give me a kiss. another one?

             Когда Джисон пришел в этот клуб и прочитал вывеску, он не ожидал чего-то особенного. Лаконичное название «Поцелуй» на английском и вполне ожидаемый логотип раскрытых губ рядом. Но Хенджин нашел себе это место в качестве подработки и сказал, что здесь бывает весело, а Джисону непременно нужно расслабиться.       

***

      — Хватит сидеть за своим компом уже третьи сутки. Вот скажи мне, сколько часов ты уже верстаешь этот дурацкий сайт? — пытаясь хоть как-то отвлечь друга от экрана, он резко замахал руками перед его лицом, но когда и на это Джисон не среагировал, вовсе развернул его за спинку кресло лицом к себе и, сняв его очки, отложил их куда подальше, на другой край стола.       — Джинни, отстань. Я начал в девять утра. Сейчас всего лишь… — парень поискал глазами часы и справившись с расфокусированным зрением, появившимся от долгого залипания в одну точку в экране, разобрался со стрелками на стене — Всего двенадцать! Что ты хочешь? Все в порядке, дай мне закончить.       Друг сочувствующе посмотрел в ответ, вздохнул. Джисон подумал над временем еще раз. Пожевал губу, тоже вздохнул.       — Двенадцать следующего дня, да? — Хенджин кивнул, снова со вздохом указав, что ответ правильный. — Ну и ничего страшного, мне совсем немного осталось закончить. Я сделал уже половину страниц, осталось дописать остальные, добавить анимации и… — его прервали рукой, накрывшей рот.       — Боже, Джисон, нет. Ты видел свои мешки под глазами? Сейчас ты должен поспать, а вечером я отведу тебя в свой клуб. Давно хотел показать тебе это место. Знаешь, мне там нормально платят.       — За голые танцы? — с сомнением приподнял бровь Хан.       — Не голые! Сценический костюм мы можем выбрать сами. Просто иногда… Так проще привлечь внимание в общем. Но вообще, все прилично у нас. А приватные стоят слишком дорого, чтобы какой-нибудь простой извращенец мог себе их позволить. — Хенджин рассказывал убежденно, но вдруг будто вспомнил что-то и задумался, улыбнувшись, закончил: — Но ты можешь.       — Я могу и что? — легкая усмешка коснулась уголка его губ, когда он скрестил руки на груди после этих слов.       — У нас недавно пришел один новенький. Танцует… интересно. Я думаю, тебе понравится. Кажется, вы даже на пересекающихся направлениях в универе. Только я забыл, на каком он. — парень говорил так уверенно, что Джисон даже начал задумываться, почему именно ему это должно прийти по вкусу.       — И что ты хочешь? Мне просто нужно купить парня на ночь? Или как там это у вас?       — У нас нельзя купить парня на ночь. Приватный танец длится минут пять, не больше. Секс и все, что его касается, запрещено. Мы дарим лишь поцелуй. И то, только тем, кто очень понравится.       — Пф, — парень без интереса выдохнул, пытаясь чуть сдуть отросшую челку, — поцелуй и все? Это благотворительность какая-то?       — Придешь и увидишь.       — Я не пойду.       — Пойдешь. Я же поведу. И мне потом чаевых закинь, за то, что привел. — Хенджин заметил, как друг открыл рот, чтобы пошутить. — И не надейся. Не станцую тебе.       — Ну Джинни!

