Восемь секунд

Скэриэл забрался ко мне примерно полчаса назад и сразу успел перетянуть всё внимание на себя. Оливер с Леоном, которые ещё утром пришли поиграть в приставку, были рады появлению друга, но за игрой время шло быстрее, поэтому вскоре нам уже пришлось прощаться. Когда я пошёл проводить их, ещё раз обратил внимание на то, что на улице лил дождь, поэтому на подоконнике, скорее всего, красовалось несколько следов от грязных ботинок. Надо бы не забыть протереть его до утра, чтобы никто вдруг не увидел и не доложил отцу или Гедеону. Не хватало в очередной раз выслушивать тот бред про полукровок, который они пытались вбить мне в голову. Возвращаясь наверх по лестнице, я быстро проскочил мимо Сильвии, наспех пожелав ей спокойной ночи, чтобы попасть в комнату как можно скорее и она не успела меня остановить или, не дай бог, пойти в комнату за мной. Будет довольно проблематично объяснить ей, почему туда нельзя. Но сейчас казалось, что весь план скрыть появление Скэриэла Лоу в доме Хитклифов пойдёт крахом. Как только я хлопнул дверью, меня схватили за руку, притянули к себе, и я не мог ни о чём думать, кроме тёплых губ, что сжимали мои собственные, и желания быть ближе. А сильные руки, что со стороны казались довольно тощими, сейчас прижимали меня к столу, из-за чего пришлось закинуть голову. Мы и так стояли слишком близко. Скэриэл одной рукой упирался в стол, а другой держал меня за талию, давая опору. Я ухватился пальцами за его волосы, стискивая их на затылке, с упоением целуя его снова и снова. За семнадцать лет я не целовал никого, кроме него, если не считать неловких чмоков, когда мы играли в бутылочку. И Скэриэл задрал такую высокую планку своими поцелуями, что казалось, всем, кто будет у меня после (если, конечно, будет), придётся чуть ли не прыгать, чтобы достать до неё. Он умело вертел мной и своим языком у меня во рту, поворачивал голову, то нежно скользя по губам, то легко прикусывая. Я с энтузиазмом старался повторить его действия, но выходило неуклюже. Он аккуратно оторвался от меня, чмокнув перед этим в распухшие красные губы. Я старался отдышаться, никак не в силах закрыть нормально рот, и рассеянно глядел на Скэриэла, который растянул губы в довольной улыбке, словно Чеширский кот, и гладил меня по талии. – Не смотри на меня так, словно я только что сделал сальто прямо перед твоим отцом, – в темноте плохо было видно, на столе горел лишь небольшой светильник, но по голосу всё равно было слышно его улыбку. – Прости, я просто до сих пор не привык, – проговорил я, укладывая голову ему на плечо. Сколько бы мы уже ни целовались, каждый раз это зажигало во мне что-то такое, из-за чего ноги подкашивались, а дышать становилось сложнее. Каждый раз с таким Скэриэлом я ловил на него какую-то странную панику. – Всё в порядке, Готи, – он забрался руками в мои волосы, аккуратно перебирая их, – расслабься. Мои руки сползли с его шеи на плечи, и я обнял Скэриэла, прижавшись ближе. Иногда мне нужно было неоспоримо чувствовать чьё-то присутствие, чтобы заземлиться, и Скэриэл был отличным вариантом сейчас, как, впрочем, и всегда. – Меня никогда так не касались, ты же знаешь, – пробормотал я, уткнувшись ему в плечо. – Как? – он слегка отстранился, чтобы увидеть моё лицо, – так? – Скэриэл прижался губами к моей шее, пуская мурашки, – или, может быть, так? – его пальцы ловко проскользнули под рубашку, оглаживая низ живота. Я почувствовал, как напрягся. Он так прямо и без стыда управлял и смущал меня, что периодически хотелось отвернуться или отвернуть Скэриэла, чтобы он не увидел моих горящих щёк. – Вроде того, – сипло прошептал я, стараясь совладать с голосом. – Значит, тебе никогда не отсасывал человек с пирсингом? Я