Back to friends

«Тише. Слышишь? Он зовёт тебя.»

`°*°`

«Дом Очага» — одна из известнейших сетей детских домов в городе. Он отличается от остальных тем, что берёт любых детей, какие бы особенности они не имели. Единственное условие, чтобы ребёнок не был недееспособным. Дом Очага старается создать приятную атмосферу для жизни детей среди детей для их социализации. Большая общая комната заполнена жизнью. Дети разных возрастов бегают и играются. Три девочки отделились от них, затаившись в углу. Шёпотом они делились секретами друг с другом и слухами, которые услышали недавно. — Вы слышали? Сегодня должны нового подселить. — Прикрывала одной рукой рот девочка семи лет. — Кого? Мальчика или девочку? — с интересом в глазах, спросила девочка помладше. — Не знаю, Тая, слышала разговор воспитателей сегодня на завтраке. — Пожала плечами. — О, Вис, я тоже его слышала, вроде мальчик, — закивала головой третья. — О чём шепчетесь? — неожиданно подкрался к ним мальчик, широко улыбаясь. Он явно был доволен, как смог напугать девочек. — Венти! Так нельзя делать! — кричала на него Тая, вцепившись в руку Вис рядом. — Иди отсюда! Мы о девчачьем! — подключилась Неко. — Тогда я только больше захочу остаться, — ехидно улыбнулся он, падая рядом. — Ну что? Девочки скептично посмотрели на него. Им явно не хотелось делиться своими секретами с мальчиком, поэтому быстро перебрались в другой уголок. — Ой, ну и ладно! В комнате было много детей, с которыми можно было бы поиграть. Мальчик Барбатос Венти живёт здесь с шести лет. Всё воспитатели считают его «странненьким» мальчиком, которому вечно не сидится. Попытав удачу с девочками, он потерпел поражение, поэтому начал искать себе нового друга, с которым можно пообщаться. — Дети, убираем игрушки и собираемся на ужин! — прокричала воспитательница, вставая возле двери на выход. Воспитателей здесь представляют к каждой группе. В группу набирают определённое количество детей с конкретным возрастом. Группы делятся на возраста по три года: от 6 до 9, от 10 до 13, от 14 до 17. Венти быстро раскидал все игрушки по коробкам и подбежал к воспитателю, надеясь найти себе пару в строю. Пока остальные дети продолжали собираться, мимо их комнаты прошла средняя группа. Глаза Венти зацепились за нескольких мальчиков, которые немного отбились от строя. Кажется, им было весело. Дверь в коридор закрыла воспитательница, обращая на себя внимание. — Излишнее любопытство, Венти, — строго, но в то же время мягко сказала она ему. — Мисс Аяка, у меня же будут друзья, когда я буду в старшей группе? — заведя руки за спину, спросил у неё мальчик. — Будут, будут, — уже потеряв внимание к нему, она начала пересчитывать детей по головам. Сосчитав всех, она взяла Венти за руку и повела в коридор, а за ними и вся остальная группа. «И снова с воспитателем…» Длинные коридоры соединяли все комнаты детей воедино. Стены старые и мрачные, с подранными обоями в некоторых местах. Они увешаны картинами с детскими персонажами мультиков. Наконец коридор подходил к концу. Возле столовой стояло 5 раковин, чтобы дети помыли руки перед едой. Подходя к ним, строй быстро расформировался. Ребята начали подбегать к раковинам, стараясь быстрее помыть руки, чтобы оказаться первым на вход в столовую. В столовой пахло варёным мясом. Дети расселись за столы, на которых уже остывала еда. Венти досталось место с теми тремя девочками, которых он успел напугать. «Везёт же сегодня мне…» — подумал Барбатос, садясь рядом с младшей девочкой. Он решил, что просто молчать будет лучшим выходом из ситуации. Кусок варёной говядины и три ложки гречки. Барбатос ненавидит вареное мясо. Он готов съесть всё что угодно, только бы не это. Подавив в себе приступ тошноты, он откусил кусок и начал заедать его хлебом, чтобы не чувствовать вкус. Он всегда делал так понимая, что просто останется голодным, если не съест, что дали. Правила такой жизни усвоены давно. Ешь, что дали, не то останешься голодным до утра. Есть свободное время? Отпросись в душ, вечером не протолкнёшься. Никогда не груби воспитателю — это твой родитель, уважай его. Наказания будут суровы, это Венти тоже проходил… Час коленями на гречке, исправительные работы, лишение чего-то важного для тебя, служба в церкви. Не важно, сколько ребёнку лет, он может пройти всё это. Именно так здесь формируют дисциплину. Достаточно одного наказания, чтобы ребёнок понял, как себя нужно вести. С трудом дожевав последний кусок мяса, он быстро запил его сладким компотом, который смыл весь вкус во рту. Гречку он не успел доесть, слишком много времени потратил на мясо. Пока воспитатели собирали детей у входа, Венти быстро спрятал несколько кусков хлеба к себе в карманы. В летнее время, как сейчас, детей после приёма пищи отправляли во внутренний двор на прогулку. У старших больше возможностей, это Венти заметил уже давно. Они могут спокойно передвигаться по детскому дому без воспитателей или выбирать, где им быть во время обыденных дел. Венти мечтал поскорее попасть в старшую группу, да даже в средней уже даётся больше свободы. На площадке у Венти было своё местечко, в которое он любит ходить. Сам внутренний двор полностью окружён стенами здания, но в месте, где они соединяются есть небольшой проход, заросший кустами. Пока воспитатель не видит, он ускользает к этим кустам, где уже обустраивается его база. Внутри куста довольно много пространства, которое Венти постепенно заполняет. Пришлось поломать немного веток, чтобы было проще перемещаться. Здесь уже прячутся несколько игрушек, которые он стащил из игровой комнаты. Немного хвороста, на котором можно посидеть и его любимая вещь спрятана тоже здесь. Под присыпанной листвой лежит небольшая доска, которую он притащил из той щели между зданиями. Она прячет под собой настоящую газету из «внешнего мира». Он нашёл её когда-то брошенной возле остановки, недалеко от школы. В ней столько интересных статей, которые он готов перечитывать бесконечно! Его любимая про таинственное исчезновение девушки. В голове уже родилось бесконечное количество историй, которые могли бы произойти с пропавшей. А ещё у Венти есть друг. Каждый раз, когда он приходит в своё местечко, он оставляет ему кусочек хлеба на игрушечной тарелке, которая стоит возле входа в щель. Правда ли существует кто-то один, кто забирает кусок хлеба каждый раз, либо его воруют крысы или птицы — ему всё равно. Он просто верит, что с ним дружат. Он общается с ним в мыслях, рассказывая, как прошёл его день. Даже не заметив, как прошло время за витанием в мыслях и перечитыванием газеты, воспитатель начала собирать детей. Аккуратно шагнув из кустов, он направился к горке. Обойдя её, он сделал вид, что гулял там и возвращается. — Ой, Венти, — вдруг спохватилась Аяка, подходя к мальчику. Она немного присела, чтобы быть наравне. — Я забыла тебя предупредить. В твою с Син Цю комнату подселяют нового мальчика. Попробуй подружиться с ним, — она мягко улыбнулась, потрепав Барбатоса по голове. — Аяка, но ведь Син Цю скоро должны забрать… Нас опять двое останется или кого-то ещё подселят? — спросил он, смотря в глаза воспитателю. — Или я вовсе один останусь… — Пока не знаю, кандидатов больше нет, так что, может, останетесь вдвоём. — Взяв ребёнка за руку, она повела группу в здание. «…» Почему-то даже думать сейчас не хотелось. В голове пусто, будто тот самый новенький снова не оправдает ожидания и будет избегать Барбатоса. С пустой головой длинные коридоры промчались быстро. Он только успел запомнить тепло от большой руки мисс Аяки, а ещё её усталый вид. Всё взрослые такие уставшие? От приближающейся двери в его комнату, он успел прийти в себя и осознать, что не рассмотрел стены коридоров. А вдруг пропустил что-то интересное? Что-то, с чем можно придумать новую историю? Аяка довела детей до детского крыла. Здание большое. Оно рассчитано на полноценную жизнь до совершеннолетия, поэтому здесь всё продумано до мелочей. Эту часть дома называют общежитием. В общежитие ведёт коридор, который делится на три пути: путь к младшим, средним и старшим. Далее идут уже комнаты детей. Левые всегда занимают мальчики, а правые