Часть 1
21 июня 2025 г., 06:09
Штат Нью-Джерси
Солидное поместье старого пса по имени Рокки. Июнь, прекрасная пора для детей. 3 месяца счастья и отдыха от безграничных букв и чисел, ручек и карандашей, тетрадей и блокнотов. Рокки не стал исключением. По первому же наступлению июня на него упало грузом три внука: Купер, Лео и Брют. Впрочем, Рокки никогда не был против такой такого лишнего груза.~
Знойный безмятежный день. Старый дворняга Рокки, которого внуки ласково звали Деда Рок, прикрыв глаза умиротворённо качался в кресле качалке. Тень веранды защищала от палящего солнца и вот-вот, и пёс бы задремал прекрасным дневным сном, но внуки внесли свои корректировки в этот план. Один из щенят резко налёг на ножку кресла и счастливый Рокки чуть было пулей не вылетел из своего дневного сна. – Деда Рок! – на Рокки смотрели шесть глаз. Шесть счастливых, полных жизненной радости глаз карамельного цвета смотрели прямо в душу старому дворняге. – Купер? Лео? Брю? – Рокки изначально было трудно запомнить всех, но теперь каждый раз он гордо произносил все три имени, – что-то хотели? – Хотели! – начал было Лео, – вы же тоже раньше были маленьким? – Ну был. – А вы с бабушкой долго знакомы? Это была ваша первая припервая любовь с первого взгляда? – маленькие лапы указали на даму преклонного возраста, которую было видно через окно веранды. Миссис Джонсон старая овчарка, которая заботливо стояла на кухне и с помощью зелёного ранца своего мужа механической рукой мешала суп, который готовила подать на обед. Рокки словно задели за живое. Пробрались в его самые потайные уголки памяти. Разворошили улей воспоминаний. Мысли понесли сознание Рокки далеко в прошлое.Бухта приключений
Жаркий солнечный день. Первые лучи света обнимали крыши города. Ещё совсем рано, но солнце уже ярко освещало весь город и охотно пригревало шерстку щенят. Башня патруля пустовала, все щенки лежали под спасительной тёмной тенью. Райдера сидел на замшелом мхом бревне, в присутствии Райдера, который сидел на замшелом малахитовым мхом бревне. Все лежали довольно спокойно, только Зума был не на месте. Он словно пчёлка над цветами ходил вокруг друзей и особенно вокруг Рокки. – Может прогуляемся? – спросил шоколадный лабрадор, вопросительно свесив голову над Рокки. – В такую жару? Я вспотею, и ты заставишь меня мыться! Ты только этого и ждёшь! – лабрадор нервно фыркнул и нагнувшись к другу боднул его носом и ухо. На Зуму, сколько себя помнил Рокки, это было мало похоже. Именно поэтому дворняга встал и вопросительно посмотрел на друга. На лучшего друга. Лабрадор поменялся в лице и радостно завилял хвостом. – Пошли… За город! – Даже так? Даже не поедем? – Не поедем! В конце концов, отпросившись у Райдера, друзья пошли в маленькое путешествие по окраинам Бухты Приключений. Зума бежал на два шага быстрее и периодически оглядывался на Рокки. Непонятная тишина и умиротворение настойчиво висело в воздухе. Ребята поднялись на самую высокую гору. С неё было видно все красоты Бухты приключений и её близлежащей природы. По правую сторону – весь город встал как на ладони. Прекрасно было видно величественную мэрию, башню Щенячьего Патруля, водонапорную башню. По городу словно маленькие муравьи бегали люди, ездили машины. Городишко соединял исполинских размеров синий мост, растянувшийся над лазурными водами бухты, по которым скользили белые парусники. По левую сторону – вся природа, тихо скрывавшаяся от шума города за огромной горой, природные богатства Бухты Приключений. Бескрайние изумрудные поля, усеянные полевыми цветами, расставленные в шахматном порядке стоги сена, переливающиеся янтарным цветом, поля подсолнухов. Самый летний цветок, который только могла придумать природа. Ветер приятно обдувал морды