Отец

Ни для кого не секрет, что Юнги не является биологическим отцом Чонгука. Про это говорили много и по-разному: кто-то восхищался, говоря, что ни каждый альфа способен воспитать чужого ребёнка, кто-то жалел его со словами «бедный мужчина, досталась омега с прицепом», а кто-то и вовсе осуждал, мол, заниматься воспитанием чужих детей и вкладываться в них нормальный альфа уж точно не будет. Конечно Юнги знает об этих разговорах, которые, на удивление, продолжаются до сих пор. К слову, Хосок и Юнги в браке почти пятнадцать лет, Чонгуку в этом году исполнится семнадцать и они живут далеко от эпицентра сплетен уже очень давно.  Как же так вышло и почему Мин не родной отец Гука? Нет, Хосок не нагулял ребёнка, изменяя Мину. Они даже не встречались тогда. Омега строил семью с абсолютно другим альфой, который решил смыться сразу же, как только узнал о беременности Хосока. Просто взял и сбежал. Испугался ли он ответственности или просто не захотел учавствовать в жизни будущего ребёнка, Хосок так и не понял.  Юнги и Хосок дружили с детства. Мин всегда защищал и оберегал омегу, считая это своим долгом как старшего, а Хоби знал, что может прийти к альфе с любой проблемой или вопросом, зная, что ему точно помогут, поддержат и поцелуют в лоб ( по-дружески ). И ещё обязательно обнимут и скажут, что он самый лучший, а другие пусть локти кусают. Юнги особенно часто так говорил, когда младший приходил и жаловался на то, что никто из альф не обращает на него внимания.  Они были просто друзьями. По крайней мере так считал именно Хосок. А альфа был безумно влюблён, но молчал, держа свои чувства под замком.  Однако, когда к нему домой пришёл зарёванный Чон и рассказал, что случилось, Юнги решил действовать. Но сначала дал выплакаться, успокоиться и более-менее прийти в себя. А потом предложил свою помощь. Признался в своих чувствах и поклялся, что сможет стать для ребёнка отцом и что будет любить его как родного. Сказал, что Хосок может переехать в его квартиру. В первую очередь для удобства, всё же это намного лучше однушки в отдалённом районе Сеула. В шаговой доступности есть буквально всё: торговый центр, продуктовые магазины на любой вкус, аптека, большой парк. И омежья консультация недалеко. Хосок был в замешательстве. Не то чтобы Чон считал, что Юнги может быть плохим отцом, нет, даже наоборот. Хосок уверен на все сто процентов, что альфа будет замечательным родителем. Но для своих детей, а не для чужого. А признание в любви окончательно выбило омегу из колеи. К такому жизнь его не готовила.   Хосок попросил время, чтобы подумать. Юнги не торопил, не давил и не заставлял. Предано ждал и надеялся на положительный ответ.  Омега размышлял довольно долго. За этот период Чон посмотрел на Юнги совершенно по-другому. Парень копался в воспоминаниях, связанных с альфой, и вдруг осознал, что иногда Мин позволял себе намного больше, чем обычно и делал то, что, вообще-то, не делают друзья. То обнимал дольше положенного, то ненавязчиво прикасался своими ладонями до тонкой талии Хосока, то целовал в лоб или в щёку при встрече. На все праздники исправно дарил большие букеты любимых красных роз. Юнги вообще не скупился на подарках для друга. К слову, то, что омега находился в отношениях не было для него никаким препятствием.  Уже бывший парень Хосока был не особо рад таким подгонам со стороны Мина, злился и ревновал ужасно. Они из-за этого частенько ругались. Тогда Чон искренне не понимал почему, ведь Юнги для него всего лишь лучший друг, который всегда защищал, защищает и, вероятно, будет защищать. Сейчас же всё понятно. Мин сильно задевал эго Сонхуна — бывшего Хо.  