Love among the ruins

Первые лучи солнца пробивались сквозь полупрозрачные шторы небольшой квартиры, окрашивая стены в мягкий золотистый цвет. Минхо медленно открыл глаза, ощущая привычную тяжесть руки Джисона на своей груди. Младший крепко спал, уткнувшись носом в плечо старшего, его дыхание было ровным и спокойным. Темные волосы растрепались за ночь, делая Джисона похожим на маленького котенка. Минхо осторожно повернул голову, чтобы взглянуть на будильник — 6:30. Еще полчаса до подъема. Он позволил себе насладиться этим моментом покоя, мягко поглаживая спину Джисона через тонкую ткань пижамы. Через полчаса зазвенел будильник. Джисон недовольно замычал и попытался зарыться глубже в объятия Минхо, но старший мягко потряс его за плечо. — Джисони, просыпайся. Тебе в школу. — Мммм... еще пять минут, — пробормотал Джисон, не открывая глаз. — Нет, малыш. Вставай, а то опоздаешь. Минхо поцеловал макушку младшего и осторожно высвободился из его объятий. Джисон недовольно нахмурился, но все же открыл глаза, сонно потирая их кулачками. Пока Минхо принимал душ, Джисон нехотя поплелся на кухню готовить завтрак. Аромат жареных яиц и свежего кофе наполнил квартиру, создавая атмосферу домашнего уюта. Минхо вышел из ванной уже одетый в строгий деловой костюм, волосы аккуратно уложены. — Пахнет божественно, — сказал он, обнимая Джисона сзади и целуя в шею. — Обычная яичница, — пожал плечами младший, но улыбнулся от прикосновения. Они сели завтракать. Джисон ковырял вилкой яйцо, явно о чем-то размышляя. Минхо заметил его задумчивое выражение лица. — О чем думаешь? — спросил он, откусывая тост. Джисон поднял на него глаза, в которых читалась решимость. — Минхо, я хочу найти работу. Старший замер с чашкой кофе в руках. — Что? Джисон, мы уже об этом говорили... — Нет, выслушай меня! — перебил его младший, отложив вилку. - Я не хочу больше сидеть на твоей шее. Ты работаешь допоздна, выматываешься, а я что? Просто хожу в школу и трачу твои деньги? — Джисон, прекрати, — Минхо поставил чашку и потянулся к руке младшего. — Ты не сидишь на моей шее. Ты учишься, это твоя работа сейчас. — Какая работа? — фыркнул Джисон, отдергивая руку. — Я просто зубрю учебники! А ты тем временем надрываешься, чтобы обеспечить нас двоих. — Ты в выпускном классе, — терпеливо объяснил Минхо. — Сейчас тебе нужно сосредоточиться на учебе, подготовиться к экзаменам, поступить в университет. У тебя вся жизнь впереди, чтобы работать. — А что, если я не хочу в университет? — выпалил Джисон. — Что, если я хочу уже сейчас быть полезным? Минхо вздохнул и потер переносицу. — Джисони, послушай меня. Образование — это твое будущее. Без него ты не сможешь найти нормальную работу. А я... я справляюсь. Мне не нужна твоя помощь с деньгами. — Не нужна? — голос Джисона стал выше. — Минхо, я вижу, как ты устаешь! Я вижу, как ты считаешь каждую копейку в конце месяца! Я не слепой! — Это временно, — попытался успокоить его Минхо. — Через полгода меня повысят, и... — Через полгода, через год... А что сейчас? — Джисон встал из-за стола. — Я чувствую себя обузой, понимаешь? Мне противно быть иждивенцем! — Ты не иждивенец, — твердо сказал Минхо, тоже поднимаясь. — Ты мой парень, и я забочусь о тебе. Это нормально. — Для тебя нормально, а для меня — нет! — Джисон схватил свой рюкзак. — Я найду работу, Минхо. С твоим разрешением или без него. — Джисон, не делай глупостей... — Глупости? — младший обернулся от двери. — Желание помочь любимому человеку — это глупость? Он хлопнул дверью, оставив Минхо стоять посреди кухни с чашкой остывшего кофе в руках.