посчитал это смешным и фыркнул, закатывая глаза. – Да мне в целом никто не... – и пока до меня доходило, Скэр медленно опустился на корточки, продолжая сохранять зрительный контакт, – чёрт возьми, Скэриэл... – мои глаза распахнулись так широко, насколько это было вообще возможно. Пять секунд ушло на то, чтобы осознать, что именно собрался сделать Скэриэл, ещё две – чтобы вспомнить, что дверь не закрыта, одна – чтобы наклониться и сжать его плечо. – Дверь... надо закрыть её, – кое-как собравшись с мыслями, промямлил я, словно мне нужно было заново учиться говорить. Тот посмотрел на меня взглядом, мол, «серьёзно?», а я виновато улыбнулся, пока Скэриэл поднялся на ноги и щёлкнул замком. – Никакого с тобой экстрима, – сказал он, когда вернулся ко мне. – По-твоему, лучше, чтобы, допустим, Гедеон зашёл и увидел, как ты тут... – я резко потерял свою уверенность, смутился и замялся. – Я что? Занимаюсь с тобой тут плотскими утехами? – Скэриэл издевательски улыбнулся, наблюдая за моими румяными щеками. – Именно, – его формулировка звучала безумно нелепо, почти заставив меня скривиться. Я надеялся, что всё случится быстро и тихо, и мы вообще вряд ли будем это обсуждать, но, видимо, у Скэриэла на этот счёт были другие планы. И если честно, они никак не способствовали его совету «расслабиться». Всё, что было между нами до, – быстрая дрочка в ванной и жаркие поцелуи. Конечно, Скэриэл шутил на этот счёт периодически – ну потому что это Скэриэл, – а больше мы ничего не обсуждали. Всё случалось само собой, словно так и было нужно. Мне было неловко от всей этой темы, хотя, конечно, не стоило отрицать, что очень приятно. – Клянусь, что не откушу тебе член, – проговорил он в своей манере, выглядя при этом максимально расслабленно. Я фыркнул, словно мне было всё равно, хотя по спине пробежал холодок от предвкушения. В голове начали появляться не самые святые картинки, заставляя вспыхнуть даже мою шею. Не успел я тряхнуть головой и что-то ещё сказать, как Скэриэл осторожно взял меня за руку и потянул на кровать за собой. Когда я уже оказался лёжа на спине, то в недоумении уставился на него. – У тебя руки дрожат, даю сотку, что колени бы подвели тебя ещё на середине, – он оседлал мои бёдра, склонившись к лицу, – поэтому лучше, если мы обезопасим тебя от падений. Я успел выдохнуть что-то вроде «окей», прежде чем Скэриэл снова поцеловал меня. Мысли окутывал жар, а меня окутывали его вездесущие руки, намеревающиеся облапать каждую часть тела. Я чувствовал горячие пальцы под рубашкой и на шее, в волосах и на животе – он был везде. Скэриэл, не отрываясь от моих губ, начал расстёгивать рубашку. Получалось у него не сразу, так как сам он чаще носил футболки, но всё-таки через полминуты полы рубашки были отброшены в разные стороны, и я приподнялся, чтобы он мог стянуть её до конца. Чувствовать голой кожей мягкое одеяло было намного приятнее, чем сдавливающая горло рубашка, но Скэриэл был ещё полностью одет, и я почувствовал себя немного неловко. – Скажи мне, если что-то пойдёт не так, – сказал он серьёзно, когда оторвался от меня, дождался кивка и припал губами сначала к подбородку и челюсти, а после спустился вниз по шее. Было так приятно, что ощущение разливающегося тепла под кожей стало почти реальным. Скэриэл знал, что делает. Я закрыл глаза, чтобы оставить в мыслях лишь тактильные ощущения и ни на что не отвлекаться, но не отвлекаться стало только сложнее, потому что теперь казалось, что у Скэриэла минимум шесть дополнительных конечностей. Я чувствовал его руки на своём торсе: он почти вылизывал ключицы, пока пальцами сжимал бока, гладил талию и невзначай забирался под пояс штанов. У меня кружилась голова от всего этого. Когда Скэриэл добрался