Сонхун и Юнги одного года рождения, но, объективно, Мин к своим 26-и годам добился достаточно многого, не все и к пятидесяти такого достигают. Конечно, ещё есть к чему стремиться, но всё же. Он занимается тем, что по-настоящему приносит удовольствие. Он самостоятельно заработал на всю свою недвижимость. Он помогает своим родителям, не принимая отказов. Он далеко не последний человек в музыкальной индустрии, его уважают и хотят с ним работать. И Сонхун, откровенно говоря, не идёт ни в какое сравнение с Мином. Сонхун, если по-честному, даже не старался достичь чего-нибудь. Он толком не работал, сидел дома, пока Чон работал на нескольких работах, чтобы хватило и за съёмную квартиру заплатить, и продуктов купить. А единственное, чего альфе хотелось, так это отдыхать с друзьями. Сонхуну хватало наглости просить деньги на свои расходы, зная, что омега точно не откажет. И ведь действительно не отказывал, потому что был сильно влюблён. Хосок будто снял свои розовые очки. Целых три года он посвятил Сонхуну, а тот испугался и скинул ответственность за ещё неродившегося ребёнка на плечи омеги. Только сейчас, думая над предложением Юнги, до Хосока дошло: он нравился и, скорее всего, до сих пор нравится Мину. Хосок никогда не смотрел на Юнги как на альфу, на мужчину, на потенциального партнёра. Да, Мин хорош собой, этот факт нельзя отрицать. Лисьи глаза, небольшой ровный нос, в меру пухлые губы, красивая линия нижней челюсти. Светлая, будто фарфоровая кожа, которая ещё сильнее бросается в глаза из-за чёрных, довольно длинных волос. Сам по себе альфа не сильно высокий, даже немного ниже Сонхуна, однако это компенсируется широкими плечами и в целом немаленькой комплекцией (Хосок выше альфы на пару сантиметров, но на фоне Юнги он всё равно выглядит маленьким, будто вдвое меньше). Но Хосок воспринимал Юнги исключительно как друга, как старшего брата. В итоге он согласился на предложение альфы. Всё же Мин Юнги не тот, кто бросает слова на ветер.                                        • • • Понятное дело, Хосок и Юнги не сразу стали крепкой семьёй. Это просто невозможно. Первая неделя совместной жизни была самой неловкой и сложной. В первую очередь для Чона, однако и альфе не было просто.  Юнги сразу выделил Хосоку отдельную комнату, находившуюся достаточно далеко от комнаты альфы. Мин посчитал, что омеге так может быть немного комфортнее. Он же не в каменном веке родился, прекрасно понимает, что Хоби только что вышел из зоны комфорта и сейчас их отношения переживают координатные изменения. Ему нужно время, чтобы привыкнуть к новой обстановке и совместной жизни с человеком, про которого раньше даже не думал как о альфе. Не стоит забывать это. Но ещё больший стресс омега испытал, когда почти все родственники, кроме мамы, стали осуждать его, узнав о случившемся. За то, что не смог удержать возле себя альфу, отца будущего ребёнка, за то, что пришёл к другому мужчине, тем самым демонстрируя свою распущенность и легкодоступность. И никого из них не волновало то, что Мин совсем не чужой человек для него. К тому же тот сам предложил переехать. Хоби тогда столько слёз выплакал. Страшно вспоминать.  Смотря на состояние парня, у Мина сердце разрывалось. Альфе в принципе не нравилось, когда Чон расстраивался, тем более когда плакал. Он очень хотел помочь другу хоть как-нибудь, но как именно не знал. Младший заперся в своей комнате и отказывался выходить. Юнги сильно переживал и просил, чтобы Хосок перестал себя мучать и хотя бы поесть вышел.  Всё разрешилось одним поздним вечером. Юнги только-только лёг в постель, как раздался еле различимый стук, а спустя мгновение дверь в комнату слегка приоткрылась и через небольшую щель можно было разглядеть Хосока.   — Хён.. можно мне лечь к тебе? — совсем тихо спросил Хосок, будто и вовсе не хотел, чтобы Юнги его услышал.  Юнги ничего не сказал, только тепло улыбнулся и откинул одеяло в сторону, похлопывая ладонью рядом с собой, показывая, что совершенно не против. Омега тут же сорвался с места и  буквально запрыгнул на него, крепко  обнимая за шею. Как в старые добрые, когда происходило что-то плохое и омеге хотелось получить поддержку от Мина. Юнги сразу же крепко обнял Хосока, сильнее прижимая к себе и даря такой привычный поцелуй в лоб. Длинные пальцы альфы тихонько массировали кожу головы, успокаивая. В таком положении они пролежали не менее получаса. Мин уже думал, что Хоби уснул, поэтому немного вздрогнул, когда омега начал говорить.   — Юнги-хён.. я и вправду такой ужасный человек? — парень наконец поднял голову и посмотрел в глаза альфе. Только сейчас Мину удалось рассмотреть лицо друга: опухшее, с большими мешками под глазами и бледной кожей. От недельной голодовки омега сильно исхудал, а ему, вообще-то, необходимо правильно питаться, не забывая о будущем малыше.   — Ты чего такое говоришь? — начал возмущаться альфа, но сразу же взял себя в руки: всё-таки перед ним  находится беременный омега, который в сто раз сильнее способен чувствовать чужое настроение. Хосоку сейчас очень нужна поддержка, — Хоби~я, всё будет хорошо, слышишь? — лёгкий неуверенный кивок сквозь наворачивающиеся слёзы, — Я обещаю, клянусь, что сделаю всё возможное, чтобы ты и.. наш ребёнок были в порядке. Я тебя люблю. Понимаешь? Я не могу видеть то, как ты днями и ночами себя изводишь, голодаешь, сидишь в четырёх стенах.. Мне больно видеть тебя таким. — Юнги произносит это на одном дыхании, стараясь быть максимально убедительным, чтобы омега действительно поверил. — Малыш, позволь мне помочь.. Я сделаю всё возможное, чтобы ты не пожалел о своём решении. Хосок смотрит на альфу большущими глазами, держится за руки Юнги, которые покоятся на его щеках, и кивает, быстро-быстро кивает. Конечно, он на все сто процентов верит другу. На глаза снова наворачиваются слёзы, но Юнги тут же стирает мокрые дорожки большими пальцами. Заключает в объятия, крепко прижимая к своей груди.   — Совсем исхудал.. так ведь нельзя, понимаешь? — начал причитать альфа, нарвавшись на выпирающие позвонки через футболку Хосока, — со следующего дня я начинаю бдить и строго контролировать твоё питание. Нужно поберечь себя.   — Хён.. всё хорошо..  — Ага, я вижу! — по-настоящему ругается Юнги, лишь крепче обнимая друга. — Хосок, — мгновенно альфа стал серьёзней, отодвигаясь, и пытался взглянуть Чону в глаза. — ты же уже был в омежьей консультации?   — Нет..? — тихо отвечает омега, осознавая, что вообще забыл об этом. Слишком много на него навалилось в последнее время. — Хён, ты же пойдёшь со мной? Мне так страшно..     Юнги лишь устало вздыхает. Нет, он не будет ругать, по крайней мере сейчас, когда омеге нужна забота и поддержка, когда причитания и нравоучения совсем ни к чему. Конечно он сходит с Хосоком к врачу, всегда будет рядом. Теперь Мин всегда будет рядом. Чону не за что переживать. Альфа действительно сделает всё, чтобы Хоби не пожалел о том, что доверился. Спустя долгие годы омега продолжит благодарить мужчину, говоря, что без него точно не справился бы.                                      • • •     ...Мин Юнги не тот, кто бросает слова на ветер. Мин Юнги сдержал каждое своё слово. Выполнил все свои обещания на ура. Юнги и в правду стал хорошим отцом для ребёнка омеги и он любит его как своего сына. Всё действительно хорошо.        С момента того самого разговора прошло уже около восемнадцати лет. Хосок, по правде говоря, каждый божий день вспоминал, вспоминает и, наверное, продолжит вспоминать те страшные события из своей жизни, хоть и понимает, что сейчас это не имеет смысла. Ему даже  стыдно всё это вспоминать. Как минимум из-за того, что эти постоянные воспоминания из прошлого могут ранить не только его самого, но и Юнги. Они, в конце концов, в браке, в счастливом браке на минуточку, уже целых пятнадцать лет, у них есть общий ребёнок и они любят  друг друга. Хосок тоже любит. Правда, любит как мужчину, как альфу. Чон не знает как и когда именно появились взаимные чувства, но они появились.       Юнги, как и предполагал Хосок, оказался самым понимающим, надежным и заботащимся человеком из тех, кого он когда-либо знал.      Беременность Хосока проходила довольно тяжело: токсикоз, из-за которого омега потерял ещё килограммов пять, сильная боль в спине и пояснице, гормональная перестройка. И чем ближе был день родов, тем сильнее Чон переживал и всё больше и больше боялся, что может умереть во время родов, начитавшись об этом в интернете. На протяжении всего этого Юнги был всегда рядом. Мужчина не пропустил ни одного узи, внимательно слушал врача, интересовался состоянием омеги, всё ли хорошо и не нужно ли проходить дополнительные анализы, и даже что-то записывал, чтобы ничего важного не забыть. Почти с самого начала беременности Юнги настаивал на психологе и спустя какое-те время ему удалось убедить омегу в том, что это самое необходимое для него. На протяжении всего этого сложного периода Мин был рядом с Хосоком. Даже работать стал удалёно, лишь бы не оставлять Чона одного.  Любой каприз Хоби был выполнен в кратчайшие сроки. То в магазин сбегать за чем-то очень странным и не сочетаемым, то  ещё чего-нибудь.  