1 часть
21 июня 2025 г., 03:34
Кайл сидел на перроне, кутаясь в серый шарф. Зима на окраинах города приходила тихо — так же, как уходили поезда в 5:42 утра, с несколькими сонными пассажирами и гулким эхом в пустом зале.
— Ты снова здесь, — произнес голос за спиной. Узнаваемый, ровный, с той едва слышной украинской интонацией, которую Кайл научился любить.
Он не оборачивался. Даня подошёл ближе и сел рядом, положив сумку на колени. Тепло его тела чувствовалось даже сквозь несколько слоёв одежды.
— Привычка, — ответил Кайл тихо. — Я не умею спать, когда всё не на своих местах.
— А я думал, ты приходишь сюда потому, что ждёшь.
Он посмотрел на него. Даниил не улыбался, но взгляд у него был мягким —как у того, кто давно уже всё понял, просто не говорил.
— Ждать кого?
— Меня. — Он пожал плечами. — Или самого себя. Я не всегда уверен, кого ты хочешь увидеть.
Молчание между ними повисло тяжёлое, но не угрожающее — как снег, падающий на ветви сосен. Кайл опустил взгляд.
— Я просто... не могу забыть. Ту ночь. Как ты ушёл, не сказав ничего.
— Я боялся. — Даниил тоже смотрел в пол. — Того, что стану для тебя чем-то, что разрушит. Я всегда думал, что для тебя лучше — если ты будешь без меня.
Кайл тихо засмеялся.
— Ты не понял. Я уже был разрушен. А ты — был единственным, кто собирал меня по кусочкам.
Даниил закрыл глаза. Его рука легла поверх Кайловой — осторожно, будто это был хрупкий фарфор, а не человек.
— Тогда дай мне шанс. Снова.
— Сначала скажи правду. Только один раз. Ты когда-нибудь любил меня?
Молчание затянулось. Поезд пришёл и ушёл, громыхая сталью по рельсам. Когда он снова стал слышен, Даниил заговорил:
— Каждый день. Даже тогда, когда ненавидел себя за это.
Кайл посмотрел на него. Его глаза блестели, и не только от фонарей. Секунда — и он прижался лбом к плечу Даниила, выдохнув в ткань пальто:
— Дурак. Зачем ты ждал так долго?
— Потому что надеялся, что ты тоже не забудешь.
И Кайл не забыл. Ни одну деталь. Ни одно прикосновение.
Ночь была холодной. Но на этом перроне, где когда-то произошла их первая встреча, вновь рождалось что-то хрупкое и живое. Тихое — как снег.
