Честность хуже наглости.

Шла седьмая неделя нахождения на проекте телеканала «Пятница». После тяжелого дня, полного испытаний, передвижения по разным частям города, уроков от настоятельницы монастыря Аглаи, девушкам предоставили провокационную свободу. Дом в коттеджном посёлке, бассейн, беседка, доступ к местному магазину и личным деньгами- всё это стало катализатором к вечерней неизбежной вакханалии. Покажи волку кости и он уже начнёт хищно облизываться. Домик, пропахший обработанной древесиной и чистотой, завораживал вымотанных участниц, но вместе с тем изумлял схожестью с привычной каждому дачей. - Ты не будешь тут одна спать.- шатко зашла в комнату на втором этаже Зарина, осматриваясь. На одинокой двуспальной кровати разлеглась Аня Горохова, предвкушая, как выспится на мягкой постели этой ночью, ведь пока никто не изъявлял желания подниматься наверх. Возможно, многих пугала духота и жара в помещении, но не Аню. - Не-не-не.- шуточно отозвалась девушка, как бы поддаваясь попыткам подселиться. Зарина смешная и забавная в глазах Гороховой, с ней приятно находиться вместе, есть о чём поговорить, однако желания делить одно спальное место не возникало. Голубцова же, как неожиданно явилась, так и исчезла, присоединяясь к исследованию всех имений вместе с одноклассницами. Не прошло и двух минут, как в комнату заявилась Милас. По-хозяйски она бросила небольшой спортивный рюкзак в угол комнаты. У Ани и Ксюши были довольно неоднозначные отношения: конкуренция, пронизывающая разум каждой с первого дня их знакомства, активно смешивалась со взаимной симпатией, по большей части, основанной на их поведении в коллективе. Двум лидерам разных мнений сложно не конфликтовать, а ещё сложнее не нравиться друг другу. Так и складывалась их дружба, натянутая, больше походящая на тихое противостояние. Не было драк и склок, не было истерик и брани, но оставались, не щадящие даже окружающих, испепеляющие взгляды. Милас и Горохова подолгу могли пялится друг на друга, мимически даже общаться, переглядываться в спорные моменты. В лицо они говорили друг другу исключительно гадости, чаще колкие шутки. За спиной давали себе слабину. Ксюша улыбалась Ане в затылок, находясь позади на очередном испытании, а Аня трепетно отзывалась о своей главной конкурентке, как о «восьмом чуде света». Было в этой неопределённости что-то особенное, не поддающееся типичному объяснению. Невероятная химия, между ними, дающая бурную реакцию, касалась всех в радиусе пары километров. - Я с тобой спать буду.- заявила та, беспардонно плюхнувшись подле Ани. - Со мной уже спит Зоря.- уточнила Горохова, понимая заведомо, что факт незначителен для соперницы. - Чего? Ага, щас!- утвердительно сказала Ксюша, покидая недоумевающую Анну. Милас, что вероятнее всего, точно так же перед фактом поставила и Голубцову, сказав, что та может занять место на первом этаже. Как и оказалось вечером- Зарина без задней мысли согласилась на одноместную кровать под лестницей, не желая спорить с выскочкой. Ксения очень яро и активно манипулирует своим статусом затычки в каждой бочке. После похода в местный захудалый магазин, в котором даже мяса не оказалось, ученицы раздосадованные, но всё же с некоторыми покупками в виде алкогольных напитков, газировки и сосисок, направились в выделенный дом. Один равнодушный к происходящему оператор оставил камеры в нескольких частях двора и спален, обещав их забрать позже- вседозволенность одурманивала девочек. Никакого чужого присутствия, как бывает в основном здании «Школы леди». Нет ни редакторов, ни световиков, ни фокус-группы с монтажёрами и преподавателями. Только девочки, пара уже привычных объективов и пустующие помещения, требующие срочного освоения. Дневной зной стремительно сменился вечерней прохладой. Найдена была колонка, интернет, посуда и мангальная зона. К счастью или сожалению, сосиски уже покоились на общем столе в чуть подгоревшем состоянии, а каждая бутылка Кока-колы разбавлена виски, дабы скрыть от ранее присутствующей съёмочной группы факт распития спиртного. Скрыть, конечно, не получилось, но эффект скрытности вечеринки предавал большего накала. Милас обхаживала со специальным сочком каркасный бассейн, расположенный на заднем дворике, вплотную к беседке, где остальные девушки занимались приготовлением еды и простыми обсуждениями. Несколько захмелевшие Зарина и Аня завели разговор под пристальным наблюдением других. - Мне кажется, что что-то будет сегодня.