Когда день «икс» был все был же и ближе, Юнги стал размышлять о партнёрских родах. Думал, как заговорить на эту тему с самим Хосоком. На тот момент они ещё не начали встречаться, даже не говорили про это. Мин посчитал, что совсем не время для таких разговоров, омега и так подвергался большому стрессу из-за тяжелой беременности, продолжающихся нападок и осуждений со стороны родственников, и, наверняка, даже не думал об этом. А даже если и думал, то точно бы не признался в этом, отому что и так безумно стеснялся и продолжал настаивать на том, что альфе не нужно и совсем не обязательно его опекать и держаться за него. Говорил, что он с легкостью нашел бы себе нормальную омегу без прицепа. Юнги, конечно, на такие заявления сильно возмущался. В общем разговоров по поводу отношений не было, а про партнерские роды уж тем более.  По правде говоря, омеге было очень страшно остаться в такой момент одному. Без близкого человека, без поддержки. Да, с ним в роддоме будут медсестры, которые точно ему там помогут, и за руку поддержат если что, и успокоят. Это входит в их обязанности, они не могут не помогать. Но это совсем не то, чего хочет омега. Ему хочется так, как у всех. Чтобы с ним в такой щепетильный момент был родной человек. Хочется, чтобы рядом был человек, который бы крепко держал за руку, успокаивал, говоря, что все будет хорошо, хвалил бы, тем самым так же поддерживал. Хочется, чтобы его обволакивал запах родного человека.  Но такое предлагать Мину он не стал бы. Наверняка, альфа не согласился бы. И так буквально опекает его, кормит за свой счёт, по первой просьбе срывается и делает так, как желает омега.  Однако, Юнги сам начал этот разговор. Сказал, что хочет быть с ним до конца беременности, что считает это необходимостью. Тогда омега сильно растрогался. Рыдал в три ручья, говорил, что он не верит в эти слова, мол, не может же быть все так хорошо.  И альфа снова сдержал свое слово и правда участвовал в партнерских родах. Позволял сильно сжимать свою руку, на протяжении всего времени подбадривал, постоянно называл омегу ласковыми прозвищами. И в целом, держался очень стойко. Не просил успокоительных или перерыва для себя. Все время был максимально близко к Чону. Чуть позже, когда все закончилось, акушерки выразили Мину уважение, сказав, что впервые видят такого стойкого альфу на партнерских родах. За их опыт Юнги был буквально единичным случаем, другие отцы вели себя так, будто это они рожают, а не их омеги. Вообще, Мину запомнился этот день очень хорошо. Ему первому дали новорождённого малыша на руки. Малюсенький омега на руках альфы вызвал столько эмоций. До этого дня Юнги ни разу не плакал. Только в раннем детстве, как и все дети. А тут в прямом смысле расплакался, аккуратно держа маленького Чонгука на руках. Хосок тогда, уставший и вымотанный физически и морально, слабо улыбался этой милой картине. Тут он и понял, Юнги-хён будет отличным отцом и даст их сыну столько любви, сколько и родной не всегда может дать. И, вероятно, в этот же момент омега и смог полюбить Мина как альфу.                                  Первое время Юнги запрещал Хосоку сильно напрягаться. Все домашние дела он делал сам: стирал, убирал, готовил, а ночью, когда Чонгук плакал, вставал и шел к нему, говоря омеге ни о чем не переживать и ложиться спать. Ведь беременность это не хухры мухры, и Чону необходимо восстанавливать свой организм. А с ребёнком он успеет ещё время провести.   В общем, все стало налаживаться. И в конечном итоге Юнги и Хосок начали встречаться, а потом, когда Чонгуку стукнуло три года, альфа сделал Хоби предложение. Омега ответил согласием, не думая ни секунды.                                • • • Хосок никогда не думал, что в жизни может быть всё так хорошо. Особенно, когда случился тот самый переломный момент. Сейчас ему тридцать семь, у него самый лучший муж и сын. Все то, о чем он когда-то мечтал у него есть. Мин, ранее Чон, невероятно счастлив. Сейчас омега не может представить свою жизнь, если бы тогда, восемнадцать лет назад, Юнги не предложил переехать к нему и не пообещал помогать. Может, он никогда бы и не посмотрел на альфу, как на партнера. И Чонгуки бы рос без отца, вряд ли он когда-нибудь нашел бы мужчину, принявшего чужого ребёнка.  