Санитатем

Затерянный в лазурных объятиях Карибского моря, остров Тортуга таил в себе крохотную деревушку, чье имя, вырезанное ветрами и штормами, почти стерлось из памяти времени. Но некогда здесь, под сенью кокосовых пальм и на фоне бирюзовой глади, кипела жизнь, наполненная ромом, порохом и отчаянной удалью. Дома, словно ракушки, прилепились к скалистому берегу, их стены, сложенные из кораллового известняка, белели под палящим солнцем. Крыши, покрытые пальмовыми листьями, потемнели от времени, шепча на ветру истории о морских баталиях и найденных кладах. В центре деревушки, на небольшой площади, вечно толпился народ. Здесь можно было встретить одноглазых капитанов, бородатых штурманов и юных юнг, мечтающих о славе. Воздух был пропитан запахом жареного мяса, экзотических специй и крепкого табака. Таверна "Морская Гавань", освещенная тусклыми свечами, служила сердцем деревушки. Здесь, под звуки скрипучих инструментов и хриплых голосов, пираты делились добычей, рассказывали байки и строили планы на будущее.  А будущее это, как правило, было коротким и ярким, как вспышка пороха. С заходом солнца, когда небо окрашивалось в багряные и золотые тона, в гавань входили пиратские корабли. Их черные паруса, изрешеченные пулями, гордо реяли над волнами, возвещая о возвращении героев, принесших с собой золото, славу и, конечно же, ром. Маленький Чонгук сидел на ступеньках небольшого пиратского домика, свесив босые ноги. Мама, с ловкостью опытного моряка, разделывала рыбу на ужин, а мальчишка сосредоточенно собирал свой деревянный кораблик. Пальцы его, испачканные смолой и песком, старательно крепили мачту. Вечернее солнце ласково согревало плечи, а в воздухе витал запах моря и жареной рыбы. — Мам, —  тихо позвал Чонгук, не отрываясь от своей работы, — Расскажи мне легенду о черном дереве. Мама улыбнулась, не поднимая головы. Она знала, что Чонгук обожает истории, особенно те, что связаны с морем и мистическими существами.  — Ох, малыш, эта легенда не для маленьких мальчиков. Она грустная.  — Ну пожалуйста, мамочка! Я уже большой! Я скоро стану настоящим пиратом, как папа! — маленький альфа поднял на нее умоляющие глаза. Мама вздохнула, откладывая нож.  — Хорошо, тогда слушай. — вытирая руки о тряпку, присаживается на ступеньки к сыну, тепло улыбаясь ему,  — Говорят, давным-давно, на том месте, — указывает сыну рукой  вдаль где виднелось одинакок черное дерево. Чонгук на миг бросается взгляд на дерево, но тут же отводит его, возвращая на маму. — Росло прекрасное дерево с розовыми цветами. Его розовые цветы, казалось, противоречили суровой пиратской жизни, но именно они даровали исцеление. Моряки с израненными душами и телами находили у дерева покой и облегчение. Лепестки, словно нежный бальзам, залечивали шрамы, и даже самые отъявленные головорезы становились мягче, глядя на эту неземную красоту. Санитатем, величают дерево, что означает — исцеление. Мина погладила сына по голове, тепло улыбаясь ему, пока Чонгук с замиранием сердца ждал продолжение. Его глаза горели интересом где отображался персиковый закат обнимающий Карибское море.  Тихо вздохнув, повернув голову к уходящему закату, продолжила:  — Но однажды, в штормовую ночь, когда бушевала стихия и черные паруса скользили по волнам, случилось непоправимое. Сердце дерева, источник его силы, похитили люди губернатора из королевства. Весть о тайной любви дочери губернатора и лихого пирата достигла его ушей. Разгневанный и непреклонный, он решил покарать дерзких морских разбойников, похитив источник их утешения и силы. Сердце Санитатем было спрятано в глубинах морских, в месте, известном лишь избранным. Легенда гласила: чтобы найти сердце дерева, нужно отыскать ожерелье с красным камнем, опаленным солнцем. Этот артефакт, словно