Кетрич: Город, где мы умрём

Эштон, пошатываясь, брел через переулки, дрожь не отпускала его, пальцы подрагивали, будто искали потерянного собрата. Кровь текла, пачкая кисть, что не переставала ныть из-за операции. Он и опомниться не успел, как в него врезались, сильно и намерено. — Что ты сделал с рукой!? Эш влетел в ближайшую кирпичную стену. Рука Криса придержала его затылок, чтоб тот не ударился об твердую поверхность, но после чужие пальцы сжали волосы, заставляя голову откинуться назад. — Истеричка тупая, отъебись, — попытался отмахнуться Эш. Крис выхватил у него коробку, бросив её на землю, а после железной хваткой вцепился в кровоточащую руку. — Мразь, где палец?! — Крис рвал глотку как бешеный. Но даже так Эш улавливал его беспокойство, его особенно выдавала дрожащая рука самого Грина.   — Откусил с голодухи, — едко ответил Эштон, его сейчас ещё больше выводило это бешеное повидение Криса.    — Сука ты! Может, тебе всё до конца отхерачить!? Что ж на одном только остановился? Видно было, что Крис хотел прокричать что-то ещё, но Эш прижал свою свободную руку к его ране на боку, после чего надавил на неё. Он наконец-то заткнулся. Лицо исказилось, губы поднялись, оголяя кривой оскал. А чужой лоб уперся Эшу в плечо, за ним последовало и громоздкое тело, что прижало Эштона к стенке вплотную. Благодать, если не считать писк крыс, что рылись в мусоре, и бродячих собак, что были готовы подрать друг друга за территорию. Крис отпустил руку Эша, не отстраняясь, он зашевелился, его действия отдавались легкими толчками, а вскоре раздался треск ткани. — Все футболки мне изуродовал, у меня из них осталось штуки 3! — уже не выдерживая, начал Эш.   — Да принесу я тебе завтра этих тряпок, только перестань ныть! Крис отпрянул от Эштона, давая ему свободное пространство. Его рука на затылке Эша расслабилась, а после и вовсе ушла. Сейчас всё внимание Криса было на пустом месте, что раньше принадлежало мизинцу. Он начал перетягивать рану самодельными бинтами, которые нарвал из футболки, что была на нем самом.   — Как ты с этой раной до сюда дополз? Мне начать тебя привязывать к кровати? — спросил Эш, но вдруг дернулся, уж очень туго Крис затягивал лоскуты, от чего тот поморщился. «Бесится, придурок», — подумал про себя Эштон, но вслух не сказал. Крис, похоже, заметил вырождение лица Эша, так как опустил голову пониже. Но Райт успел увидеть приподнятые уголки губ. Эш толкнул его дулом ружья, тот поморщился, но отступил, переводя внимание на коробку, которая упала рядом с мусором. Подняв ее, Крис заглянул внутрь. — И ради этой хрени ты отдал свой палец? — спросил Крис, хмурясь. — Без этой хрени из тебя опять полезут черви, — констатировал Эш. Крис недовольно прорычал, после чего схватил Эша под предплечье и потащил за собой. Их путь сопровождался перепалками с нецензурной бранью, но она приостановилась, когда они зашли в, казалось бы, обычный проулок, где была такая же помойка, как и во всём Кетричи. — Хах, помнишь это место? — усмехаясь, спросил Крис. Эш оглядел очередную свалку, которая воняла тухлятиной и сыростью. И тут его настигло осознание.   — Че реально забыл, что ли? — уже с недовольным тоном задал вопрос Крис.    — Да как же. Надо было бросить тебя у этой кучи мусора, потише было бы. Эштон не смотрел на Грина, но затылком чувствовал его испепеляющий взгляд. Их первая встреча была здесь. На вонту ржавую трубу, что торчала из стены, Эш закинул веревку с петлёй, стоя на деревянном ящике. Он не боялся, в последний раз пробегал по уголкам своей памяти перед смертью, но когда Райт хотел прыгнуть, раздалось хрипение. «Чёртов трус, если собираешься кончать со своей жизнью, то проваливай в другое место» — это было первое, что сказал ему Крис. У того была рана на животе, и цеплялся он за жизнь из последних сил, даже находясь в куче мусора, словно ненужная вещь, которую выкинули на помойку. Эштон тогда снял петлю и подошел к нему ближе, а тот не затыкался. «Как такое сыкло, как ты, смог дожить до своих лет?!» Эш смотрел на него спокойно, хоть и испытывал ужасный стыд за то, что кто-то увидел его таким слабым. На самом деле Крис был не лучше, он драл глотку, но в глазах его было видно, что тот сдаётся. Тогда-то Эштон и решил подобрать его. Прошел целый год, а ничего в этом месте не изменилось. — Вроде одногодки, но ты как был далбаебом, так и в 16 им остался — на выдохе выпалил Эш, возвращаясь в реальность. — Закрой уже свой ебальник, висельник хренов, — огрызнулся Крис. — Тебя это тоже касается, смертник. — ничуть не сбавляя тормозов, произнес Эш, разворачиваясь к Крису. Лохматые брови Криса съехали к переносице, ноздри раскрылись и со свистом втянули воздух. «Как мило, сейчас взорвётся» — с сарказмом подумал Эш, но его мысли были недолгими. Рука Грина вцепилась в спортивную кофту Эштона. Тот уже, ожидая удара, напрягся, но Крис грубо