Чонгук. А ведь изначально омега согласился на предложение Юнги только из-за него. Чтобы малыш рос в полной семье, если так можно было тогда выразиться. Никто не знал, что все сложится лучше, чем предполагалось.  Мысли омеги прервались хлопком во входную дверь.  — Солнце? — в дверном проеме гостиной появляется Юнги, и тепло улыбаясь, подходит к омеге, — как прошёл день? — спрашивает альфа, целуя мужа в щёку.  — Делал дела по дому, чего ещё? — мило улыбается Хосок, разминая затёкшую спину и целую альфу в ответ.  — Солнце! Я же сказал тебе не надрываться! У меня два выходных впереди, завтра бы я все сделал. Побереги свое здоровье! — омега всегда хихикает с причитаний мужа. Он всегда так смешно возмущается.  — Вот именно, что у тебя два выходных! Каждый день горбатишься на работе и ещё дома собираешься горбатиться. А меня отдыхать постоянно заставляешь. И вообще, уже вечер, пора ужинать! Иди мой руки!  И Юнги слушается, хоть совсем и не согласен со словами омеги. Он готов хоть всю жизнь горбатиться, лишь бы Хосок чувствовал себя хорошо и был здоровым.  — Юнги-я? Не знаешь где Чонгуки? Трубку не берёт, засранец! — омега немного переживает, ведь Чонгук не брал трубку очень и очень редко. Только в крайних случаях, когда что-то случалось.  — Ох, солнце, совсем забыл тебе сообщить! — заходя на кухню и садясь на стул, альфа бьет себя по лбу, вспоминаю важную информацию, которой был обязан поделиться с омегой. — Я когда Чонгу до школы отвозил, он предупреждал, что задержится и просил тебе передать. С Чимином собирались гулять, а телефон выронил в машине. Скоро должен вернуться, уже почти шесть вечера. — рассказывает мужчина, смотря на массивные часы ролекс на запястье.  — Хорошо, уже думал случилось что.  — Я дома! — разговор прерывают хлопок двери и звонкий голос Чонгука.  Через мгновение на кухню залетает сам Чонгук, сначала подбегая к папе, целуя того в щеку, а потом подходит к отцу со спины и обнимает.  — Я хотел с вами серьёзно поговорить. — на этот раз тихо говорит юный омега и скромненько садится рядом с Юнги.  — Что-то случилось? Это серьёзно? Нужно с кем-то разобраться? — взволновано спрашивает альфа, начиная переживать за сына.  — Нет-нет! Это не то о чём ты подумал! — сразу же говорит мальчик и продолжает разговор, — я так подумал, отец, я хочу поменять свою фамилию на твою. Изменить «Чон» на «Мин». — сказал Чонгук и тут же посмотрел на отца.  Повисло молчание. Хосок сзади широко улыбается и ждёт реакцию своего альфы.  — Просто.. просто у вас с папой одна фамилия.. а у меня омежья фамилия папы.. — тихо проговаривает омега и опускает взгляд на свои ладошки, которые успели вспотеть.  — Ты уверен? — также тихо спрашивает Юнги, поворачиваясь на сына, не может поверить в сказанное.  — Да! Потому что ты мой отец и я тебя очень люблю! И хочу, чтобы у меня была твоя фамилия!  Этот день можно обвести в календаре красным маркером, как ещё один особенный и ценный день. Второй по счёту. Первый - рождение Чонгука и день, когда альфа впервые взял малыша на руки.  Мин Юнги - сдержанный и серьёзный альфа. Но и у таких мужчин бывают слабости. У Юнги есть только две слабости. Первая-Хосок, его любимая омега. Вторая-Чонгук, любимый и единственный сын. Этим вечером Мин Юнги, сдержанный и серьезный альфа, плакал второй раз в своей жизни. Детство не считается, все дети в маленьком возрасте плачут.  Чонгук, конечно, сначала испугался реакции отца, но подошедший со спины папа, шёпотом сказал, мол, все хорошо, просто у тебя отец сентиментальный. А альфа же, просто опустился головой на стол и плакал.  На следующий же день, они втроём поедут менять Чонгуку фамилию с «Чон» на «Мин».                                    • • •  Юнги сдержал каждое свое слово, данные Хосоку в самом начале их долгого пути. Он смог стать хорошим отцом для сына омеги и Чонгук действительно стал для альфы как родной. Хотя тут и вариантов других не было. И, по авторитетному мнению Хосока, альфа сделал намного больше того, что обещал.  Хосок ни секунды не пожалел, что когда-то, восемнадцать лет назад, сделал именно такой выбор и доверился альфе. Мин стал не только отличным отцом, но и не менее отличным мужем.