На случай, если ты снова решишь умереть

Уютно устроившись на диване, они сидели рядом и занимались своими делами. Только сегодня прошёл очередной матч, поэтому лисы праздновали выпивкой в другой комнате. Но, если честно, Нил так набегался и вымотался за день, что желания идти туда у него не было, да и не любил он, в общем-то, шум. А Эндрю сам по себе, не из-за усталости, не любитель таких сборов. Сейчас середина ноября, на улице постепенно начинала вступать в свои права зима. Люди постепенно начинали ходить в тёплых вещах, врубать отопление на максимум и, конечно же, заваривать себе разные согревающие напитки. Вот и Эндрю решил, что без чая ему сейчас не жить. Поэтому, поднявшись с дивана, он направился к кухне и начал доставать чашку, чайные пакетики и сахар. И вот последнего он не обнаружил — закончился, видимо. Ну, пить чай без сахара — это полная бессмыслица, по мнению Миньярда. Но и идти к ночи в магазин — ни сил, ни желания не было. Потому, подумав и оглядевшими глазами шкафчики на кухне, он наткнулся на небольшой контейнер. В нём был мёд. Он не знал, кто именно его купил, но, если честно, ему было полностью насрать. Закипятив чайник и сделав чай, он щедро набрал чайной ложкой мёд, а после закинул её в чашку, оставив растворяться. Он так и понёс её к столику у дивана. Поставив чашку, он осмотрел Нила, сидящего на краю дивана и смотрящего что-то в ноутбуке — скорее всего, какой-то повтор экси-матча. И сел обратно, недалеко от него, взял книгу, что читал до этого, в руки и продолжил погружаться в сюжет, не особенно обращая внимание на что-то вокруг, так как тут не было тех, кто представлял ему угрозу — с Нилом можно расслабиться. Или нельзя. Во время просмотра Нил был очень увлечён. Его кружка тоже стояла на небольшом столике, но в ней была вода, так что, когда он потянулся за ней и сделал глоток, то чуть не выплюнул содержимое на ковёр. Это был травяной чай, но какой же он, мать твою, был сладкий! Причём настолько сладкий, что у Нила аж зубы свело. Поставив на место кружку, он понял, что случайно взял кружку Эндрю, а не свою. Решив запить всё водой, как и хотел изначально, он было уже потянулся к другой кружке, как тут почувствовал першение в горле, что начинало перерастать в зуд. Он хотел было начать откашливаться, но понял, что потихоньку начинали неметь и губы. Изначально это было похоже просто на то, будто он разодрал себе горло, но сейчас стало понятно, что что-то явно не так. Его грудь сдавило, будто стальными тисками. Он издал сдавленный хрип. Такое с ним было в первый раз, и он даже не знал, из-за чего. Очевидно, что на такое поведение Эндрю обратил внимание, и, когда, поинтересовавшись, что случилось, не получил никакого ответа — даже привычно ненавистного «я в порядке», — а увидел только Нила, схватившегося за горло, то понял, что явно что-то не так. Откинув книгу в сторону, он встал и подошёл поближе к Нилу, усаживая того обратно на диван и замечая, что на нём появились небольшие красные высыпания. Вот тут-то он и понял, что, по ходу, у Джостена аллергия. Но вот на что? Сейчас это было неважно — главное сначала помочь и не дать ему двинуть кони прямо на диване в их общаге. Бросив: — Потерпи чуть-чуть, я сейчас. Он быстро рванул в ванную к аптечке. Он не стал церемониться и перебирать лекарства по одному, теряя драгоценное время. Эндрю взял её в руки и перевернул, высыпая на пол содержимое. Как он и думал, противоаллергенные у них были, но на дне — ведь от аллергии у них до сих пор никто толком не страдал. Взяв нужный блистер с таблетками, он полетел обратно к Нилу. Бросив взгляд на него, он понял, что тот самостоятельно сейчас ничего не сделает. Так что, быстро выдавив сразу две таблетки, он надавил Джостену на челюсть так, чтобы приоткрыть рот, и положил ему таблетки. Оглянувшись на столик, он взял чашку с водой и, прислонив её к губам Нила, проговорил: — Пей, наркоман. Ты подохнешь явно не тут и явно не так. *-*--*-*-*-*-*- Когда самая тяжёлая стадия приступа прошла, Эндрю всё равно сидел рядом и держал руку на шее Нила. Это было даже не столько для Нила, сколько для того, чтобы Эндрю чувствовал его пульс и понимал, что сейчас всё в порядке. Сейчас он живой и не умирает у него на руках. Пока они так сидели, он думал, из-за чего у Джостена могла быть аллергия. Сам Нил, видимо, тоже не знал — если судить по шокированному лицу. Сейчас Джостен смотрел в никуда, так что смысла спрашивать не было. Миньярд перебирал в голове возможные варианты. Он ни разу не сталкивался с тем, чтобы у Нила была аллергия на что-то, так что он даже не предполагал поначалу, что стало её началом. А после, обводя комнату взглядом в раздумьях, его взгляд зацепился за собственную кружку, из которой он не успел отпить, но чая там стало прилично меньше. Мёд. Сегодня он добавил вместо сахара мёд. Это было единственным разумным объяснением того, что произошло. Если Нил случайно перепутал их кружки — тогда всё складывалось. *-*-*-*--*-*-* Эндрю знал, что у Нила не такая хорошая память, как у него. Да, Нил не растеряется, если такое случится ещё раз — это не про него — но это не значило, что он запомнит абсолютно всё. Так что на следующий день, когда Нил с утра собрался на пробежку и воткнул в уши наушники в ожидании услышать привычные песни, его ждало не совсем то, на что он рассчитывал. Вместо обычных песен, что когда-то ему загрузил Эндрю, он услышал голос. Басистый, такой привычный и родной, от звука которого ты сразу начинал чувствовать себя уютно и приятно. — Итак. Хоть я выкинул весь мёд, что нашёл на нашей кухне, это не значит, что в следующий раз ты не начнёшь умирать ещё от чего-нибудь, и меня может не оказаться рядом. Так что слушай и запоминай. Либо переслушивай столько раз, пока это не въестся в твой грёбаный мозг. У тебя аллергия на мёд, так что читай составы того, что покупаешь. Если так случилось, что ты всё-таки его съел где-то (а зная тебя — так оно и будет), то в твою сумку и толстовки я распихал таблетки. Их наличие не означает, что ты можешь жрать мёд — просто на всякий случай, запомни. Нил остановился и, засунув руку в карман толстовки, действительно обнаружил пару таблеток. — Когда ты понял, что тебе плохо, как в тот раз — ты не паникуешь, а достаёшь из кармана таблетки и глотаешь их. Если тебе тяжело дышать — не ложись. Лучше сядь. Если можешь выйти на воздух — выйди. И вот так, шаг за шагом, действие за действием, Эндрю расписал для Нила всё, что нужно, чтобы тот не умер. А в конце он добавил фразу, от которой одновременно было непривычно и приятно: — И не забывай: если тебе плохо — говори мне. Потом решим остальное, придурок. Нил не привык доверять людям, но Эндрю — другой. Нил понимал, что Миньярд не врал. Если Нилу будет плохо — тот будет рядом, несмотря ни на что.