы, которые облепили бы ребят, и струящиеся потоки дождя с брызгами от резких движений. Этот танец непременно нужно повторить с водой в баре, решил он твердо про себя.             Музыка стихла, предвещая выход бузумного Рамиля. Лиям в предвкушении сжался внутри, убеждая себя, что никогда не даст ему микрофон.             Парни сошли со сцены и уселись рядом с ребятами на полу. Рамиль вышел в ином кигуруми: на этот раз он был гораздо больше самого парня и висел на нем. Подтягивая за собой львиный хвост, он встал и, раскинув руки в стороны, заговорил:             – Уничтожен дом зверят! Лисичек, волчиков... козлят! Как им всем, скажите, быть, где же тварям теперь жить?             Юджин и Маршал уже смеялись, не сдерживаясь, но всё ещё стараясь не привлекать к себе внимание.             – Плачут зайки и котятки. Вымокли, замерзли лапки! – он выдержал театральную паузу и снова вскинул руки вверх. Широкий костюм повис на нем, как тряпка. – Но вдруг! Пришла ночь и вышла луна!             – Охеренно... – огорченно проговорил Конор, сидя у столов. – Всё по плану, пи-издец…             – А луна, – с серьезным лицом продолжал Рамиль, – это солнцева дочь! Вышли во мраке иные звери, что найти дом сироткам хотели... Блять, включи уже музыку!             Ину дрогнул от этих слов и тихо запустил следующий трек. Лиям закрыл лицо от стыда и продолжал смеяться, а Рамиль отошел на край сцены. Свет в помещении почти погас, оставляя лишь лучи софитов и подсветку иллюминации на сцене. Под резкие, рваные звуки, что уже больше подходили "былому бару", вышла самая настоящая госпожа Кошка.             Облегающие черные кожаные шорты, колготки в крупную сетку, лиф в стразах и шипах, ремни внахлест вокруг талии. Строгая чёрная маска отражала всем присутствующим величие ее владелицы. Руки в коротеньких и элегантных кожаных перчатках расправили хлыст и, смачно ударив им по сцене, Грейс принялась извиваться в его направлении, словно змея. Выгибалась и манила к себе, что даже Лиям успел выкинуть из головы глупого идиота в кигуруми льва, стоящего чуть поодаль на сцене.             Макинтош, закусив палец, следил за каждым ее движением. Да и, в целом, весь лайнер с горящими глазами о чем-то переговаривался.             К приближению смены музыки на сцену из одной из сторон вышла Вивьян. Чёрные штаны в обтяг и лиф как у Грейс, но без стразов и шипов. Стянутые в тугой хвост светлые волосы и маска Ласки на лице. Обойдя Грейс за спиной и дождавшись очередного удара хлыстом, она упала на пол за спиной госпожи и, перекатившись через спину, прильнула к ее ногам, включаясь в извивающийся сексуальный танец.             – Куда делся весь состав? – буркнул Рамиль и принялся раздеваться. – Всегда самому всё делать нужно...             Щелкнув кнопку, он отключил наконец микрофон, вспомнив про него, и скинул львиную шкуру. Черные кожаные ремни стягивали его накаченный торс, а ниже – черные джинсы, что облегали каждую мышцу. Сбросив кигуруми за пределы видимости, он без маски, словно танцор танго, подошел к девочкам. Те рассыпались. Грейс сложила плетку вдвое и бросила в сторону, а после, в такт сменившейся музыке, на сцене начался танец-борьба между двумя маленькими хищниками вокруг строгого мужчины.             Лицо Рамиля не выдавало ни единой нотки смеха. Строгий, серьезный и в чем-то сексуальный взгляд не сходил с его партнерш, которые поочередно прижимались к нему, вовлекая в очень тесный танец, смешанный с медляком и отдаленно напоминающий танго. Лиям не сводил с них глаз, наблюдая, как гармонично девочки сменяют друг друга, а после изящно двигаются в одиночку, не стоя на месте и не воруя взгляды с танцующей пары. Впервые, если не считать тренировок, можно было взглянуть на сотрудника бара за работой без маски. Сосредоточенность и полное погружение в танец были высечены на лице Рамиля настолько ярко, что он моментально перестал выглядеть идиотом в глазах окружения. Страстный, дикий и невозмутимый мужчина.             