девочки. В комнате по три человека, но далеко не всегда они в сборе. Детей здесь часто забирают. Дом Очага пользуется успехом среди молодых семей. Поэтому, обычно, новенькие здесь не задерживаются. Разбежавшись по комнатам, дети начали готовиться ко сну. Аяка стоит у развилки, дожидаясь тех детей, которых нужно отвести в душ. Комната Барбатоса самая последняя поэтому пока он до неё неспешно добирался, мимо уже пробегали дети с полотенцами. «Помоюсь с утра… Сегодня что-то народу много идёт…» Дверь с наклейками бабочек, которые так и спешат отклеиться. Венти прижал несколько наклеек ладонями, надеясь ещё немного полюбоваться ими. Открыв дверь, в глаза ударил тёплый свет. Небольшая комната с двумя кроватями: одна стандартная, на одного человека, вторая двухэтажная. Между кроватями лежит жёлто-зелёный ковёр. У окна стоит письменный стол и высокая тумбочка, внутри которой три полки для каждого человека. В обратной стороне комнаты высокий шкаф. Венти никогда не видел, что хранится на верхних полках. Он просто не может дотянуться, но воспитатели говорили про зимнюю одежду, хотя в голове Венти всегда были мысли о старинных сокровищах. Пройдя вглубь комнаты, он по привычке выключил верхний свет, направляясь к столу. Там стоит настольная лампа, которая создаст более мягкое освещение, приятное глазу. Но чьё-то недовольное «эй!» послышалось со второго этажа кровати. «Точно, новенький!» — очнулся от своих размышлений Барбатос. Он взглянул наверх и встретился с золотыми глазами. — Привет, я Венти, — улыбнулся он ему, протягивая руку. — Я рад. Включи свет обратно. — Угрюмо сказал он. Глаза Барбатоса опустились немного ниже. Этот мальчик был занят чтением, видимо для этого ему и нужен был верхний свет. — Ой, конечно, сейчас, — подбежал он быстро к выключателю, и комнату снова заполнил яркий свет. «Как-то пока скудно… Что ж, попробуем ещё раз.» Вернувшись к кровати, он забрался на свой первый этаж. Возле подушки лежало несколько мягких игрушек. Глазу больше всего приглянулся небольшой белый зайчик. Взяв его, он зацепился за край кровати на втором этаже и, оставаясь ногами на своём, выглянул к новому знакомому. — Что читаешь? — поинтересовался он и получил в ответ недовольный взгляд. — Слушай, Ветер- — Я Венти. — Неважно. — Отмахнулся он. — Я не хочу ни с кем общаться. — Ну… Ладно, но скажи хоть как тебя зовут? — расстроенно отвёл он взгляд. — Сяо. Алатус Сяо. Всё? — быстро сказал он, желая вернуться к книжке. — Да, приятно познакомиться, Сяо. — Венти начал опускаться к себе, быстро поставив игрушку возле чужой подушки. ~ Ночью не спалось. За окном всё время слышались какие-то шорохи, так ещё и Син Цю сопел, не давая сосредоточиться. В темноте всё было по-другому. Предметы кажутся чуть дальше, чем обычно, интересно, почему? Венти не знает, сколько сейчас времени. Даже если бы и знал, ему бы все равно это ничего не дало. Пока для него нет понятия конкретного времени. Есть день и ночь, и разделения на активности. Но за всем этим следит не он, так что и знать пока не нужно. Бессонница всё же заставила его подняться. Ночью воспитатели спят, только ночные охранники могут стоять на постах. Венти уже ни раз сбегал ночью, чтобы погулять по дому. В мягких тапочках не должны слышаться шарканья, поэтому Барбатос удивился, когда, подходя к выходу, услышал, как начал ворочаться Сяо. — Эй, ты куда? — послышался шёпот мальчика сверху. — Мне не спится, — не дал он чёткого ответа и вышел. Тёмные коридоры, освещённые только светом из окна в развилке. Глаза давно привыкли к темноте, поэтому было несложно ориентироваться. Ночью всё другое: глаза видят по-другому, уши слышать острее, нос улавливает больше запахов. В школе Венти узнал, что у человека есть органы чувств и что при отсутствии одного, другие работают лучше, как бы компенсируя. Он проводил подобную параллель с ночью, ведь глаза видят намного хуже, а значит остальные органы чувств работают лучше. По-другому он сейчас это не мог объяснить. Он ощущает каждый свой шаг, слышит любой звук. Как скрипят половицы при каждом