подтянул его к себе, впиваясь в губы. Минуту ощущалась мягкая плоть, а затем появилось покалывание и боль. Кривые зубы вцепились в нижнюю губу, словно желая ее отгрызть. Эш сжал куртку Криса в кулак, притягивая того ближе, он начал атаковать его в ответ. Тяжелое дыхание двоих прекрасно заглушало посторонние звуки тараканов и другой инородной живности, что лазила в перевёрнутых бочках. Они грубо проникали в рот друг другу с чавкающими звуками, словно ели. Слюна кислая и вязкая стекала по уголкам губ. Крис отстранился первым, у него кончился кислород. На его губах блестела слюна с лёгким слоем крови. На языке Эштона вертелся соленоватый вкус, а губы были такие же влажные и опухшие, как у Грина. Стерев влагу с губ, они были готовы продолжить путь, но тут мусор захрустел, кто-то вдавливал его в землю, привлекая внимание «Голубков». — Ни хуя себе, Шрам, смотри. Так он нашему Шрампелю не просто раны зализывает. — Раздался откуда-то голос Эллиота Рейнс «Клыка», члена банды «Костоломов». Крис оттолкнул Эша, но руку на кофте не разжал. Глаза бегали по углам переулка, пытаясь найти хозяина насмехающегося голоса, но вместо него вышла тощая, невысокая девушка с изуродованным от огромных рубцов лицом. Розали Ландер «Шрам». Единственная девчонка в банде «Костоломов», но уровень жестокости у неё высок, её в этом побеждает лишь Крис. Вот только на лице вместо ярости застыло удивление. Рыжие брови, больше похожие на ржавчину, подняты вверх, а глаза округлились, пухлые губы перекосило по-уродски и так неестественно. — Что... Что это было!?! Шрампель!! — выкрикнула она, голос был сиплым, испорченным от табака и самодельной выпивки, как у многих в этом городе. Розали стояла ровно, её руки, как тески, сжимали кастеты. Но она не нападала, просто сверлила Криса взглядом. Крис отпустил Эша, сделав шаг вперёд, он перекрыл им видимость к нему. — Шрам, да харе глотку из-за него драть, а то будешь курлыкать, как Шепат, — произнес Клык, выходя из темноты. Первое, что сразу бросилось в глаза, это торчащие клыки. Их стало видно еще лучше, стоило Эллиоту заулыбаться. — Так что, Шрампель? Он тебя или ты его? Слова Клыка звучали так липко и гадко, после них появлялось желание блевануть. —  Ух, вот же! Я уверен, Костолом будет шокирован твоей новой выходкой, — с недоброй радостью заявил Клык. — Как думаешь? Простит ли он тебе это? Криса они вывили из себя быстро. Тот уже поддался вперед, но Эш остановил его. — Воу-воу. Шрампель полегче, на своих уже бросаешь. Это ведь и за предательство можно посчитать. — Заткнись, Клык! — раздался голос Шрам. Веселье Клыка ушло, он, морщась, посмотрел на нее. Розали, в свою очередь, не повернулась к нему. Она смотрела не на Криса. Взгляд ее прямиком был направлен на Эша и его перемотанную тряпьем кисть. — Он?! — крикнула она, явно обращаясь не к Эшу. — Этот чертов калека! — Шрам! — Рявкнул Крис. Этого было достаточно, чтоб девушка замолчала. Руки её дрожали, а глаза устремились на Криса. — Прекрати уже истерить, как сопливая девочка, — едко подкалол ее Грин. — Хах, Шрампель прав. Шрам харе истерить, что твоего ненаглядного уже успели поматсать, — влез Клык. «Твоего ненаглядного?» - мысленно повторил Эштон, не сбавляя хватку на ружье. Эш приподнял брови, а после его осенило. Он посмотрел на Шрам. Девушка бесилась не из-за того, что Крис скрывал это от своей банды. Это было для нее личным оскорблением и предательством. Если бы она считала это предательством  банды, Розали бы напала на них, а не застыла от шока. — Просто сдадим их Костолому, он и разберётся, что с ними делать, — предложил Эллиот, смотря на девушку. Крис закипел, его рот раскрылся, но вместо яростного крика прозвучал выстрел. Пуля пролетела мимо Клыка, но тот двинуться не решался. — Следующий будет в голову, но если побежишь, то, возможно, попаду в руку или в ногу, — предупредил Эштон, сжимая двумя руками ружьё и целясь на прямую в Клыка.  — Эш, блять! — сквозь зубы прорычал Крис. Клык самодовольно ухмыльнулся. — Подстрелишь меня, и твоей блятской спокойной жизни придёт ко... — Нет, если убью двоих свидетелей, патронов у меня достаточно. — Перебил его Райт. Крис схватил ружьё и оттянул его в противоположную сторону. Это не удивительно, для многих банда равно семья. И Эш знал, что Крис входит в их число. Шрам сделала несколько шагов вперёд. Она молчала, по её лицу было непонятно, о чем думает девушка, но через секунду она удосужилась выдать свои мысли. — Если победишь меня, то мы ничего не скажем Костолому. — Я не буду с тобой драться, — сразу же ответил Крис. Но её следующий ответ удивил его и Эша. — Я это говорила не тебе, а ему, — Шрам прошипела, указывая на Эштона. — О, да, конечно, — фальшиво улыбнулся Крис. — Пусть однорукий с тобой дерется. Гениально, Шрам, просто пиздец как умно. — Раз ты за него так впрягаешься, значит этот однорукий чего-то  да стоит!​