Музыка плавно пошла на спад и перетекала в легко звучащую мелодию, позволяя Рамилю поцеловать ручки обеих девушек и помочь им спуститься вниз, к ребятам, после чего он дотянулся до своего кигуруми, вытянул маску и, прижимая ее к себе, встал между сценой и столами.             – Вот и подходит наша сказка к концу, – заговорил он со второго раза, осознавая, что нужно снова включить микрофон. – Вы спросите, где сюжет или хоть какая-то логическая мораль всей повести? – он приподнял бровь, оглядывая столики. – А нет их.             – Ну скажи хоть что-то серьезное, идиот! – пробурчал на него громко Конор. Ребята под масками улыбались.             – Ла-адно... – состроил недовольное лицо тот. – Выживает сильнейший. Сегодня на лайнере господина Феликса остались самые стойкие и сильные ребята команды. Не хватает среди нас лишь одного.             Лиям покрутил головой по сторонам, считая ребят. И, правда, один из Мишек решил преподнести что-то особое. Однако, Лиям не исключал и то, что Мейсон, пропадающий в каюте секретаря, мог и отказаться от выступления.             – Самый позитивный, сексуальный и безумный член нашей команды, по которому явно будет скучать наш любимый директор. Чтобы отдать честь в знак памяти и уважения нашего собрата, мы хотим завершить этот вечер... – он создал театральную ненужную паузу.             – Оргией? – громко спросил Лиям, уже не зная, что ожидать от Рамиля.             – Я за язык вас не тянул! – указал на него пальцем тот и подмигнул. Ритмичная музыка заиграла из колонок и начала набирать обороты, а Рамиль, улыбнувшись, натянул маску, на которой красовались очертания Гориллы.             Черри и Барби, подпирая друг друга, чуть не капали слюной, пялясь на горячих работников бара. На Рамиля они и вовсе загадочно оглядывались.             Софиты замигали в приглушенном свете. Ритмичная музыка подняла всю группу и, растянувшись по залу, ребята входили в синхронный заводной танец, в котором проскальзывали небольшие куски из программ, что были раньше в баре. Под барабанные перебивы Ину запустил небольшие клубы дыма на сцену, и прямо в него на сцену вышел Мейсон.             Шепчущиеся между собой Маршал и Юджин замолкли, уставившись на сцену, а у Лияма округлились глаза, и приоткрылся от удивления рот. Он и представить себе не мог, что можно заставить кого-то из Мишек одеться в подобное.             Мейсон вышагивал по сцене на высоченных каблуках изящных белых туфель с застежкой. Его обнаженное тело было обтянуто белым латексным купальником женского фасона без рукавов и с легкой пушниной в области декольте. На шее красовался небольшой кулончик на тоненькой цепочке, на руках – белоснежные манжеты, а на голове торчком стояли длинные белые уши.             Наглая и в чем-то дерзкая ухмылка Мейсона ослепляла всех в зале, а хитрый взгляд уперся в директора. Подойдя почти к краю сцены, он топнул в такт музыки каблуком, и все звери перед сценой содрогнулись, замерли и, как по команде, принялись повторять движения, подобные Мишкиным.             Делал резкие развороты ножки, красуясь, подъем рук и плавное вращение, которое гипнотизировало взгляд, после взмах другой ножкой и разворот вокруг себя. На обтянутой белоснежным латексом попке затрясся пушистый крупный хвостик.             Феликс не удержался и обернулся. Его секретарь сидел в шоке и с открытым ртом. Такого появления Мейсона он не ожидал даже в фантазиях.             