движении, как «угукает» птица на улице, как старшие хихикают за стенами. И кажется, что ночь длится вечность. Темнота не кончается, но она не пугает. Сознание может нарисовать страшные образы, но они быстро испаряются, когда в мысли приходит что-то другое. Темнота окутывает, укрывает с головой. В ней комфортно и тепло. Дойдя почти до развилки, сзади послышался тихий скрип двери. Венти обернулся. Это была дверь в его комнату. Маленький силуэт начал быстро направляться к нему навстречу. — Зачем ты ушёл? Хочешь, чтобы наказали? — шёпотом начал ругаться Сяо. — Ты тоже уже ушёл, — ехидно улыбнулся Венти. В темноте это было плохо видно, но он всё же заметил, как искривилось лицо Сяо, то ли от злости, то ли от недовольства. Он надулся как шарик, собираясь возвращаться в комнату, но Венти взял его за руку и потащил за собой. — Пошли, тебе понравится. — Эй, отпусти! А если нас поймают?! — Не-а~ Шумно выдохнув, Сяо смирился и последовал за ним. Венти вывел его из развилки и повёл дальше. Сегодня он хотел дойти до старших раздевалок, там всегда есть что-то интересное. Идя по длинному коридору, он рассматривал всё те же рваные обои и картины. Лунный свет бил сквозь окна, и малейшие неровности создавали тени. Тени складывались в узоры и вот в голове уже складывается красивая сказка. — Что ты всё рассматриваешь, как будто в первый раз видишь? — раздражённо спросил Сяо. — Как же что? Здесь каждый раз можно увидеть что-то новое. Смотри, — он показал на картину с большим белым мишкой. — Днём он такой неприметный, потому что солнце светит тёплым светом, а ночью луна светит холодным. — Он всё ещё неприметный. — Неправда! Посмотри, как он выделяется с фона, как его белая шерсть светится под лунным светом. Красиво же, — Венти посмотрел на стоящего рядом Сяо. — Обычный медведь. — Не выражал никакого интереса Сяо. — А тени. Посмотри, как необычно выглядят стены, покрытые будто трещинами. — Я вижу тени, а не трещины. — Прямо сказал Сяо. — Пошли уже, куда ты там хотел… Я уже жалею, что вышел к тебе. — Хихи, а я вот нет, — улыбнулся Венти, хватая мальчика под руку. Коридор сменился большой комнатой, куда обычно приходят «гости». «Гостями» тут называют людей, пришедших на знакомство или оформление ребёнка. На выходе на улицу сидит охранник за столом. Только его настольная лампа освещала комнату. Сяо сильно напрягся, когда заметил его. — Может не пойдём? — попытался уговорить его Сяо, затаившись вместе с Венти в углу. — Не бойся, он старый, плохо слышит, — успокоил его Венти, но тут же сам напрягся, когда услышал тот самый звук каблуков. — А вот это плохо… — Что пл- — Тихо, тихо! — закрыл ему руками рот Венти, начиная искать, где можно спрятаться. Заметив стол с коробками рядом, он поблагодарил всех, кого только знал. — Давай за мной. — Пригнувшись, начал красться он. Комната, в которой они сейчас были — это центральная комната. Она соединяет все коридоры, ведущие в разные направления. Венти хотел отвести Сяо налево, но с правой стороны послышались шаги, которые может здесь узнать каждый ребёнок. Госпожа Арлекино — директор этого здания и глава сети «Дом Очага». Оказаться наказанным воспитателем, значит оказаться в пометках директора. Если пометок становится много, она лично начинает воспитывать ребёнка. Её методы отличаются жёстким контролем и большой нагрузкой. Никому не пожелаешь однажды оказаться у неё на ковре. Сяо и Венти спрятались за коробками, молясь, чтобы они не понадобились никому прямо сейчас. Венти вытянул одну руку, прижимая Сяо к стене, тем самым пытаясь укрыть его. Он чувствовал, как бьётся чужое сердце и уже начал чувствовать вину, если их поймают, что не отправил Сяо назад. — Генри, с утра приедут продукты в столовую, вот накладная, передай её грузчику, пускай сверится, — строгий голос эхом отдавался в комнате. — Если будут вопросы, обращайтесь к Гань Юй. Понял? — Понял. Сердце Сяо начало стучать ещё быстрее, Венти оглянулся на него. Мальчик уставился на свои ладони с ужасающимся взглядом. — Нет, нет, нет, только не сейчас, не сейчас! — одними губами