Всех ненавижу, кроме Ëшки

Краткого трясло от злости, он даже не мог подумать, что это случится. Его заменят на Ëшку. Ненависть к обджектам росла с неистовой скоростью. Он всех ненавидел. Абсолютно. Но не Ëшку. Почему то на него он никогда не злился, Ëшка милый и нежный парень, не хочется портить его своей злостью, Краткий всегда хорошо относился к звездочке, он считал его лучшим другом. — Меня? Меня то? Да я лучшая буква алфавита! Вообще ахуели в край? — Малиновый кричал в пустоту, пока Ëшка смотрел на него, не зная, что делать. У фиолетового было чувство вины, он думал, что виноват в случившемся. Они были одни на поляне, ведь Краткий уже успел уничтожить обджектов, поэтому звёздочка подошёл к Малиновке и с нежностью обнял. Одиннадцатый опешил, злость улетучилась, а щеки приобрели румянец. — Ëшенька, ты чего? Не волнуйся, ты не виноват. Эти суки виноваты, они у меня ещё блять попляшут, — пытаясь скрыть то, что он смущён объятиями от ассистента, он прижал голову Ëшки к своей груди, чтобы фиолетовый не видел его лица, и начал гладить его по голове. — Я не хочу без тебя руководить шоу, я не справлюсь, — Ë прижался сильнее. Й поцеловал его макушку. — Справишься, не беспокойся. Я всегда готов тебе помочь. Они долго обнимались, для Краткого было непривычно так долго физически контактировать с кем то. Он не позволял никому трогать его, кроме Ëшки. Он был особенным. Лучшим другом, хорошим ассистентом, добрым человеком и... Любимым? Да, любимым. Краткий любит Ëшку, он только сейчас это осознал. Покраснев, хотя куда уж больше, он приподнял подбородок фиолетового, и пока тот не успел опомниться, поцеловал. Поцелуй был детский и быстрый, отстранившись, Й и сам не понял, что сделал. Как будто тело само всё сделало. Звёздочка посмотрел в глаза "друга" и слабо улыбнулся, потянувшись за новым поцелуем. Второй поцелуй был длиннее и больше с чувствами. Краткий прикусил губу Ëшки и сразу же облизнул ту часть, где прикусил. Они отстранились, тяжело дыша. Хотелось не отлипать друг от друга. — Мне понравилось, — чётко и кратко сказал одиннадцатый, отведя взгляд из-за смущения. На что Ëшка тихонько засмеялся. И ещё раз поцеловал его. — Мне тоже.