Воспитательная мера

Господин Чон стоял в кабинете, похожем на сцену из дорамы про мафию. Дорогие панели, золотая парящая над столом лампа и картина тигра на стене — всё буквально кричало: «Я тут босс». Он ходил нервно взад-вперёд, сжимая в пальцах телефон . На экране было это злополучное сообщение, от которого у него волосы на груди встали дыбом: «Папа, я не буду таким, каким хочешь видеть меня ты. Не бейся головой о стену, но мне нравились и буду нравятся парни.» Он даже не нашел в себе сил ответить. Сердце давило к горлу, руки чесались что-то исправить. Тут в голову пришла идея. Безумная. И тогда, в порыве отчаяния, он сделал звонок. — Алло, Ким. Друг мой, как дела? — начал он буднично, услышав знакомый голос на том конце, и продолжил, уже с лёгкой паузой: — Слушай, у тебя сын… нормальный, да? В трубке раздался смех. — Если ты про внешность — то да. А что случилось? — Ким явно заинтересовался. Господин Чон сделал глубокий вдох. Он понимал, что звучит нелепо, но всё равно проговорил: — Ты не мог бы отправить ко мне Тэхёна? У меня тут для него… работёнка. Думаю, он отлично с ней справится. Чонгук мой сейчас занят, не хочу отвлекать его. — Какие проблемы, брат. После обеда будет у тебя, как штык, — ответил Ким с лёгкой ухмылкой. Обменявшись еще парой личных и рабочих фраз, мужчины попрощались. И уже через несколько часов в кабинет вошёл Тэхён — весь с иголочки, уверенный, вежливый. Господин Чон всегда хорошо к нему относился: и за внешность, и за характер, и за то, как люди отзываются — «золотой мальчик». Где бы ни появлялся Тэхён, он оставлял за собой шлейф уважения и симпатии. Да, он подойдёт. Лучше не придумаешь, — думал Чон, усаживаясь за стол. — Тэхён, у меня к тебе просьба… необычная. Даже странная, — начал он осторожно. — Но я надеюсь, ты выслушаешь и не откажешь. — Конечно, дядя Чон. Всё, что нужно — скажите, я сделаю, — спокойно ответил Тэхён. Он уважал этого человека, не забывал, как тот помог их семье в тяжёлые времена. — Ты ведь знаешь моего сына. Чонгука. Пересекались пару раз, да? — Да, вроде бы. Слышал, отличный парень, — кивнул Тэхён. — Мы с женой… очень его любим, — Чон будто споткнулся о слова. — И вот… он пришёл ко мне недавно. Серьёзный, с таким выражением, как будто собирался заявить о женитьбе. А потом… сказал, что ему нравятся парни. Тэхён едва заметно приподнял брови. Услышать такое было неожиданно. Особенно про Чонгука — мужественного, спортивного, харизматичного. Да, он знал его сына, они правда пересекались,но общих друзей у них нет чтобы тесно общаться. — Я не знаю, как сказать это жене, Тэхён. Я не могу с этим смириться. Поэтому я прошу тебя: пообщайся с ним, посиди рядом, направь его, может… покажи ему правильную сторону, — Чон говорил отчаянно, почти с мольбой. — Я в долгу не останусь. Обещаю. Тэхён задумался. Просьба, мягко говоря, странная. Но, видя, в каком состоянии мужчина, просто кивнул. Согласился. — Тэхен взял номер Чонгука у его отца,и сидя в кофейне с Чимином, пытался придумать план. — Ну и как ты собираешься лечить его голубизну? — хмыкнул Пак, потягивая капучино. — Без понятия, — честно ответил Тэхён. — Но надо начинать. Хоть как-то. —задумчиво протянул парень. По словам мистера Чона,Чонгук часто бывал в спортзале. Поэтому на следующий вечер Тэхён уже стоял у дверей элитного фитнес-клуба. И да — не зря. Через пары мгновений он заметил объект его «операции». Чонгук, в спортивных шортах и майке, бежал на дорожке, и выглядел, мягко говоря, эффектно. Внатуре качок, — мысленно отметил Тэхён, не скрывая восхищения. Ким подходит к парню думая «или сейчас, или никогда». — Чонгук? — как оригинально Ким Тэхен. Тот обернулся, окинул его внимательным взглядом: — Мы знакомы? — Я сын господина Кима. Ким Тэхён. — А, точно. Знакомый фейс. Саламчик. Я тебя здесь раньше не замечал,какими судьбами?  — Да вот, решил начать что-то менять в жизни. К удивлению, у них начался завязываться разговор. Они говорили про их семьи. Про себя. Было неожиданно легко. Чонгук оказался открытым, весёлым, и, черт возьми, обаятельным парнем. — Может посидим где нибудь? Тут недалеко бар неплохой. — Погнали. — не возражает парень направляясь в раздевалку. Они пересели в уютное заведение, сделали заказ, смеялись продолжая их разговор. За соседним столиком — симпатичные девушки. Тэхён решает не терять момент. — Глянь на них. Красотки, да? Может, познакомимся? Блондиночка — моя. — с усмешкой выговаривает Ким. Чонгук бросил короткий взгляд. — Я пас. Сам иди. Мне неинтересно. — скучающим голосом говорит парень. Тэхён чуть не поперхнулся. Чонгук так прямо показал то, что ему «похуй». — Импотенция? — решает подшутить. — Просто скучно, — посмеиваясь и пожимая плечами говорит Гук. Ну ёпт… ты всё усложняешь, — мысленно выдохнул Тэхён, и с грустью ставит крест на своей идее. — Так проходит неделя. Парни поняли, что у них довольно много общих интересов, и на этой почве хорошо сдружились. И Тэхён за этой неделю пытался всё — знакомились с девочками, выходил с Чонгуком в прямые эфиры знакомя подписчиц с парнем, подставлял парню даже случайные «рандеву»… Но толку — ноль. Парню было пофиг. Отец Чонгука названивал с одним и тем же вопросом : — Как успехи? А успехов не было. — Сегодня Чонгук позвонил Тэхену с простой, почти будничной идеей — зависнуть у него вечером, порубиться в приставку и выпить пива. И кто, спрашивается, такой Тэхён, чтобы отказываться? Вечер выдался на славу — грохот смеха, дружеский мат, шум пивных банок и яростная борьба за победу в виртуальных боях. Где-то ближе к полуночи Чонгук сдался — откинулся на спинку дивана и выдохнул: — Всё, я сдох. Хочу спать. — Можем завтра продолжить, — усмехнулся Тэхён, и после короткой паузы, как будто решившись: — Слушай, Гук… если не секрет, сколько у тебя было серьёзных отношений? Чонгук не удивился. Он даже ждал этого вопроса. Знал, что рано или поздно новый «приятель» поинтересуется, почему за всю неделю его не впечатлила ни одна из девушек вокруг. Он спокойно повернулся к Тэхёну и, не отводя взгляда, произнёс: — Тэхён, я скажу честно. Не вижу смысла юлить. Мне нравятся парни. И так уже давно. Тэхен внутри себя матерится, ну не хотелось ему, чтобы он признавался, так все усложняется в разы. Но со спокойным видом выдавливает из себя: — Ну, с кем не бывает, мы живем в современном обществе, это уже должно было стать нормой, мог сразу сказать,зачем скрывал? Чонгук искренне поблагодарил Тэхёна за понимание. Внутри у него будто отпустило. Новый друг оказался куда более настоящим, чем он ожидал. — Оставайся у меня сегодня. Уже поздно, да и ты явно не в форме, — предложил Чонгук, слегка улыбнувшись, они правда много выпили. Тэ не дурак, чтобы отказываться от предложения. Он устроился на диване, а Чонгук ушёл в спальню. Ночь. Тишина. А в голове — шум. Тэхён лежал, уставившись в потолок, не в силах уснуть. Мысли метались, как ночной поезд: и долго это продлится? — Следующим вечером у парней был совместный поход в баню. Они сидели, смотрели футбол, расслаблялись. Пиво, жара, шум вентиляции. И всё бы ничего… но когда Чонгук зашёл в парилку, полотенце на его бёдрах чуть сползло. И Тэхён увидел. Всё. Тэхен без стеснения восхищался телом Чонгука. Ахуеть не встать… И с таким телом он реально — с парнями?