молился он, прижав ладони к груди. Венти непонимающе смотрел на него, после чего перед его глазами вдруг показалась маленькая вспышка света. Основная часть была за ладонями, но и та, что вышла, была достаточно яркая. Мальчики ужаснулись и взмолились, чтобы этого не заметили. — И убери весь этот мусор, у нас завтра несколько гостей, — сказала она, уходя в тот же коридор, откуда пришла. Сяо шумно выдохнул, отодвигая чужую руку от себя. Его немного трясло, но это быстро прошло. Венти продолжал оценивать обстановку, хоть он и был в небольшом шоке от произошедшего. Кажется Генри не собирался отвлекаться от своих дел сейчас, поэтому есть шанс проскользнуть. Махнув Сяо рукой, он продолжил красться к левому коридору. Успешно. Левый коридор вёл к живому уголку и выходу на внутренний двор. Он был любимым Венти, потому что весь был усажан растениями. Длинные лианы, кустовые цветки и цветы в висячих горшках. Венти представлял, как маленький человек, размером с муравья, пробивается сквозь всю эту зелень, как через джунгли. Добравшись до раздевалки перед выходом на улицу, Венти наконец мог спокойно говорить. Он потянул Сяо в сторону отсека для старших, где сел на скамейку у стены. Перед ними было огромное количество зимних курток, повешенных на вешалки. Обычно здесь встречаются старшие ребята, но, видимо, все взволнованы перед завтрашним днём, поэтому здесь никого нет. А так, сюда не приходят воспитатели или работники, потому что зона считается зимней, а потому и безопасной. Венти потянул Сяо за собой, усаживая его на скамейку рядом. — Ну и что это было? Нас точно спалили! Слышал, что она говорила про мусор? Это наверняка про те коробки! — заговорил Венти. — Я… Я не знаю… Я ещё не разобрался с этим, не понимаю, что это вообще… Я это не контролирую, — голос мальчика начал дрожать. Венти понял, что перегнул. Он ведь даже не знает, сколько ему лет и почему оказался здесь. — Ладно, извини, это всё же моя идея была, привести нас сюда. — Венти начал аккуратно гладить его спину, как это делали воспитатели, когда кто-то плакал. — Всё… Нормально… — отвернулся он от него. — Что ты хотел здесь сделать? — Ой, точно! — вскочил он со скамейки и подошёл к курткам. — Это старшаков, в них точно есть что-то интересное! — Ветер, это же воровство… — Я Венти! — недовольно скривился он. — Сколько раз мне ещё повторить, чтоб ты запомнил? — Сяо улыбнулся, что быстро заставило Барбатоса забыть обиды. — И это не воровство. Тут ни у кого ничего не своруешь, всё общее. Что нашёл, то твоё. — Венти смело залез в чей-то карман, доставая оттуда брелок с божьей коровкой. — Да и я почти всегда возвращаю всё назад. Я же понимаю, что это могут быть важные вещи для кого-то. Смотри, например этот брелок, — Он поднял брелок повыше, а потом вернул его обратно в карман. — Давай, попробуй, это весело. — Ну… — неуверенно протянул он, тихо вставая на пол. Подойдя к чьей-то куртке, он повторил за Венти, залезая в чужой карман. Достав оттуда несколько монет и ластик, он непонимающе уставился на этот набор. — Видимо отличница какая-то, хех, — предположил Венти, забирая монетку из чужих рук. — Давай сыграем на вопрос? Орёл или решка? — Орёл. Звон монеты, подлетающей в воздух. И у него никогда не получилось поймать её, когда та летела назад, а в темноте это сделать ещё сложнее. Монета упала на пол. — Ой, я нащупал, кажется, зажигалку, — сказал Сяо, вороша всё тот же карман. — О, отлично, давай посмотрим, какой стороной упала монетка. — ползая на корточках, Венти пытался найти монетку. — Она сюда укатилась, — маленький огонёк осветил её сторону с числом. — Решка, — расстроенно констатировал Сяо. — Есть, — обрадовался Венти. — Сколько тебе лет? — Семь. — Я тебя старше?! Ого. — искренне удивился Венти. — Мне вот восемь. Но ты не переживай, я тебя буду навещать из средней группы, если ты здесь останешься, — уверенно закивал он головой. «Давно мне так интересно не было с кем-то… Может мы всё же подружимся?.. Но ведь он новенький, а завтра ещё и гостей много будет, эх, заберут, наверняка…» — подумал Барбатос.