- невзначай намекает Голубцова на свой недавний разговор с Милас. - Качельки.- отвечает Аня, щёлкая семечки. Анджела с Сашей непонимающе переглянулись. Щёки Горы залились краской от выпитого, пока руки неистово потели от волнения. Ксюша равнодушно чистила бассейн, не обращая внимания ни на кого. Насвистывала под нос песни, периодически что-то обговаривала с Лерой. Злость на Милас заставляла мозг закипать. Ксюша сделала так, что алкоголя даже в газировке избежать не получилось. Ксюша сама не выпивает, хотя все кроме Саши-Насти уже изрядно опьянели. Казалось, последняя капля и Милас рисковала получить по лицу от любимой конкурентки. Последняя капля была, да и не капля, а целое ведро, но за неё Ксения не получила. Горохову раздражали, прямо таки выводили из себя невербальные провокации. Натянутость их отношений не позволяла высказать что-то против них: обратить внимание означало сознаться в собственной глупости и влюблённости. Милас разделась, оставшись в спортивном топе и шортах. Она прыгала сначала с бортика, а затем и с крыши в импровизированный водоём. По её точёному телу медленно скатывалась вода, а прилипшее бельё больше и откровеннее демонстрировало всё то, что только можно было скрыть им до этого. Аня разом опустошила бокал виски, поморщившись. Аня, вопреки тому, что всё время находилась рядом с более близкими по духу девочками, мельком засматривалась на Милас, тогда, когда можно. Исподтишка, невзначай и кротко. Она пыталась так, словно хотела узреть что-то спрятанное от всеобщего внимания, не привлекая к себе интерес. Шпионила, одним словом. Ксюша, после заката, когда камеры уехали вместе с оператором в закат, всё же присоединилась ко всеобщему веселью, разделив с Аней Костиной бутылку тёмного пива. Музыка, дурманящая атмосфера и всеобщая слепость- золотой час для совершения глупости. Шанс не приняла ни Аня, много выпившая и от того отлетающая дальше от реальности, ни Ксюша, очень расслабившаяся под действием маленького количества алкоголя и чувства принадлежности к обществу, ранее отвергавшему её. Саундтрек второго сезона "Пацанок" способствовал поднятию духа и вот абсолютно все подпевали, качались в такт известной песни. Аня и Ксюша как-то по инерции, находясь совсем близко, закинули руки на плечи друг дружке. Рыжая покорно глядела на Милас, с удовольствием поющую с остальными девочками. Она, точно в замедленной съёмке, светилась на фоне первых звёзд краснеющего, как и сама Горохова, небосвода. Ксюша в Аниных глазах сродни Аполлону или Афродите. Никого ни до ни после их первой встречи, Аня не видела. Может и видела, но красивее Ксюши их не считала. Наконец голубые глаза в ответ вонзились в её карие. Ани здесь нет- она далеко, плавает вне своего сознания, решившего, что чмокнуть в щёку соперницу стоит. Милас не подала реакции, кроме нежной улыбки. Миновал пик празднования, когда степень алкогольного опьянения всех учениц позволяла им вести разговоры практически на равных. Прошла и бодрость. Ранний подъём с утра и физический труд дали о себе знать. Те, кто потрезвее, отправились по своим занятым местам. Кто переборщил- оставались в ночной прохладе. Горохова, на душевном подъёме, принесла на первый этаж к Зарине и Костиной праздник. Девочки, явно умерившие свой пыл, не совсем радушно приняли разгорячённую Аню, требующую веселья. - Зоря, иди к нам!- предложила Костина, указывая на трёхместный диван. Зарина лениво потянулась, не в состоянии подняться. - Давайте её к нам придвинем. Прошло с минуту времени, прежде чем Саша и Конор обнаружили, как корпус хрупкой кровати Голубцовой остался на месте, а матрас поехал за Аней, тянущей его. - Блять, ты чё творишь?- в удивлении прикрыла рот рукой Смирнова. Впервые здраво оценивающая ситуацию, она решила, что Горохова никому не даст заснуть. Быстро подорвавшись с места, Саша засеменила по лестнице, пока две Ани и Зарина сетовали на сломанную мебель. С первого этажа слышался чёткий диалог. - Почему ты не идёшь к себе?- задалась вопросом раздобревшая от выпивки Зоря. - Я… Не думаю, что смогу подняться.- увильнула от ответа Аня. В спальне слева на втором этаже, в полумраке и с открытой дверью, ко сну готовилась Милас. - Ксюха, забирай Гору к себе. Она вообще в невминозе.- высказалась в своём фирменном стиле Саша- Настя, сложив руки на груди. Милас на неё с подозрением оглянулась, взбивая подушку. - Я не на приколе, она нам уснуть не даст.