довольных щенят. Вот они стоят на этой горе. Герои города. Впереди ещё два месяца лета. Прекрасные июльские дни и августовские вечера. Ещё вся жизнь впереди и не одно лето. Два щенка не переставая смотрят вдаль. Никто не решается перебить тишину. Они на ладони перед этим миром – два верных друга. – Зума, раз такой момен… – дворнягу неожиданно перебил Зума – А давай, – глаза лабрадора подозрительно хитро сощурились, – на перегонки до подсолнухов! – щенок, выкидывая из-под лап куски травы, побежал по склону горы прямо к полю подсолнухов. Делать было нечего. Недовольно закатив глаза и поднабрав азарта, Рокки устремился нагонять товарища. Однако друзья не учли, что склон горы слишком уж крут. Лапы попросту перестали успевать и через одно мгновение два щенка приняв форму клубка катились в поле подсолнухов. Зума залетел в поле первым и упав на спину стал ждать друга. Рокки потребовалось буквально половина секунды и вот он уже в поле, упал прямо на товарища. Две крепкие щенячьи груди столкнулись друг с другом. Два карих глаза дворняги столкнулись тет-а-тет с туманно-жёлтыми глазами лабрадора. Такими загадочными и интересными. Рокки был готов вечно в них вглядываться и искать что-то новое. Жёлто-зелёная радужка переливалась, словно белое вино в бокале, слово колоситься в поле рожь, словно последний осенний листочек, плавно летящий к земле. В тишине колотились два сердечка, две ноздри жадно хватали воздух. Между двумя носами был от силы сантиметр и Рокки решительно его сократил. Два щенка зажмурились, словно от стыда, и слились в единое. В один поцелуй. Время застыло на месте. Хотелось, чтобы эти секунды никогда не заканчивались. В эти секунды они пытались вместить всё, что не было сказано на протяжении долгих лет. Вся недосказанность, все переживания, всё позади. Рокки оторвался от лабрадора и рухнул рядом на спину. По стеклянному небу плыли тяжёлые облака. Ветер шевелил подсолнухи, казалось, что они разговаривают с ребятами, казалось, что они живые. Пчёлы витали вокруг солнечных цветков, совершенно не обращая внимания на двух щенков, пораженных любовью. – Это облако похоже на Цыполетту! – шоколадная лапа ткнуло в небо, в облако, которое действительно было похоже на причудливую курицу мэра Гудвей. Щенки раздались хохотом. – А это! Это фламинго! – блестящие, потрясённые щенячьи глаза смотрели на облака причудливой формы. Ребята ещё долго разглядывали проплывающие мимо облака, время летело незаметно. Хотелось растянуть момент на вечность. Только раскаты смеха были слышны из поля подсолнухов. Солнце поднялось в зенит и только тени подсолнухов спасали от жары. Половина дня промчалась, не успев начаться. Неописуемое счастья разрывало дворнягу Рокки на части. Два месяца лета только он и Зума. И не более, и не менее. Но лету будет суждено закончить. Последнему лету Щенячьего Патруля. А потом щенков пристроят на должности и Райдер наберёт новую команду. Увы на то он и Щенячий Патруль. – Надо спрятаться. От жары. От всех спрятаться, – Зума вскочил и тревожно посмотрел на парня. Взглядом он звал его за собой. Щенки юлили по полю подсолнухов. С птичьего полета казалось, будто волна проходит прямо по волшебному полю, но это были всего два щенка скользивших меж стеблей. Рокки доверчиво пристроился сзади и шёл за лабрадором. Они вышли к чистому лугу с собранными в кучу стогами сена. Зума юрко нырнул в один из них. Рокки последовал примеру. Два щенка лежали в прохладном стоге сена, который прижимал их всё ближе и ближе друг к другу. Сено притягивало их, обволакивало и слегка покалывало бока. Стог словно сплетал их друг с другом. И они уснули. Крепким летним сном.~
