Искуситель

Солнечные лучи пробивались сквозь густую листву Тысячелетнего леса, окрашивая землю в золотистые пятна. Лучник Ветра шагал по знакомым тропам, его изумрудные глаза внимательно скользили по деревьям, а рука невольно сжимала тетиву лука. День выдался на удивление тихим, почти обманчиво мирным, пока в воздухе не вспыхнуло знакомое, обжигающее тепло. — О, Винди! — раздался насмешливый, нараспев произнесенный голос. Лучник даже не удостоил его взглядом, лишь сильнее стиснул зубы. Он знал, кто это мог быть. Никто, кроме… Дух Огня приземлился перед ним в вихре искр и пепла. Его пламенные волосы вспыхивали ярче под лесным солнцем, словно живой костер, а бордовые глаза сверкали привычной дерзостью и… вызовом? — Ты опять забыл, что у тебя есть свои владения? — холодно поинтересовался Лучник, не останавливаясь. Он сделал вид, что не замечает присутствия Духа Огня. — Скучно там, — Огненный Хранитель лениво потянулся, разминая плечи и шагая в ногу с лучником. — А тут хоть ты есть. И знаешь, тут гораздо интереснее. Лучник Ветра тяжело вздохнул. Дух Огня всегда был таким — беспечным, наглым, словно мир был создан для его развлечения. И, как обычно, он не собирался оставить его в покое. Эта игра в кошки-мышки продолжалась веками, но сегодня… сегодня в глазах Огня мелькало что-то новое, что-то, заставляющее сердце Лучника биться чаще. — Может, развлечешь меня? — Дух Огня внезапно оказался слишком близко, его пальцы, обжигающе горячие, скользнули по плечу лучника, прожигая ткань туники. — Отстань, — прорычал Лучник, отдергивая плечо. — А если не отстану? — Огненный Хранитель склонил голову набок, ухмылка, полная предвкушения, искривила его губы. Его дыхание опалило щеку Лучника, неся с собой запах дыма и серы. Терпение лучника лопнуло, словно перетянутая тетива. В одно мгновение он развернулся, заставив Духа Огня отступить на шаг. В следующее мгновение Дух Огня был вжат спиной в кору ближайшего дерева, сильные руки Лучника Ветра прижали его с такой силой, что даже самые непокорные языки пламени в его волосах на мгновение дрогнули и померкли. — Хватит, — прорычал лучник. Его голос звучал низко, почти зверино. В нем слышалась угроза, которую Дух Огня никогда раньше не слышал. Они замерли, словно изваяния, высеченные из камня. Время, казалось, остановилось. Была слышна только тяжелая поступь сердца Духа Огня. Лучник Ветра вдруг заметил, как дрожат его ресницы, как губы слегка подрагивают. И – боги, он никогда не видел его таким. Без самоуверенной ухмылки, без маски непробиваемого высокомерия. Просто… уязвимого. Черты лица Духа Огня, всегда казавшиеся резкими и угловатыми, вблизи оказались удивительно мягкими — высокие скулы, чувственные губы, слегка вздернутый нос. Лучник Ветра не осознавал, как наклонился, как его губы коснулись шеи огненного хранителя, обжигая кожу ледяным дыханием. Тот вздрогнул, словно от удара током. — С-стой… — голос Духа Огня дрогнул, словно надтреснутое стекло, но руки Лучника уже скользили по его талии, срывая застежки плаща. Ткань упала на землю, словно сброшенная шкура. — Ты сам этого хотел, — прошептал лучник, ощущая, как тело под ним напряглось, как каждая мышца пришла в боевую готовность. Дух Огня никогда не был с мужчиной. Его тело словно горело от стыда и желания одновременно. Он попытался вырваться, зарыться пальцами в плечи лучника, оттолкнуть его, но хватка Лучника была железной. — Я… не… — его протест растворился в невнятном стоне, когда зубы Лучника впились в его плечо, оставляя мокрый от слюны след на коже. Лучник Ветра не останавливался. Он раздевал его медленно, намеренно медленно, словно снимая слои защиты, словно открывая для себя истинную сущность Духа Огня. Пока перед ним не остался только дрожащий, трепещущий, покорный огонь. Их поза была вызывающей, почти непристойной. Желание, которое они так долго подавляли, вырвалось наружу, подобно лесному пожару. Лес вокруг них затих, словно затаив дыхание. Даже птицы перестали петь, очарованные развернувшейся перед ними сценой. Лучник Ветра отстранился всего на несколько сантиметров, чтобы увидеть лицо Духа Огня. Его глаза, обычно полные пламени и насмешки, сейчас были полны смятения и какой-то мольбы. В этот момент Лучник понял, что ему нужно. Не просто подчинить, не просто взять, а почувствовать его, увидеть его настоящим. Он провел пальцем по линии челюсти Духа Огня, большим пальцем коснулся его губ. — Посмотри на меня, — прошептал он. — По-настоящему. Дух Огня, словно повинуясь невидимой силе, поднял глаза. В их глубине бушевал пожар, отражающий бурю, терзавшую его душу. И тогда Ветер взял Пламя. Не силой, а с нежностью, с осторожностью, словно касаясь крыла бабочки. Их губы встретились в первом, неуверенном поцелуе, который вскоре перерос в неистовый, жадный обмен. Языки сплелись в танце, таком же страстном, как и их вражда.