маяк, укажет путь к тайнику. Багряные полосы, словно раны небесного великана, медленно затягивались сумраком, пока Чонгук смотрел на черный силуэт дерева, видневшийся вдали. Ему хотелось верить, что однажды он станет тем самым героем, который вернет дереву его сердце. Он представлял себя смелым капитаном, покоряющим волны, сражающимся с морскими чудовищами и обманывающим коварных врагов. Закат догорал. Мина закончила рассказ и ласково потрепала сына по голове. — Пираты посвятили этой легенде песню, её знает каждый житель нашего поселения. — тихо продолжает женщина.  — Ты тоже мамочка знаешь?  Она тепло улыбнулась, не отрывая взгляда от заката.                  Jennifer Lawrence — The Hanging Tree — Are you, are you. — негромко начинает петь Мина, — Coming to the tree? They strung up a man. — её звучал мягко и завораживающе, — They say who murdered three. Strange things did happen here, no stranger would it be. If we met at midnight in the hanging tree.  Чонгук никогда не слышал, чтобы его мама так пела, обычно она рассказывала легенды или читала сказки перед сном, и сейчас, слушая голос мамы, лился мягко и умиротворяюще. — Are you, are you.  Coming to the tree? Where I told you to run. — прикрыв глаза, подставляя лицо под теплый ветер, поёт Мина, — So we'd both be free.  Strange things did happen here, no stranger would it be. If we met at midnight in the hanging tree.  Алый закат, словно щедрый художник, размазывал краски по холсту неба, превращая обыденные облака в причудливые золотые корабли. Маленький альфа слушал, затаив дыхание, и чувствовал, как в его маленьком сердце зарождается нечто большее, чем просто мечта.  В нём зарождалась цель. — Are you, are you. Coming to the tree? Where I told you to run. So we'd both be free. — продолжает петь женщина, — Strange things did happen here, no stranger would it be If we met at midnight in the hanging tree.  Мальчишка крепче сжимает свой кораблик, прижимая к своей груди, смотря на закат.  — Are you, are you. Coming to the tree? They strung up a man.  Солнце почти коснулось горизонта, когда к маминому голосу неожиданно присоединился хриплый бас старого одноногого пирата, проходившего мимо. Затем подхватил другой, затем еще один. Вскоре, вся деревушка, запела. — They say who murdered three. Strange things did happen here, no stranger would it be. If we met at midnight in the hanging tree. Грубые, закаленные морскими штормами голоса, сливались в единый хор,наполняя воздух тоской и надеждой. Чонгук, слушая эту песню, чувствовал, как в его маленьком сердце родилась мечта, перетекающее в цель – отыскать украденное сердце дерева и вернуть процветание своей деревне. Он смотрел на уходящее солнце, и в его глазах горел огонь решимости.  Маленький пират, выросший на легендах о морских чудовищах и затерянных сокровищах, теперь знал свою цель. Украденное сердце дерева стало его личным компасом, направляющим к приключениям и славе. Он представлял себе опасные путешествия, полные испытаний и сражений, но ничто не могло поколебать его уверенность. С этого дня Чонгук стал усердно готовиться. Он учился у самых опытных пиратов, оттачивая навыки фехтования, навигации и стрельбы. Он часами просиживал в библиотеке, изучая старинные карты и свитки, в надежде найти хоть какую-то подсказку о местонахождении украденного сокровища. Ночами, когда луна заливала деревню серебряным светом, он мечтал о триумфальном возвращении. Он видел, как жители, ликуя, встречают его с распростертыми объятиями, а украденное сердце дерева снова сияет ярким светом, даря надежду и благополучие. И с каждой новой луной, с каждой новой тренировкой, огонь решимости в его глазах становился всё ярче и ярче, разгораясь пламенем, способным осветить самые темные уголки морской пучины.