Трёх часов хватило щенкам с полна. Рокки удивился, что Райдер за весь день так и не потревожил их. Видимо день и вправду был прекрасен всем. Откопавшись из сена, щенки бок о бок поднялись обратно на гору. С горы открывались прекрасные вечерние пейзажи. Бело-розовое небо волшебно контрастировало с чёрно-желтыми и салатовыми полями. На город медленно наползали тени, солнце заплывало за водный горизонт залива. – Мы должны вернуться сюда завтра, – апельсиновое солнце отражалось в блестящих глазах Рокки. Однако ответа от лабрадора не последовало. Дворняга покосил взгляд на друга. Зума лежал, задумчиво потупив лицо в зелёную траву. Жёлто-зелёные глаза были на мокром месте, а веки печально опущены. Рокки лёг вплотную к другу и боднул его носом в ухо. Прямо, как Зума потревожил его утром. – Не будет никакого завтра, Рокки, – набравшись смелости начал лабрадор. Рокки внимательно слушал, – завтра я уезжаю. По-настоящему и навсегда – тоненький ручеёк слёз потек по щеке. – К-Как это, уезжаешь? Как это, навсегда? – Райдер же говорил, в сентябре нас всех распустят, – Зума громко шмыгнул носом и набрав в грудь воздух продолжил, – так вот. Мне кандидатуру нашли быстрее всех. Завтра я уезжаю в аэропорт и улетаю на службу в Швейцарию. – Как далеко! – Рокки был в полном ужасе. Все сны и грёзы рухнули в момент. – Вот и я о том же! – Зума не смог сдержать всех эмоций и просто зарыдал в пучок травы под собой. Рокки лапой ткнул в морду лабрадора. Подняв его на секунду, дворняга лизнул мокрый нос лабрадора. Теперь слышался только хохот. Тоска висела тяжким грузом. Два щенка раздавленных изнутри лежали на возвышенности и смотри на город, который погрузился в сапфировое одеяло, усыпанное блёстками. Это были звезды. Тысячи звёзд. Млечный путь простирался над их головами. Рядом была луна. Её цвет напоминал любимое черничное мороженное Зумы. Лунный свет ярко мерцал на воде и заливал улицы. – Рокки, можно попросить? – Всё что хочешь, Зума. – Прижми меня к себе покрепче, – Рокки запрокинул лапу на Зуму и подтянул к себе, – ведь именно так делают те, кто любит? Рокки не смог ничего на это ответить. Наверное, именно так и выглядит любовь. Эта мысль в данный момент его полностью устраивала. Щенки уснули, растворившись в ночи.~
Зума и Рокки стояли на железнодорожной станции. Вот-вот должен подойти поезд прямиком до аэропорта. Зума спокойно распрощался со всеми. Теперь только они и Рокки. Поезд, выпуская из своей трубы слегка сизый дым подошёл к станции. Зума в сопровождении дворняги подошли к нужному вагону. Лабрадору пора было покидать родное гнездо. Он нетвёрдыми шагами вошёл в вагон. – Рокки, а если я больше никогда не смогу любить? – подбородок лабрадора запрыгал от волнения. Рокки приблизился и положил лапу товарищу на спину, дабы утешить. – Обязательно полюбишь, это останется небольшим шрамом, – естественно Рокки врал и утишал друга, думая, как самому не поддастся эмоциям. – До свидания, Рокки – шмыгнув носом, лабрадор в последний раз осадил печальным взглядом дворнягу и ушёл в глубь вагона. Рокки стоял и смотрел. Огромный локомотив уносит сотни душ восвояси, а вместе с ними его первую и незабываемую любовь.~
– Сэр! – заверещали детские голоса, – Всё хорошо? Рокки судорожно дёрнулся и посмотрел на внуков. Три пары больших глаз обеспокоенно смотрели на старого пса. – Почему вы плачете? – спросил один из них, но благо отвечать не пришлось. Из кухни раздалось четыре звонких удара в колокол. Бабушка сготовила обед. – Марш за стол, – скомандовал хриплый голос и трёх щенков тут же и след простыл, – старый ты дурак, застрял в молодости, когда она тебе уже давно не принадлежит. Надо жить настоящим… – проворчал себе под нос Рокки. Старый, изживший своё пёс Рокки так и остался сидеть в своём кресле-качалке. Смотреть на огромные подсолнуховые поля во своём владении.