***

      Парень сидел и пил уже третий по счету коктейль. Закатал рукава черной рубашки, когда алкоголь уже расслабил, и расстегнул пару пуговиц. Джинни, проводив его внутрь в, как он сказал, самую интересную часть зала, оставил указания, как оставить ему чаевые в благодарность за спасение здоровья и зрения, убежал в неизвестном направлении. Наверное, готовиться к своему выступлению. Джисон не знал, как здесь точно устроено.       Пока что он сидел и уже довольно скучающе ждал, смотря как выступают новички — о них друг рассказал — для разогрева публики, ждал обещанного. Он уже составил пару планов того, как можно отомстить Хенджину в общаге, за то, что оторвал его от важного задания по практике, между прочим. Может, стоит съесть чужой йогурт или постирать его любимую белую рубашку с черными носками…       Свет приглушили. Теперь софиты направлено освещали лишь пару точек на главной сцене, что до этого момента оставалась темной и пустой. Ждала своего часа. Музыка сменилась на более красивую, легкую. Легкие биты даже не бились об стены, когда достигали углов зала, лишь тихо соскальзывали. Кажется, в песне запела девушка. Джисон в тот момент уже не очень понял. Или не обратил внимания. Его взгляд все же оказался прикован к сцене, как и предсказывал еще недавно надоедливый сосед по комнате.       Первое, что он увидел, — голые стопы. Чуть выше, на лодыжках поблескивали тонкие золотые браслеты. Дальше стройные ноги переходили в сильные бедра. «Подсветка, что, специально так скользит?» — успел подумать завороженный увиденным парень, но тут оказался поражен сильнее, заметив тонкие цепочки и на ляжках. Они чуть сдвигались по коже, украшая явно натренированные бедра, которые будто состояли из идеально упругих мышц и безупречно, но тепло блестящей, чуть загорелой кожи. И тут эти прекрасные бедра задвигались в такт музыке.       Это было просто восхитительно. Джисон смотрел и не мог оторваться. Он еще не увидел парня полностью, но наблюдать то, как двигаются эти идеальные ноги, а бедра делают круги, будто перекатываешь густой сладкий мед ложкой.       Но все вокруг еще больше потеряло смысл, когда на следующем движении парень прогнулся в пояснице так, что почти достал кончиками волос задней части коленей, оголил чуть мягкий, но подтянутый живот, растянув себя полукругом на этой сцене перед толпой, показав еще больше маленьких цепочек, украшавших, кажется, все тело. Они были на талии, красиво обтягивая и показавшиеся тазовые косточки, держась на них, на шее чуть выше груди, затягиваясь сильнее, и, блядский боже, волосы его тоже блестели золотом. Блондинистые волосы переливались и поблескивали в направленном свете ламп не хуже золотых цепей.       Остальной наряд мало оставлял места для воображения, но все же был. Черный кроп-топ с коротким рукавом до плеча и легким вырезом до груди идеально обтягивал грудь и плечи, что при желании можно было разглядеть и чуть приподнятые от трения с тканью соски. Короткие обтягивающие шорты, тоже черные, оканчивающиеся выше середины бедра, не скрывали ни линии задницы, ни контуры паха. Обтягивали, манили, подчеркивали. Но не скрывали. Точно обволакивая прекрасно сложенное тело, стали второй кожей.       Парень тем временем продолжал двигаться уже при полном свете софитов, единственный освещенный в этом темном зале. Это он освещал зал. Он исполнял невообразимые для Джисона движения, выгибался так, будто состоит из воска, лепил из себя то, что хотел. На зал он почти не смотрел, прикрыв покрытые золотыми блестками, и там они, глаза, и полностью отдавшись движениям, чарующей мелодии, что перерастала в более томную.       Танец почти заканчивался, но Джисон просто не мог пошевелиться. Он смотрел, смотрел. Не отрывая глаз смотрел, забыв как моргать. Джинни сказал бы, что так он смотрит только на свой код на экране. Еще немного и открыл бы рот, из которого непременно потекла бы струйка слюны.       Тут музыка начала затихать, и, танцующий, сделав последнее движение всем телом, лег на пол. Хан уже знал, чего хочет.       Парень поднялся со сцены, и уходя, все же заметил пристальный взгляд, что он ощущал на себе все время, пока танцевал. Посмотрел прямо в глаза, облизнул губу и, чуть приподняв в усмешке, скрылся за сценой.       Кажется, парень знал себе цену. Но и Джисон тоже кое-что знал. Чтобы заполучить этого мальчика себе, он согласен на любую цену. Хенджин появился вовремя.       — Ну что, как тебе? — довольно улыбался друг, заметив состояние парня.       — Организуй мне приватный. Я заплачу. — Джисон все еще не мог полностью оторвать взгляд от уже снова пустующей сцены, будто все еще наблюдал за чарующим танцем.       — Значит, я был прав. Пойдем, я провожу тебя к Минхо. — Хенджин встал и потянул Хана за собой, на второй этаж.       — Минхо? — Парень слепо шел за другом, не отойдя до конца от впечатления.       — Да. Я не говорил тебе его имя? Заходи. — Он открыл дверь и быстро завел Джисона внутрь. — Сиди, жди, он придет. Вот тут диван.       — Ага.       — Ну совсем поплыл… — Джинни, захлопнув дверь, ушел.       Джисон успел немного успокоиться и прийти в себя, пока ждал. Пытался обдумать, почему этот парень — Минхо — на него так подействовал. Объяснения не находилось. Может. Все же дело было только в его сексуальном теле.       «Сейчас и проверим», — подумал Джисон, и, наконец расслабившись, сел поудобнее. Минут через пять дверь отворилась. Наряд на нем остался прежний, однако, вошедший парень как-то странно-загадочно улыбался.       — Привет. — Минхо весело поздоровался и сел рядом на диван.       — Эм, привет. Ты… — Джисон запнулся, посмотрел в глаза. Они тоже отдавали золотом. — Это линзы? — Он ткнул пальцем в сторону глаз парня напротив.       — Секрет. Сам догадайся. Может, это я родился весь такой красивый и золотой. — ухмыльнулся Минхо, став похожим на довольного, сытого кота.       — Ты так на кота похож, — Джисон выпалил сразу же то, что подумал. Мысли обращались в слова моментально, сдерживаться не получалось, — Прости, я… не думаю, что говорю. То есть я думаю, то, что говорю, но не успеваю подумать, что это значит. Нет, я знаю, что я говорю, но я… — мягкая маленькая ладонь прервала его, заставив остановиться, после чего большой палец чуть коснулся верхней губы.       — Тише. Я понял. Мне нравится, я люблю котов, — Минхо, убрав руку с чужого лица, продолжал улыбаться, с золотым огоньком интереса в глазах поглядывая на внезапно смутившееся нечто перед ним.       — Правда? Это хорошо. — Хан тоже улыбнулся, неловко почесывая затылок и едва смело.       — Да, у меня есть три кота. Суни, Дуни и Дори. Мои любимцы. — Джисон заметил, насколько более радостным стал собеседник от новой темы. — Ну а ты? Расскажи еще что-нибудь, у тебя не так много времени. Я знаю, сколько это стоит. — Минхо подтянул одну ногу коленом к груди — цепочки чуть звякнули, напомнив о себе, — уперев в нее подбородок, и приготовился внимательно слушать. На лице Джисона выступил румянец при воспоминании о танце, взгляд невольно соскользнул с лица ниже. На тазовую косточку с украшением и гладкую кожу поднятой ноги, из-за чего мышцы натянулись, оголяя свою красоту и скрытую мощь. Минхо заметил, куда обратился взгляд парня.       — Ха, а ты, наверное, думал, что я снова буду танцевать? Прости, нет. В приватной комнате мы сами решаем, танцевать или нет. Обязательства нет. Так что тебе остается довольствоваться тем, что видишь. — парень объяснил, и в конце не сдержавшись, хихикнул.       — Мне нравится. Я бы смотрел и дольше. – Джисон не сдержался и уже потянул руку к украшению на бедре, но прежде, чем коснуться рукой манящей кожи переливающегося украшения, опомнился. — Ой, прости. Можно?       — Хм. Попробуй, — прищурив глаза, он наблюдал за мыслительным процессом на лице парня напротив, даже ногу опустил обратно на пол, открывая больший доступ.       Джисон дотронулся. Сначала перекатил между пальцев маленькие золотые звенья, провел ими по коже. Коснулся пальцами мышц, двигаясь выше, ощущая под пальцами упругость и силу. Кажется, парню немного холодно. Ноги уже прохладные.       — Ты замерз? — спросил Хан, невесомо продолжая поглаживать медовую кожу.       Минхо завороженно следил за тем, как смелеет Джисон. Он трогал все больше, и его не хотелось остановить. Странно.       — Да, знаешь ли, я не сильно-то одет.       — Я заметил, — не договорив, он быстро подтянул ноги парня к себе, схватив за голени, и принялся поглаживать ступни, но теперь уже не столько из собственного интереса, а пытаясь согреть. Вдруг захотелось позаботиться. Почему?       — Хм, — Минхо нахмурился. — Никто так не делал.       — Неприятно? Убрать? — Хан уже поднял руки, чтобы освободить, но был прерван.       — Н-нет, стой! То есть продолжай. Хорошо. Мне приятно. — парень резко выпалил и в небольшом смущении опустил голову, чтобы скрыться. Покрасневшие кончики ушей его выдали.       — Ты мило краснеешь, котенок.       — А? Что? Неправда. Я не краснел. И почему ты… — покраснела еще и шея. Тело как белый открытый лист, и Джисон заполнял его всего красками.       — Понравилось? — он оставил руку, крепко держащую ноги, и потянулся второй к цепочкам на шее и ключицах, посверкивающих от золотого хайлайтера. — Боже мой, где же ты не блестишь, котенок? Ты просто прекрасен. — он провел пальцами по ключицам вдоль, — Красивая, — коснулся шеи, ощутив пульс на уже чуть чаще вздымающейся коже, — Золотая, — дошел до подбородка, ухватившись двумя пальцами, — Кошечка.       Минхо тяжело выдохнул, смотря в глаза напротив. Кажется, теперь и он совсем потерялся в этом. Почему вдруг этот не далее как пять минут назад смущался своих же слов, а сейчас доводил его до этого непонятного состояния бабочек внутри? И бабочки не уйдут, зачаровывающий парень заточил их золотыми цепочками. Он тяжело дышал, ожидая, что последует дальше. Смотрел совсем испуганным котеночным взглядом, загнанным в угол хищником побольше. И он бы даже отдался на съедение.       — Хочешь подарить мне поцелуй, маленький? — Джисон хитро смотрел в глаза, собирая каждую деталь у себя в голове, сохраняя это идеальной лицо себе на сетчатку глаза. Эти глаза с идеальным разрезом, дорисовать стрелки — и станет ну совсем уж кошачьим — прямой нос, тонкие скулы… Идеально пухлые губы. На них остановился, ожидая разрешения.       Минхо потянулся, и Хан уже не стал сдерживаться, сразу же захватив верхнюю губу в свой плен, прикусил пососав, продолжил пробовать дальше. Он целовал медленно, будто ел десерт, откусывая по самому маленькому кусочку раз за разом, чтобы насытиться каждой полученной каплей, узнать каждый уголок и сантиметр. Минхо изнывал и плавился под такой нежностью, он уже поддался.       Опробовав свой новый десерт достаточно, Джисон проникнул дальше, начав захватывать парня всего изнутри, глубоко и влажно целуя, потянул за подбородок, чтобы открыть желанные губы пошире, забраться дальше, насладиться сладостью как следует. Одна из ниточек слюны оборвалась, потянув за собой тонкую струйку изо рта, Джисон пачкал оба лица их общей слюной и наслаждался. Вкусно.       — Котенок такой хороший, такой вкусный, — оторвавшись, чтобы похвалить и следом поймать крошечный стон, переместил ладонь к цепочке на шее, продел пальцы и потянул. Дыхание Минхо сбилось еще сильнее, глаза блестели, будто под кайфом. Он согласен стать десертом, котенком, кем угодно, блять.       Джисон опустил вторую руку к бедру, коснулся. Провел, огладил. В дверь постучали. Блять. В дверном проеме показалась голова Хенджина.       — Слушай. Джисон, Минхо с тобой и так больше положенного, так что… Оу. Вы, я смотрю, э, подружились. — Хенджин удивился, улыбнулся. Со вздохом продолжил: — Но Минхо правда пора. Правилами запрещено находиться…       — Наедине более десяти минут, я знаю, Хенджин, свали. — зло прервал Минхо, чуть хрипящим голосом. — Я закончу и выйду сам. Быстро.       — Ладно, я жду тебя снаружи. Джисон, тебе пора домой. Прощайтесь, ребятки, — Хенджин подмигнул Джисону на прощание и вышел.       — Прости, кажется, мне правда пора, — Минхо неловко отодвинулся, собираясь встать.       — И все? Стой, — Хан схватил за руку отвернувшегося парня, — мы еще увидимся?       — Я… Не знаю. Мне нужно идти. — он уже более решительно направился к выходу, но все еще на нетвердых ногах.       — Оставь свой номер! — но дверь закрылась. — Блять.       Джисон в замешательстве провел руками по лицу, запустив пальцы в волосы, обдумывая произошедшее. Кажется, дело вовсе не только в теле. Парень оказался милым, с ним хотелось провести эти десять минут еще раз и еще, пока он не узнает все о нем. Пусть без поцелуев, без касаний, хотя бы словами через рот поговорить. Но почему он просто ушел?       