***

Джисон шел по улице быстрым шагом, все еще кипя от злости. Слова Минхо крутились в его голове: "сосредоточься на учебе", "ты еще молодой", "это временно". Временно! А пока что старший работает на двух работах, чтобы оплачивать их квартиру, еду, его школьные принадлежности... "Ладно, — подумал Джисон, сжимая лямки рюкзака. — Если он не хочет, чтобы я ему помогал официально, то пусть не знает. Найду работу сам, буду помогать деньгами, а когда он увидит, что я справляюсь и с работой, и с учебой, тогда поймет, что я не маленький ребенок." Проходя мимо уютной кофейни "Sunrise Café", он заметил объявление на витрине: "Ищем сотрудника на неполный рабочий день. Гибкий график. Обращаться к администратору." Сердце Джисона екнуло. Неполный рабочий день — это именно то, что нужно! Можно будет совмещать с учебой. Он посмотрел на часы — до начала уроков еще час. Достаточно времени, чтобы зайти и узнать подробности. Вместо того чтобы свернуть к школе, Джисон решительно толкнул дверь кофейни. Внутри пахло свежемолотым кофе и выпечкой, играла тихая музыка. За стойкой стояла женщина средних лет с добрым лицом. — Добро пожаловать! — поприветствовала она его. — Что будете заказывать? — Здравствуйте, — Джисон подошел ближе. — Я по поводу объявления о работе. Женщина оценивающе посмотрела на него. — А сколько тебе лет, мальчик? — Восемнадцать, — соврал Джисон, стараясь выглядеть увереннее. — И я очень ответственный. Учусь в выпускном классе, но могу работать после уроков и в выходные. — Хм, — женщина задумалась. — Опыт работы есть? — Нет, но я быстро учусь! — Джисон улыбнулся самой обаятельной улыбкой. — Хорошо, тогда если ты свободен, можешь остаться прямо сейчас, — сказала она. — Научишься основам, посмотришь, как все устроено. Что скажешь? — Конечно! — ответил он с энтузиазмом. — Я остаюсь. Весь день он учился готовить кофе, обслуживать клиентов, работать с кассой. Время пролетело незаметно, и Джисон ни разу не пожалел о том, что прогулял школу. Он уже представлял, как вечером положит на стол свою первую зарплату и скажет: "Видишь? Я же говорил, что справлюсь!

