Зеркальный лабиринт

Я нагнулся, надевая ботинки, и, замерев на секунду, открыл дверь и выбежал на улицу. Холодный воздух ударил в лицо, немного отрезвляя. «Это не стоило того,» — пронеслось в голове. В горле стоял горький привкус сожаления, смешанный с чем-то ещё, более глубоким и неопределенным. Я открыл сайт знакомств, телефон неприятно холодил ладонь. Экран светился, предлагая бесконечный поток лиц и анкет. Ничего не планирую, но напишу: «Пассив. На один раз. Потом прощай». Верно, я убожество, как кричала мать с похмелья, — мысль о матери вызвала неожиданную волну тоски. Я чувствовал себя разбитым, пустым, словно выжатый лимон. Я пытался-пытался (ПЫТАЛСЯ!) не напрягаться, давил пальцы в волосы, но беспокойство лишь усиливалось. Тело сковало напряжение, будто оно само предчувствовало приближающуюся встречу. Не могу двигаться, не хочу. Страшно, что рядом окажется незнакомец. Какой-то урод для моего парня. Человек, которого я возьму на один вечер и забуду. Типа отдых. В будущем я похороню себя на пару месяцев от общества. Это важно сейчас Мысли метались, как мотыльки вокруг яркого пламени. Я отчаянно нуждался в чем-то, что заглушит эту пустоту. Я не смешивал себя с грязью, я тонул в ней. В этом болоте из самобичевания и отчаяния. «Убожество накуренное и алкашное. Думаю не головой, а инстинктами. Жду, жду, жду… Кого-то,» — я чувствовал себя жалкой игрушкой в руках судьбы, брошенной на произвол обстоятельств. Увидел лайк и, не задумываясь, отправил ответный. Это казалось единственным способом хоть как-то заполнить пропасть внутри. «Хочу серьезных отношений… Те, что на один вечер и идите на хуй!» - значилось в анкете случайного парня. — Этот человек — полная противоположность тем, кто ставил мне лайки раньше, — странное чувство надежды, смешанное с цинизмом, пронзило меня. — Прости, Стеша, — усмехнулся я, машинально адаптируя имя с английского С-т-а-к-к-е-й на русский лад - Стеша. Усмешка была горькой и безрадостной. «Сегодня это не имеет значения,» — я пытался убедить себя в этом, но тревога оставалась. «Готов идти?» — написал я первым, чувствуя, как по телу пробегает волна нервного возбуждения, смешанная со страхом. Человек долго печатал. Время тянулось, словно резина. «Жопа,» — я выдохнул, чувствуя, как напряжение достигло предела. — … — три точки. Тишина на экране казалась бесконечной. «Убожество»— пришло сухое сообщение. Слово словно ударило меня по лицу. И ещё пришла: Геолокация. Дворы около хрущевок. Место выглядело неприветливым, запущенным. Судя по гугл-картам не только мне там не были рады, самим жительцам там не место... — Мне это аукнется, — предчувствие чего-то неприятного кольнуло меня и сразу ушло на место желанию и интриге, кого я открою или что мне хотят передать. Похуй, я уже в деле...! Я скинул измазанную в сперме джинсовку на скамейку, оставляя её мусором для прохожих или кладом для .... Нет - мои вещи не имели ценности, я простился с теплом и грязью, чувствуя, как холодный воздух касается обнажённой кожи. «Всё слишком запутано. Банально,» — я чувствовал себя усталым, опустошенным. Шёл по улицам, ехал на такси, пил дешёвое пиво. Мир вокруг казался серым, тусклым, отражая моё внутреннее состояние. «Всё обшарпано, грязно. Я грязный,» — я чувствовал себя ничтожеством, грязью, которую легко смыть. Ждал Стешу. Время тянулось, каждая секунда казалась вечностью. «Мне нужно, чтобы меня взяли нежно, а не просто оттрахали. «Стаккей» — глубокое имя, но не мой стиль. Тошнит. Сил нет,» — я был истощён, морально и физически. Я, конечно, хотел не только секса, но и чего-то большего, чего-то… настоящего. «...Ожидал подарков от городских барыг, а идёт ко мне парень, намного ниже ростом. Не подросток ли? Нет, щетина и грубые черты говорят об обратном. Лет 22–28. Разброс большой, но неважно. Мне интересно, как меня будут брать. Где этот человек найдёт любовь в случайном сексе?» — мысли снова метались, переплетаясь в клубок противоречий. — Я не буду вести себя показательно, — сказал я, глядя на парня, который был ниже, но шире меня в плечах. Голос звучал неуверенно, словно сам не верил в свои слова. — Не волнуйся, получится всё, — ответил Стеша. В его голосе слышалась уверенность, которая немного успокоила. — Что получится на дворе?! — крикнул я, голос был грубоватым, резким. Это немного напугало меня и его... — Пойдём ко мне, тогда уж — сказал он, указывая на первый этаж. — Не волнуйся, я не курю, не пью, — сказал Стеша. — Не желаю о тебе ничего знать. Понял? Ты нужен мне только на сегодня. — Я всегда ....