поцелуями до низа живота, я почувствовал, как все органы сжало возбуждение, и открыл глаза, наблюдая за ним из-под ресниц. Он начал стягивать штаны, но притормозил, наклоняя голову в немом вопросе. Я мог лишь быстро кивнуть, не в силах открыть рот, чтобы нормально ответить. Я остался только в боксерах, чувствуя на обнажённом теле жадный взгляд. – Волнуешься? – я не заметил, как Скэр вновь подполз ближе, аккуратно пальцами проведя по щеке, и зарылся руками в волосы. До этого бьющиеся в панике мысли словно по щелчку успокоились, когда я почувствовал поцелуй на виске. – Теперь нет, – я мягко улыбнулся, когда он вновь оказался передо мной. Тот улыбнулся в ответ, и я потянулся к его губам. Этот поцелуй уже вышел менее жгучим и долгим. То, каким мягким и нежным был со мной Скэриэл, заставляло плавиться только под его взглядом. Возможно, я и правда был тепличным цветком, но в таком случае эта теплица принадлежала Скэриэлу, и каждый раз я с нетерпением ждал, пока он придёт поухаживать за мной. Я наслаждался его компанией, его касаниями, поцелуями и даже тем, как он с подразниванием растягивал это «Готи». Между тем Скэриэл оторвался и коротко поцеловал меня в лоб, до того как стянуть трусы и оставить полностью обнажённым. Он восхищённым взглядом оглядел меня с головы до ног, и мне стало не по себе. Захотелось накинуть хотя бы рубашку, которая сейчас валялась возле кровати. Резко я перестал понимать, куда деть руки – две ненужные конечности, которые сейчас просто были пристроены по бокам, как у солдатика, а глаза устремлены в сторону, лишь бы не пересечься взглядами. Лежал как натянутая струна, для полного образа не хватало только натянуть носочки на ногах. По спине и рукам в очередной раз побежали мурашки. – Эй, – он тихо позвал меня, и когда я перевёл взгляд, взял одну мою руку и запустил её себе в волосы, – держи меня здесь и постарайся просто ни о чём не думать, ладно? Я медленно кивнул, а он быстро дотянулся до подушки и подсунул её мне под голову. Я внимательно следил за его действиями, устроившись головой на мягком синтепоне. Скэриэл согнул одну мою ногу в колене и припал к внутренней стороне бедра губами. Живот снова обожгло жаром. Его действия были смущающими, но такими желанными, что я проглотил неловкость, когда он всё-таки коснулся меня. Губы приоткрылись. Скэриэл медленно провёл рукой по всей длине, а после, смотря мне прямо в глаза, коснулся языком кончика, и вот в этот момент я подавился воздухом. Пришлось закусить ребро ладони, чтобы и дальше оставаться незамеченными. Скэриэл прошёлся языком сверху вниз, сжимая моё бедро своей рукой, а после неспешно взял часть в рот. Я почувствовал металлическое украшение, что сильно выделялось на фоне мягкого языка, и всё же прикрыл глаза, утопая в тесноте ощущений. Скэриэл опустился ниже, и я сильнее упёрся ногой в матрас – внутри всё свело. Он покружил языком, пуская по мне новую волну мурашек, накрыл рукой ту часть, где не доставал губами, и начал медленно, но ритмично двигать головой. Одновременно хотелось уйти от этого и чувствовать ещё больше. Я сильнее сжал его волосы, но тут же расслабил ладонь, боясь причинить боль. Я громко и часто дышал, периодически переходя на шипение, когда Скэриэл сильно задевал меня своим пирсингом. Второй рукой он держал мою ногу за голень, не давая прижать её, что очень хотелось сделать, когда он касался слишком чувствительных частей. Я хотел что-то сказать ему и открыл глаза, но это явно было ошибкой. Казалось, я больше никогда не смогу оторвать взгляд от раскрасневшегося лица Скэриэла, волосы которого падали на лицо. Я осторожно убрал пряди со лба, удерживая их на макушке, а он поднял на меня такой взгляд, что я даже растерялся. Сначала