Он не мог не рассматривать. Не мог не восхищаться. И впервые за всё это время Тэхён подумал:  А вдруг… лечить надо не его? А меня? — Парилка была залита горячим паром, плотным и ленивым. В воздухе витал запах эвкалипта, влажной древесины и пива. Чонгук сидел, раскинувшись на верхней полке, как будто дома на диване, вытирая пот с шеи. На бёдрах — только полотенце, которое подозрительно держалось на честном слове. Его торс блестел, каждая мышца — как вырезанная вручную. Тэхён пытался не пялиться. Но зрение, как назло, никак не хотело переключаться с широких плеч и идеально очерченного пресса. Он сидел напротив, вроде бы сосредоточенный на бутылке пива, но глаза сами собой снова поднимались выше… чуть ниже… и снова вверх. Чонгук это заметил. Конечно заметил. Он сначала просто ухмыльнулся, потом медленно повернулся к нему всем телом. Немного раздвинул колени. Полотенце предательски поехало чуть ниже. И с ленивой, нарочито расслабленной усмешкой проговорил: — Если так интересно, можешь потрогать. Я не против. У Тэхёна будто воздух вышибло. Он не сразу понял, он это услышал или ему уже глючит от жары. Он хмыкнул, стараясь скрыть нервный смешок: — Ты издеваешься? — Ни разу, — Гук облокотился рукой о стену, опуская взгляд на себя, потом снова на Тэхёна. — Ты же полчаса меня сканируешь. Что, думал я не замечу? Или просто ждал, пока я предложу сам? Он говорил это спокойно. Без стеснения. Как будто это обыденный разговор между двумя корешами в сауне. Тэхён опёрся локтем о колено, поправляя полотенце, и наконец взглянул прямо на него: — Я просто думаю, какого хрена у тебя пресс как у модели Calvin Klein, а тебя до сих пор не сняли для рекламы нижнего белья. — Может, потому что обычно на мне его нет, — подмигнул Чонгук. Пауза повисла короткая, но с давлением. Гук приблизился чуть ближе, взгляд острый, прищуренный: — Слушай, если тебе интересно — просто скажи. А не мучайся, как школьник, у которого случился стояк посреди урока. Тэхён фыркнул, но внутри было не до смеха. Потому что Гук явно флиртовал. Откровенно. Нарочно. И от этого у него внутри всё смешивалось: раздражение, возбуждение и лёгкое желание проверить, насколько далеко этот черт реально готов зайти. — Я не школьник, — сухо сказал Тэхён, поставив бутылку на скамью. — Тогда действуй как взрослый, — легко бросил Гук, не отводя взгляда. — Или скажи, что неинтересно. Только честно. В этот момент Тэхён сам не понял, что больше бесит: наглость Чонгука или то, насколько сильно ему действительно интересно. — А если я и правда потрогаю — ты не обосрёшься? Чонгук даже не моргнул. Только усмехнулся. — Ну я ведь сам предложил, хён. Тэхён не думая поднял руку. Осторожно, как будто проверял свою смелость. Его пальцы коснулись живота Чонгука. Горячая кожа, натянутые мышцы под ладонью. Он провёл чуть выше — к груди, к ключице… Пульс бил в ушах, в горле, в самых неподходящих местах. Чонгук не шевелился. Только смотрел. И когда пальцы Тэхёна замерли на границе полотенца, он едва слышно сказал: — Не останавливайся, раз уж начал. Тэхён резко отдёрнул руку, будто обжёгся. Сел обратно, потупив взгляд и глубоко выдыхая. Горячий воздух сауны смешивался с жаром в голове, а внутри него будто кто-то сжал пружину и отпустил — всё гудело. — Всё нормально? — с насмешкой спросил Чонгук, склонив голову набок. Голос звучал лениво, но в глазах плясал дьявольский огонёк. Тэхён не ответил. Он пытался дышать ровно. Не смотреть вниз. Ни в коем случае не смотреть вниз. Но Чонгук уже смотрел. Прямо туда. На плотную выпуклость под полотенцем друга. — Ого, хён, — усмехнулся он, вытирая каплю влаги с шеи. — Не знал, что я настолько возбуждаю. Тэхён мёртвой хваткой вцепился в край лавки. — Да пошёл ты, — пробормотал он, чуть ли не сквозь зубы. — Это… Просто жара. Ничего такого. Чонгук фыркнул: — Ага. Это жара у тебя в штанах встала? Так бы и сказал, что тебе нравлюсь. Тэхён повернулся к нему со злым