Под покровом ночи

      Гостиная Гриффиндора была освещена только одним светильником, но и этого вполне хватало для единственного человека, находящегося в ней. Гермиона уже несколько часов сидит и ждёт, когда в гостиную войдёт один человек. Книга, с помощью которой она хотела скоротать время, лежит у неё на ногах, уже прочитанная. Ближе к полуночи, или уже после полуночи, картина отодвинулась, и в гостиную вошёл Рон. С видом наевшегося сметаной кота, но когда его взгляд упал на Грейнджер, вид его стал менее радостным.       — Почему не... – начал он, но был прерван своей подругой.       — Где ты был? – прищурившись, спросила она Рона. Он уже было открыл рот, чтобы ответить, но опять был прерван. – И не надо говорить, что дежурил. Я уже в это не поверю!       — Хочешь – верь, хочешь – нет, – пожав плечами, проговорил Уизли, идя к комнатам мальчиков, и, уже почти зайдя за дверь, продолжил, не поворачиваясь: – Дежурить с Малфоем – то ещё удовольствие.       И ушёл, не обращая на подругу внимания. ***       Поттер сидел в библиотеке и, по всей видимости, пытался уговорить домашнюю работу, чтобы она сделалась сама. Но это его занятие было прервано внезапно появившейся Гермионой.       — Гарри, мне нужна твоя помощь. – сказала она, садясь рядом.       — Да, конечно. Что случилось?       — Рон случился! – воскликнула Грейнджер, и уже тише продолжила: – После дежурства стал приходить гораздо позже положенного. Дежурит он с Малфоем. Как бы они друг друга недолюбливали, но не могут же они так долго дежурить?!       — Ладно, я понял. – сказал Гарри и, посмотрев на книги, а после переведя взгляд на подругу, продолжил: – Говори, что от меня нужно? ***       Сегодняшняя ночь была на удивление ясной, поэтому для патруля в коридоре можно было обойтись и без Люмуса. Рон и Драко шли, тихо переговариваясь. Малфой остановился возле одного из окон и, подняв голову, начал всматриваться в ночное небо.       — Родился новый Блэк! – с улыбкой произнёс Драко.       — В смысле? – спросил Уизли, становясь рядом и глядя не на небо, а на рядом стоящего блондина. Драко указал куда-то в небо и, повернув голову к рыжему, сказал:       — Появилась новая звезда, – опустив руку, продолжил, садясь на подоконник. – Матушка говорила, что Блэки верят, что если появилась на небе новая звезда – значит, родился один Блэк.       Уизли посмотрел на небо и, пробормотав что-то похожее на «понятно», перевёл свой взгляд обратно на слизеринца. Опёрся плечом о стенку, нависая над Малфоем. Продолжительное время они провели в тишине. И если Драко всё это время что-то высматривал на ночном небе, то гриффиндорец во время вполне дружелюбного молчания рассматривал человека, сидящего рядом с ним. Белоснежные волосы, которые могут сразу сказать, к какому роду относится человек, носящий их, ведь кроме как Малфоям этот цвет волос не может принадлежать, были завязаны в низкий хвост, волосы слизеринец стал отращивать с курса третьего, и они уже были чуть ниже плеч. Аккуратные уши. Прямой нос. Высокие, слегка пухлые скулы. Тонкие, но такие мягкие губы, которые днём часто кривятся в раздражении и отвращении, а вместе с этим хмурятся такие прекрасные и светлые брови. Обрамлённые белым веером глаза напоминают Уизли утренний туман: такие же таинственные и задумчивые, серьёзные и сосредоточенные, со скрытыми в глубине эмоциями, но почти всегда и для всех надменные. Алебастровая кожа, на которой легко можно увидеть паутинки вен не только на лице, но и по всему телу. Стройное тело с тонкими костями. Всё это безумно нравилось Рону. Прервать эту тишину первым решился Малфой:       — Прекратите лезть к Амбридж, – тихо произнёс он, положив подбородок на колени и переведя взгляд на нависшего над ним парня, продолжил: – Я не спорю, наблюдать за тем, как вы ведёте себя с ней, весело...       — И что же ты предлагаешь? – более жестоко, чем хотел, перебив, спросил Рон. Скрестив руки на груди, он продолжил: – Так же, как и вы, лебезить перед этой Жабой?!       — Это лишь флирт с министерством! – выпрямившись, воскликнул Драко и уже спокойно продолжил: – Амбридж в министерстве имеет не последнее место, да ещё и на особом счету у Фаджа. Ты-то это должен понимать. – поднявшись с подоконника, Малфой оказался довольно близко к собеседнику, и, приподняв голову, продолжил: – И если ты прослушал, то я напомню. В начале года Амбридж натурально хвасталась тем, что ей дали карт-бланш на управление Хогвартсом.       Уизли уже хотел было что-то ответить, но был прерван Драко. Слизеринец взял его руки в свои, подошёл вплотную и, посмотрев в глаза, с нежностью произнёс:       — Ронни, пожалуйста, – переместив свои руки за шею и обняв оную, тем самым немного наклонив Уизли, Драко проговорил уже в губы: – Не лезь к ней.       – Хорошо. – произнёс гриффиндорец, поместив свои руки на талию. Подавшись вперёд, губы Рона и Драко встретились в мягком и нежном поцелуе. Губы слегка касались друг друга, наполняя этот момент теплотой и нежностью.       Когда послышался звук убегающих шагов, Уизли разорвал поцелуй. Оглядевшись по сторонам, он нахмурился, никого не заметив. Посмотрев на Драко, который прижался головой между плечом и шеей гриффиндорца и тихо смеялся, он поднял одну руку и стал гладить того по голове. Немного помолчав и дождавшись, когда тот успокоится, нарушил тишину.       — Думаю, им теперь не нужно говорить, чтобы они не лезли к Жабе. – сказал Рон и отошёл от слизеринца.       — Ты всё же лучше напомни им. – хихикая, произнёс Малфой. Посмотрев в даль коридора, куда побежали нарушители правил, произнёс: – Минус 40 баллов за нахождение вне комнат после отбоя. – посмотрев на гриффиндорца и взяв того за руку, направился дальше по коридору: – Ну а нам ещё дежурить.