***

Тем временем Минхо сидел в офисе и не мог сосредоточиться на работе. Их утренняя ссора не давала ему покоя. Может быть, он действительно был слишком категоричен? Джисон же хотел помочь из благих побуждений... Чем больше он думал об этом, тем больше понимал, что погорячился. Да, он хотел защитить Джисона, обеспечить ему беззаботную молодость, но может быть, таким образом он только оскорблял младшего? Лишал его права на самостоятельность? Минхо потер виски, чувствуя приближение головной боли. Нужно было извиниться. Он не обязательно должен был соглашаться с работой, но мог бы выразиться мягче, объяснить свои опасения, а не рубить с плеча. Достав телефон, он написал Джисону: "Прости за утро. Поговорим дома спокойно. Люблю тебя." Но сообщение не доставилось — видимо, у младшего был урок. К обеду Минхо принял решение. Он подошел к начальнику и попросил отпустить его пораньше — у него были накопленные часы переработки. — Семейные дела? — понимающе спросил начальник. — Что-то вроде того, — кивнул Минхо. По пути домой он зашел в небольшую уютную кофейню, где делали лучшие чизкейки в районе. Джисон обожал их клубничный чизкейк, и Минхо подумал, что это будет хорошим способом начать примирение. Толкнув дверь кофейни, он сразу же услышал знакомый смех. И замер. За стойкой, в фартуке поверх школьной формы, стоял Джисон. Он что-то рассказывал пожилой женщине-клиентке, жестикулируя и улыбаясь той обаятельной улыбкой, которую Минхо так любил. — Джисон? — не поверил своим глазам Минхо. Младший обернулся на звук голоса, и улыбка мгновенно исчезла с его лица. Он побледнел, словно увидел призрака. — М-Минхо? — пролепетал он. — Что ты здесь делаешь? — Я пришел купить тебе чизкейк, — медленно ответил Минхо, его голос звучал странно ровно. — Хотел извиниться за утро. Но теперь я вижу, что это я должен требовать извинений. — Минхо, я могу все объяснить... — Объяснить? — голос старшего стал холодным. — Объяснить, что ты прогулял школу ради работы? Что ты солгал мне? Что делаешь именно то, что я просил не делать? В кофейне стало тихо. Несколько клиентов обернулись на их разговор. — Минхо, пожалуйста, не здесь, — тихо попросил Джисон, чувствуя, как горят щеки от стыда. — Где же тогда? — Минхо шагнул ближе к стойке. — Дома? Где ты снова будешь мне лгать? Госпожа Ким, наблюдавшая за сценой, деликатно подошла к ним. — Может быть, вы хотите поговорить в подсобке? — предложила она мягко. Минхо бросил на нее быстрый взгляд, затем снова посмотрел на Джисона. — Нет, спасибо. Я думаю, мне пора идти. Он развернулся к выходу, но Джисон бросился за ним: — Минхо, подожди! Дай мне объяснить! Но старший уже вышел на улицу, оставив Джисона стоять в дверях кофейни с глазами, полными слез.

***

Стоило Минхо выйти за пределы кофейни, как вдалеке прогремел взрыв — гулкий, оглушающий, поднявший в небо клубы черного дыма. От удара его чуть подбросило, и он едва не потерял равновесие. Воздух заполнили резкие звуки — машины реагировали звоном сигнализации, их пронзительные визги рвались на фоне почти пустой улицы, где мелькали лишь одиночные прохожие, замеревшие в растерянности. Он развернулся и забежал обратно в кофейню, внутри которой царило лишь непонимание происходящего снаружи. Госпожа Ким стояла у входа на кухню, напрягшись и сжимающая руки в нервной борьбе с собой. Посетители в кофейне не сразу осознали серьёзность момента: кто-то удивлённо оглядывался, кто-то перешептывался, пытаясь понять причину взрывов, но истинного ужаса ещё не было. Люди не могли поверить, что спокойный будний день так внезапно обернулся хаосом. Минхо мельком увидел в углу Хана — его лицо было бледным, глаза накрапывали слезами, губы дрожали. Между ними ещё висело непрояснённое напряжение, и Хан явно хотел что-то сказать, найти слова. — Хён, — голос Хана дрожал, будто каждый звук давался с огромным усилием, — прости меня... я просто.. просто хотел помочь.. я.. Минхо молча заставил Хана замолчать, крепко схватив его за плечи и притянув к себе. В то мгновение не было места словам, только сильное, почти болезненное желание защитить. — Не сейчас — прошептал старший на грани слышимости — Всё будет хорошо, малыш. Хан тяжело, словно в преддверии паники, обхватил Минхо за пояс, почти цепляясь за него, будто именно в этом объятии мог найти спасение. И как будто в ответ, улицу снова содрогнул мощный взрыв — металлические конструкции зазвенели, свет мигнул, потом отключился на несколько секунд, заставляя кофейню погрузиться в полумрак. Еще несколько взрывов разнеслись грохотом вдалеке, словно природа сама разражалась гневом, постепенно сжимая кольцо паники. Вскоре раздался вой сирены, заставивший отчаяние, сидевшее глубоко внутри, рваться наружу. Минхо чувствовал, как тревога нарастает с каждой секундой, но крепко держал Джисона, пытаясь сохранить хотя бы в этом маленьком уединённом пространстве чувство безопасности. --- Наступает время, когда привычное рушится, и даже самые сильные люди становятся уязвимы — но вместе они будут бороться за свой мир.