показалось, он смотрел просто затуманенно и немного похотливо, но чем дольше мы держали зрительный контакт, тем лучше я начал видеть в его глазах... насмешливость? Чёрт, этот придурок явно наслаждался тем, что довёл меня до такого разбитого состояния. Ему так это льстило, что он выглядел победителем даже в этом положении! Я открыл рот – то ли от возмущения, то ли от удивления, – но не успел ничего сделать, как Скэриэл втянул щёки, создавая вакуум, и я простонал, выгнув спину и закинув голову на пару секунд. Чтобы не добивать себя этим его взглядом, я повернул голову в сторону и зажал рот рукой, дыша через нос и иногда скуля, ведь Скэриэл, видимо, хотел свести меня в могилу, поэтому лишь увеличивал давление и темп движения головой. – Господи, Скэр... – шептал я, словно в бреду, сам не понимая, что хочу донести. Спустя, наверное, полминуты живот наконец свело приятной судорогой. Я поджал пальцы на ногах. Скэриэл опустился почти до конца, и я схватил его второй рукой за волосы и сильно закусил губу, пока меня мелко трясло от удовольствия. Он последний раз провёл языком, и для моего чувствительного тела это оказалось слишком. Я почти протаранил затылком матрас от неожиданности. – Не убейся, – сказал Скэриэл, оставляя поцелуй на коленке. Он подполз ближе, снова нависая сверху, и потянулся к моим губам. Я помедлил лишь секунду и тоже потянулся к нему. Когда наши рты столкнулись, я почувствовал немного солоноватый вкус на языке, но я ощущал себя слишком устало и хорошо, чтобы зациклиться на этом. Скэриэл оторвался и упал рядом под боком, убирая мои волосы с лица аккуратными движениями, провёл костяшками пальцев по скуле – и я вновь таял и нежился под его руками. – Как ты себя чувствуешь? – спросил он, прикоснувшись губами к макушке. Эмоций было так много, в мыслях творился хаос. Сложно было не начать распинаться и описывать в подробностях, что я думаю. В голове крутился его взгляд. Я и сам не знал, что могу испытывать столько разом, но стоило только приоткрыть рот, как я ослаб за секунду и сказал лишь: – Хочу спать, – я усмехнулся, упираясь рукой ему в грудь, и в подтверждение своих слов зевнул, прикрывая рот тыльной стороной ладони. Мы поговорим позже. Я почти почувствовал его улыбку. Он встал с кровати и потушил светильник на столе, погрузив нас в кромешную темноту. – Тогда спи, – он снова завалился рядом, потянулся и накрыл меня одеялом, прижимая к себе. Уже через минуту я сопел ему в шею, чувствуя согревающее тепло по всему телу.                                     *** Проснулся я с ощущением, что мой язык состоял из наждачки, и первым делом поскакал в ванную. На скорую руку приняв душ и почистив зубы, я натянул чистую одежду и, вернувшись в комнату, сразу схватил телефон. Увидев время, я нахмурился и, не веря, выключил и включил его ещё раз, но цифры на дисплее не изменились. Я встал настолько рано, что на мгновение стало даже обидно, что я не доспал свои честно полученные часы. Пока спускался по лестнице, просматривал уведомления. Новости просто смахивал, чат лицея, как всегда, взрывался от сообщений. Я быстро пролистал его и наконец дошёл до чата со Скэриэлом, который уже успел оставить мне несколько сообщений. Скэр: Видел, как из вашего дома уезжает Люмьер Уолдин, кажется, кто-то украл идею наших ночёвок) Именно в этот момент я проходил через прихожую и столкнулся там с Гедеоном. Несколько секунд переводил удивлённый взгляд с экрана на собирающегося брата, и когда он посмотрел на меня в ответ, то вопросительно поднял бровь: – Что? – Ничего, удачи на учёбе, – я покачал головой, свернув в зал и уже строча сообщение в ответ, пропустив мимо ушей со смешком сказанное «спасибо?». Готье: О, я точно не хочу об этом думать...