взглядом, но внутри всё дрожало — от злости ли, от растерянности — не понять. — Не выёбывайся, Чонгук. — Я и не выёбываюсь. Но, если хочешь, — он лениво потянулся, открывая чуть больше пресса, — могу помочь тебе с твоей проблемкой. По-дружески, так сказать. Тэхён сглотнул. В голове пронеслось: что, блядь, происходит? Он чувствовал, как его организм — предательски, бессовестно — уже давно перешёл черту. А разум всё ещё пытался отыграть назад. Только непонятно — зачем? И для кого? — Я… — начал он, не зная, что сказать. — Я не понимаю, какого хуя… — Всё просто, хён, — спокойно выдал Чонгук. — Может, тебе просто нравятся не только девочки. И это не проблема. Проблема — когда ты себе врёшь. Тишина нависла между ними. Тэхён выпрямился и резко откинулся на спинку лавки. Глаза уставились в потолок, где лениво клубился пар. Молчал с минуту, прежде чем выдохнуть сквозь сжатые зубы: — Чёрт… Я жалею, что вообще ввязался в это. Чонгук, не спеша вытирая капли влаги с груди, даже не обернулся. — Что именно? — лениво уточнил он. — Что познакомился со мной или что у тебя встал? Тэхён зло глянул на него, но тут же отвёл взгляд. — Что согласился на эту ебучую просьбу твоего отца. “Помоги вернуть моего сына на путь истинный”, блядь. — Я же не в церковь пошёл. Чонгук усмехнулся. Тихо. Почти победно. — Ну, я-то сразу понял, нахуя ты со мной сблизился. Он развернулся к нему, глядя в упор — взгляд чуть насмешливый, но в нём не было злобы. — Ты думал, что сядешь рядом, включишь гетеро-режим, познакомишь меня с какой-нибудь Тиффани, и я побегу с кольцом? Плохо планировал, хён. Затем Чонгук потянулся ближе, его голос прозвучал рядом, в самое ухо: — Ну, поздравляю. Теперь оба заболели. Чонгук подойдя ближе к парню, медленно, почти лениво, наклонился ближе к шее Тэхёна, позволив губам скользнуть по влажной коже, не торопясь. Плечо, ключица, мочка уха — не торопясь, будто дразня. — Я могу показать тебе, хён, почему ты не должен жалеть о том, что связался со мной. Чонгук резко встает на колени перед парнем,откидывает палатенце на его бедрах и взгляд тут же останавливается на его члене, таком красивом, ровном, и аппетитном. Не долго раздумывая, парень начал, как по классике, ласкать его сначала рукой. Тэхён пять раз потерял дар речи, прежде чем поймал себя на одной простой мысли — останавливать Чонгука совсем не хочется. А Гук принялся сначала вылизать его головку, слизав всю смазку с основания он начал активно посасывать горячую плоть. Несдержанный низкий стон вырвался с губ его хена,и это однозначно именно то , чего он все это время хотел - слышать звуки наслаждения его друга. Рука Тэхена начала насаживать рот Чона на его член. Проникая все глубже,он понял, что уже на пике. Спустя еще пары грубых толчков он излился в рот чону, и достав плоть из его рта, который был полон семени он сел обратно, пытаясь отойти от только что наступившего оргазма.  Пар в бане уже не просто обволакивал — он обжигал. Чонгук всё ещё стоял на коленях перед Тэхёном. Тыльной стороной ладони он медленно стёр с губ остатки спермы, взгляд при этом не отрывая от хёна. В его глазах горел дерзкий огонь — смесь вызова, самодовольства и чего-то ещё… более опасного. — Чего и следовало ожидать, — усмехнулся он, голос звучал хрипло, почти лениво, будто происходящее было слишком предсказуемым.— Ты ведь просто хотел меня, хён. Тэхён прикрыл глаза на пару секунд, в попытке выровнять дыхание. Его взгляд скользнул по Чонгуку — по влажным губам, напряжённым ключицам, по уверенной позе. И он вдруг понял: всё вышло из-под контроля. Всё это время он играл с огнём, надеясь остаться невредимым. Он криво усмехнулся, откинувшись на спинку скамьи, будто признавая поражение самому себе. Пиздец влип.