случай в, эм..., лифте?

***

                           В этом мире, где вампиры и ведьмы жили в разных измерениях, судьба решила сыграть злую шутку. Макайя, древний вампир с вечным недовольством на лице, и Сынмо, взбалмошная ведьма с комплексом отличника, столкнулись в самом неожиданном месте — в лифте.       — Какого мертвеца ты тут делаешь? — проворчал Макайя, глядя на ведьму, который пытался запихнуть в лифт свою огромную сумку с ингредиентами.       — А ты какого мертвеца тут делаешь? — парировал Сынмо, прищурив глаза. — Может, я тут живу!                            Началась их эпическая война. Макайя постоянно огрызался, а Сынмо отвечал ему своими фирменными проклятиями. Однажды утром вампир проснулся с непреодолимым желанием спеть в караоке. В другой раз он три часа пытался поймать собственный хвост, как кот.       — Это всё ты! — шипел Макайя, глядя на ухмыляющегося ведьму.       — А что я? — невинно хлопал глазами Сынмо. — Может, это просто луна так влияет.                            Однажды ночью Макайя застал Сынмо за приготовлением зелья. Он был так сосредоточен, что не заметил его появления. Вампир замер, наблюдая за тем, как он колдует.       — Что, любуешься? — не оборачиваясь, спросил ведьма.       — Просто смотрю, как ты превращаешь кухню в филиал химической лаборатории, — ответил Макайя, но в его голосе не было привычной язвительности.                            Их перепалки становились всё более игривыми. Макайя начал замечать, как красиво искрится магия Кима, а Сынмо — как завораживающе блестят глаза вампира в темноте.       — Знаешь, — начал ведьма, помешивая зелье, — ты не такой уж и противный.       — А ты не такой уж и… ведьма, — ответил Макайя, сам удивляясь своим словам.                            Их первый поцелуй случился неожиданно. Макайя, не удержавшись, притянул ведьму к себе. В этот момент его вампирские способности дали сбой — он начал левитировать, не понимая, где потолок, а где пол.       — Что ты со мной делаешь? — прошептал вампир, целуя шею Мо.       — Это ты со мной делаешь, — ответил Сынмо, обвивая руками его шею.                            Их отношения развивались бурно. Макайя продолжал язвить, а Сынмо — насылать на него безобидные проклятия. Но теперь это было похоже на танец влюблённых, а не на войну.       — Знаешь, — сказал однажды Макайя, глядя на закат, — может, наша встреча и была предначертана.       — Только не говори, что ты веришь в судьбу, — фыркнул Сынмо, но его щёки предательски покраснели.       — Нет, — улыбнулся вампир. — Просто я не могу представить свою вечность без тебя.       И они слились в поцелуе, забыв обо всех предрассудках и различиях. Ведь иногда именно непоправимое приводит к самым прекрасным изменениям.                     

***