Повернувшись ко всем лицом, предварительно нагнулся к полу, слегка прогнулся, заставляя восхищаться своей растяжкой всю группу, включая качков, Мейсон уселся на край сцены, перекинул ногу на ногу и, придерживаясь за руки Медведя и Гориллы, спустился вниз.             Хищный оскал сменился улыбкой, пока псевдо-зайчик шел к столу директора. Уже на подходе взгляд стал несколько жалостливым и похотливым, и Мейсон показушно облизнул губы. Сексуально.             – Нет, нет, нет.... – взмолился директор, понимая, к чему всё идет, и даже отодвинулся на стуле в попытке сбежать. Но танк был быстрее и сильнее, прижав мужчину к стулу. Обойдя его, он потянул спинку на себя, отодвигая Лияма от стола подальше, после чего, вызывающе покрутившись вокруг, вновь оказался перед лицом директора.             Теперь жалостливое, но все же восхищенное, лицо уже было у самого Росса-старшего.             Мейсон перекинул ногу через Лияма, чем его немного испугал, но сделал это красиво и очень изящно. Ровная, вытянутая ножка с высоким каблуком оказалась по другую сторону, поставив танка с расставленными шире плеч ногами. Сделал выпад вперед, прогнулся волной, чуть не касаясь пушистым мехом лица Лияма, и уверенно уселся ему на колени.             У Юджина и Маршала отвисла челюсть. Такой игры эмоций у Мейсона не ожидал в принципе никто. Строгий, на вид туповатый и совершенно скупой на мимику парень сейчас выдавал всю базу Зайчика-Кайла.             Клэй сидел ни жив, ни мертв. Даже не понимал, что ему чувствовать: стыдиться, смеяться, ревновать? Поэтому выдавал охреневание, прикрыв рукой рот.             – Ууу, – в восторге завыла Барби, – потряси попцой!             Вся группа зверей рассыпалась по залу, исполняя акробатические и танцевальные выпады в такт мелодии, но каждый со своим подходом и подачей, а уже смеющийся Мейсон, не выдержав испуганного взгляда директора, просто обнял его и что-то зашептал на ухо. Тот уткнулся лбом ему в плечо и аккуратно положил на талию руку. Псевдо-зайчик сидел на нем, продолжая наблюдать за танцами ребят и улыбаясь.             – Ты же говорил, что зайчик мелкий? – толкнул Стефа локтем Лу.             – Ты дебил? Это Медведь, – отозвался Бемби.             Лу посмотрел на соседа, на Мейсона и в шоке обернулся на девчонок. Но те лишь прыснули.             Свет становился ярче. Карим спустился с блока управления и, приблизившись к директору, подсунул под ноги Мейсону кроссовки, помогая тому переобуться. Тот что-то продолжал говорить директору, а после, придерживаясь за его плечо и руку Карима, поднялся, похлопал Лияма по плечу и накинул рубаху, принесенную админом.             Лиям поправил одежду и, покачав головой, вернулся к столу, провожая ребят взглядом и наблюдая, как те выстраиваются перед столами. Забрав микрофон у Рамиля, Карим повесил всю систему на ухо и заговорил:             – После долгого перерыва для вас в особой программе выступали: Госпожа Чёрная Кошка – Грейс!             Девушка сделала шаг и состроила под маской хищные глазки, после чего поклонилась.             – Милая Ласка — Вивьян! – следом за кошкой вышла ее подруга.             – Обворожительные хищники: Митчел в роли сильного Волка, Нейтан – мистер Кот и рыжий плут – Мигель.             Вся троица сделала шаг вперед и синхронно поклонилась. Карим продолжал:             – Отдельная благодарность троице, что взяла на себя подборку основной сюжетной линии спектакля: несравненный Мишка – Конор.             Тот вышел и поклонился, протянув руку Горилле.             – Рамиль под своей новой маской Гориллы и-и-и, мы чёрт его знаем, как он согласился, Мейсон!             Мейсон засверкал своей редкой улыбкой, после чего забрал из рук администратора свою личную маску, сверкнул глазами на Лияма и, стянув с головы ушки, натянул на лицо маску своего нового зверя – Тигра.             