- уточнила Саша, в надежде, что такой аргумент подействует. Ксюша молча простояла, посмотрев на одноклассницу. - Я не мамочка, чтобы возиться с ней. Её алкоголизм не моя зона ответственности.-отмахнулась та. Брюнетка чуть ли не умоляюще запричитала. - Ксюша, ну реально умоляю. Хочешь-я её приведу. Просто оставь её у себе. Я спать хочу, а не кровати по кускам собирать. - Она уже сломала что-то?- приподняла бровь Милас. Саша кивнула. - Боже, ребёнок неугомонный... Девушка практически побежала вниз по лестнице, едва не навернувшись по дороге из-за лакированных ступенек. - Гора. На зов Ксюши обернулась не только её соседка по комнате, но и все присутствующие. - Чё? - Спать пошли. - Ещё я тебя не слушала.- рыжеволосая укладывалась между Костиной и Голубцовой, явно не обрадовавшимся такому положению. Зрительно посовещавшись, те поддержали одноклассницу. - Да, Ань, иди наверх. Сане негде спать будет…- как-то неуверенно произнесла Конор, малость выпихивая Горохову. - Ну правда, ещё Лере и Анджеле где-то нужно ложиться. Не будут же они с Ксюшей спать.- закрепила Зарина, не зная, что те уже спят. Горохова выдохнула и поднялась с нагретого ею места. Она злобно окинула взглядом сначала девочек, затем Ксюшу, снизошедшую до неё, а потом и Сашу. - Если я её убью-это на вашей совести. Милас без колебаний под руку взяла Аню и повела в комнату, под негодующие вздохи и разговоры других. Лера, судя по всему, уже храпела с Анджелой в соседнем, через коридор, помещении, больше похожем на бильярдный зал, просто с неожиданно раскладывающимся диваном-книжкой. Едва затащив младшую, Ксюша захлопнула дверь и толкнула Аню вглубь. - Ты чё там за показательное шоу устроила? Зубы прорезались?- задала риторический вопрос Ксения, крепко удерживая чужое запястье. Завтра на этом месте возникнет синяк. - Бесишь ты меня. Ожидаемо, разумно, но будто бы не до конца честно. Милас напряглась. - И что такого? Мы всё время с тобой не были подружками вроде.- переходя на шёпот продолжила она.. - А я может хочу?!- переняла тон собеседницы Аня. - Что хочешь? - С тобой быть. Руки Гороховой, неожиданно для самой Милас, неаккуратно обхватили её щеки. Анины губы, мягкие и бархатные, словно никем ещё не целованные, накрыли Ксюшины грубые. Вкус их первого поцелуя был средним между колой и виски, с завершающей ноткой табака. Это были не те обстоятельства, в которых это должно было произойти, исходя из фантазий каждой. - Стой.- одёрнула одноклассницу Ксюша.- Ты сейчас пьяная, я не хочу пользоваться моментом, чтобы ты потом об этом жалела. Скажи мне это трезвая и тогда поговорим. Карие глаза-бусинки Ани намокли мгновенно от слёз, а улыбка сменилась разочарованием. Она не осмелиться повторить то же, не сможет признаться Ксюше в лицо, будучи трезвой. Алкоголь раскрепощал. - А если потом шанса не будет?- хныкая, произнесла Анна. - Значит такова судьба.- пожала плечами Ксюша, прижимая одноклассницу к себе, в попытке успокоить.- Ну, тише-тише. Они неловко проследовали к заведомо расстеленному спальному месту, Милас усадила Аню на край покрывала, а сама присела перед нею на корточки. - Ты когда готова будешь всё это сказать, скажешь. Пьяные признания я не приму, понимаешь? Расстроенная Горохова, утирающая редкие слезинки, заговорила. В ней всё ещё играл интерес, разгоревшийся у бассейна. - Ты можешь меня взять прямо сейчас.- нервно сглотнула Гора. - Нет, не сейчас. Ты не осознаёшь, что говоришь, а потом будешь жалеть и ненавидеть меня. Плавали, знаем. Ксюша мотала головой. Ей хотелось, очень. До дрожи в коленях, сладости на языке и боли в висках. Она хотела, но всегдашние принципы и честь казались выше чувственного порыва. - Не буду.- сухо отрезала рыжая. - Ты не можешь сейчас ручаться за свои слова. Аня уткнулась носом в Ксюшину макушку, не в силах дальше спорить. Милас медленно приподнялась на ноги. Она присела рядом с соперницей и, как податливый пластилин, уложила голову той себе на колени. Медленно она крутила яркие рыжие локоны на свой палец, пока Анна непонимающе болтала о своих чувствах Ксюше, а потом и вовсе заснула. - Анютка... - Аня Ксюшин порок, с которым расстаться наверное не получиться уже никогда. К утру они переместились в положение объятий: Аня приняла позу эмбриона, пока чужие сильные руки обхватывали её со спины. Разговор не завершён, интима не произошло. Только тень поцелуя, скрытая занавесками и запертым пространством, преследовала их остаток следующего дня.