буду надеяться на большее!!! — рассмеялся Стеша. Смех был немного нервным, и это заставило меня насторожиться. — Ушёл, — сказал я, толкнув парня. — Ты сам хотел, — ответил он. — Пойдём поспать? — спросил я. — Потрахаемся, и это будет иметь значение, хотя бы сегодня. Он поцеловал меня. Поцелуй был неожиданно нежным, и это немного сбило его самого с толку. — Стеша… — заговорчески сказал я, вглядываясь в его испуганные глаза. В его взгляде было что-то такое, что заставило моё сердце биться быстрее. «Стеша хочет чего-то серьёзного, а я — только секса,» — я понял это внезапно, и это открытие было одновременно и пугающим, и возбуждающим. — Просто возьми меня, потом разберёмся, — сказал я, позволяя себе утонуть в этом водовороте чувств. Я БЫ ТОЧНО НЕ ЗАПОНИЛ, но меня уже трогали у входа. Руки Стеши, жесткие и немного грубые, проникли под одежду, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности. Это было неожиданно, но и возбуждающе. Запах краски, запах чужого тела, запах собственного страха — все смешалось в единый коктейль, который опьянял и пугал одновременно. Мы, (хотя мне так отчаянно хотелось отстраниться от удовольствия сказать: "они, не мы, не я"), были похожи, да. Эта мысль пронзила меня, вызывая странное чувство притяжения и отторжения. Это пугало, очаровывало, заставляло моё тело напрягаться в предвкушении. Губы Стеши были грубыми, но и нежными одновременно. Они скользили по моему члену, вызывая мурашки по коже. Он прикусывал, притворяясь неопытным, наслаждаясь игрой. Это ощущение власти, власти над своим телом и телом другого человека, было волнующим. Я чувствовал, как Стеша теряет контроль, как моё собственное тело подчиняется другому. Это было прекрасно. Забуду об этом или нет — сейчас это не имело значения. Важно было то, что происходило здесь и сейчас. Перепачканные в краске руки Стеши были неожиданными, но это лишь усиливало возбуждение. Ощущение чужого тела, чужого запаха, чужой энергии, проникающей в меня — это было запрещено и удивительно. Так можно, но это надо любить..Чтобы — Вау, мы в чём-то похожи, — прошептал Стеша, голос был хриплым, от возбуждения. Он вглядывался в прокол на моём члене, прямо на уздечке. То, что служило усилением ощущений... То благодаря чему я вдвойне чувствовал его прикосновения, чувствовал его запах, чувствовал его присутствие. Он сташил с себя футболку перепачканую краской.... Проколотые соски и пупок...у него были видны покраснения вокруг. Он... Это была странная деталь, которая лишь усиливала наше ощущение близости, единения. Мы были похожи не только внешне, но и внутренне. Это было пугающе и одновременно привлекательно. Я предпочёл бы поговорить со Стешей в гомоэротическом контексте, но я его не знал, и сбивать настрой своими фетишами не хотелось, — я хотел насладиться моментом, не задумываясь о мелочах. Я пришёл за сексом, за удовлетворением. Но получил нечто большее. Это было нечто большее, чем просто секс. Я ощутил что-то глубже, что-то более интимное. Стеша трахал меня. Ощущения были невероятными. Я чувствовал, как Стеша подбирает углы, как он готовит моё тело, как он добирается до самых чувствительных точек. Это было божественно. И в один момент у него вышло. Я не мог дышать пару или несколько секунд, а взгляд никак не цеплялся за что-то.Это был не просто оргазм , а нечто большее. Я почувствовал себя обновленным, очищенным. «Что-то слишком лекарственное средство — этот ваш секс,» — я подумал об этом, но сразу же отбросил мысль. Это было важно, но не сейчас. Я стонал, желал впиться в его ключицы, случайно или намеренно касаясь колец на сосках. Это усиливало ощущение близости, взаимопроникновения. Стеша растягивал меня, медленно, аккуратно, но твердо. Его движения были одновременно мягкими и порывистыми. Он чувствовал моё каждое движение, каждое прикосновение, каждой вздох. Я тоже... Я надрачивал себе, не отрывая взгляда от его глаз. Этот зрительный контакт был важным, он утверждал близость, доверие. Я массировал его соски, тянул за кольца. Ощущения накатывали волнами, заставляя его тело вибрировать. Мужчина, постарше, вбивался в меня — и это было великолепно. Это было именно тем, за чем я пришёл. Но получил что-то большее. Искра. Я почувствовал её. Почувствовал, что мой парень станет бывшим, а Стеша — заимеет значение. Значение, выходящее далеко за рамки одного вечера. Он молчал во время всего секса. Тут бы не было места нежным ласкам, тут бы не было места любви. Но тут было всё и страсти было достаточно. Более... ...чем достаточно. Возможно, я даже поверил в то, что что-то может быть. И отключился ...

!!!

«Убожество получил лучший секс в своей жизни и отрубился ...» — я подумал об этом утром, оставаясь в пустой квартире один. Это было как будто мой дом. А вечером я увидел Стешу, вымотанного, но довольного... «Я не имел права страшиться за него, только если бы мы были в каких-то отношениях, тогда.. »— я думал об этом, когда шепнул… — Иное, — сказал я. — Спасибо за "это". Стеша подошёл к мне и спросил: — Что-то большее или ничего? — Всё. Мы не находится в каком-то балансе; в один момент будет всё, в другой — ничего. И пусть в этом смысл отношений. Я готов ждать и жить. А что со Стешей — я узнаю потом. А пока я останусь, пока Стаккей (как же мне не нравится его реальное имя) меня не выпроводит. А может, он и не захочет. Мне остаётся только гадать.