Команда лайнера хлопала всем ребятам, а на Тигра и вовсе завыла, выражая свой полнейший восторг.             Лиям поднялся с места и тоже захлопал. Он мог ожидать всё, что угодно, но явно не этого. Одно он знал теперь наверняка – эти ребята его не оставят и готовы с новыми силами ворваться в их развратный бизнес.             Феликс подождал, пока все немного успокоятся, и пригласил гостей к столу. Объединенный фуршетный стол был завален вкусняшками, которые можно было наложить и унести за свой столик. Хотя некоторые компании столики уже объединили.             Например, девчонки из обеих команд слились в одну милую, но опасную банду, которую возглавляли спевшиеся Грейс и Черри. Прямолинейный Бемби тоже утянул за собой часть бара, и, по сути, работники обеих команд неравномерно окружали стол Лияма, собираясь одной шумной толпой. Отставшие руководители потянулись вслед за ними.             Лиям, подвигая всех, сел поближе к брату и потянулся за алкоголем. Этот момент был приятным. Словно вся семья вновь собралась за столом. В душе была радость оттого, что все эти люди находятся сейчас рядом, но и некая грусть, что всех ждёт хоть и не долгое, но расставание. Хотя, наверное, больше пугала неизвестность завтрашнего дня.             – Нервничаешь? – нагнулся к нему Феликс.             – Очень, – поежился мужчина.             – С вами будет Клэй. Он и с моими замами договорится, и с Кригом, – Феликс приобнял брата, потрепав его по плечу. – Я всего на пару недель. Заберу зама и скатаюсь в круиз – посмотрю, как он справляется вместо Клэя. Я не брошу вас тут, обещаю.             – Я знаю, Фел, – Лиям прижался плечом к плечу брата. – Я никогда не был так далеко от дома, вот и переживаю... Всё будет хорошо, да.             Хвостатый младший блестел глазами:             – Зато прикинь, как ты всё под себя сделаешь? Твой личный городок, в который смогут попадать лишь избранные, но со всей галактики. Новая программа, новая безопасность. Ух, я прям взбудоражен!             Лиям заискрил радужкой и приобнял брата.             – Спасибо тебе, без тебя я бы погиб. Нет... Все бы погибли.             – Да не. Обычно такие уроды работают иначе, – взгрустнул младший. – Но искать и выкупать вас из рабства по всему свету было б той еще задачкой. Ты молодец, что смог всех собрать. Спас своих детишек.             Хвостатый потрепал брата по макушке и отвлекся на подошедшего работника, передавшего ему забытый планшет.             Заведя разговор про то, что гордится своим братом, Лиям обновил стопки. Шумная компания продолжала пить, обсуждая экстравагантные костюмы ребят и сочного псевдо-зайца. Разошлись все относительно поздно, чтобы успеть хоть немного отдохнуть перед вылетом в новый дом.             Только Феликс торчал на третьей палубе и пялился в огромную стеклянную стену на новый дом для брата. Ему тоже было тревожно. Но застревать дольше он не мог.             Он терпел убытки из-за того, что покинул родную планету. Нужно было выплатить компенсацию компаниям, с которыми он резко разорвал договоры. Найти новые точки для поставок, построить маршруты транспортникам, наладить их прикрытие от пиратов... Работы было много, и Лияму не стоило знать, насколько тяжело и долго транспортная компания будет зализывать раны.             Но, глядя на планету, Феликс точно знал, что она в его планах станет самой ценной точкой в галактике. Поэтому думал он не о будущих делах, а о том, что бы такого сюда пригнать еще? Или построить себе дом? Или хотя бы купить у Лияма квартиру?             – Какой дом, Феликс? Ты же космонавт. Иди спать, придурок, – отчитал он сам себя и пошел исполнять свой же наказ.