***

      Джисон снова безвылазно сидел за компьютером, умудрялся вставать с места всего два раза в день. Один раз за доставкой, второй раз в туалет. Хенджину уже смотреть на это жалко.       — Ну почему ты опять себя убиваешь? Ты же понимаешь, что тебе необязательно столько работать и учиться? Твои родители уже владеют самой успешной айти-компанией в стране. Ты же не из-за денег сидишь здесь страдаешь, а из-за…       — Да, из-за него. Он не оставил номер, ничего не сказал, просто ушел, оставил меня там. Я знаю. Что он тоже что-то почувствовал, я уверен в этом! Но я просто не понимаю. Что тогда не так? Я бы сейчас все деньги со своего счета отдал, чтобы получить от него хотя бы сообщение. Так что отстань от меня, без тебя тошно.       — Хм, хорошо. — Хенджин на удивление быстро согласился, видимо задумав что-то. Но Джисон не задержал на этом внимания. К нему не пристают больше, отлично.       Хенджин же принялся что-то усердно печатать в своем телефоне, хитро улыбаясь, иногда поглядывая на соседа, все еще не отвлекающегося от своего компьютера. Телефон Джисона загорелся, оповестив о новом сообщении. Парень в недоумении нахмурился, не поняв, с чего ему пишут незнакомые номера.       Но удивление его стало в разы больше, когда он прочитал:       

Неизвестный:

      

привет. подаришь поцелуй?

      Парень повернул голову в сторону соседа. – Ты…       — Скидывай деньги, Джисон. Ты должен мне пару миллионов вон. — победно улыбнулся Хенджин.       

Джисон

      

Еще один?