Спокойной ночи,Готи

Вечер. Где-то около девяти. Дом, как по команде, стих. Хотя ужин закончился не так давно — может, полчаса, — тишина нависла тяжёлая, как одеяло. Такое, под которым душно и неуютно. Отец пожелал мне доброй ночи, будто подписывал приговор. Сухо, официально. Гедеон промолчал — для него я давно стал пустым местом, слишком живым, слишком «мягким». Он сказал «спокойной ночи» только Габриэле и двум слугам. Только не мне. Габи, впрочем, сияла. Девчонка вертелась вокруг меня, как заводная, не унимаясь даже когда я встал из-за стола. Я не знал, откуда в ней столько энергии. Возможно, потому что её никто ещё не пытался согнуть под весом ожиданий. Я покинул стол, будто сбегал с допроса. Меня не мучили словами, но иногда тишина бывает страшнее вопросов. Поднимаясь по лестнице в свою комнату, я шёл медленно. Ступень за ступенью. Не хотелось открывать дверь — за ней было ещё одно зеркало. Зеркало, в котором я должен был отражаться правильным. Запер дверь на засов. Глубоко вдохнул. Всё. Никто не войдёт. Никто не скажет, как мне стоять, говорить, думать. Я один. Наконец. Сбросил рубашку, бросил её на кресло. Шёл в душ с ощущением, будто скидываю не одежду, а броню, которую заставляют носить с шести лет. Горячая вода хлестнула по плечам, скатывалась вдоль позвоночника, и я выдохнул — первый настоящий выдох за весь день. В такие минуты я вспоминал, что у меня есть тело. Не образ, не «наследник Хитклифов», не сын банкира, а просто — кожа, кости, кровь. Мои плечи, моя шея, моё дыхание. Никому не принадлежат. Вернулся в комнату, вытер волосы, накинул чистую футболку, снял штаны. В комнате было прохладно, но приятно. Я стоял в нижнем белье, и, впервые за день, позволил себе не держать спину идеально прямо. Моя правая ступня по привычке постукивала в такт мыслям. Механическое движение. Иногда казалось, что я сам превращаюсь в часовой механизм, в котором каждое движение должно быть выверено. Завтра снова на приём к преподавателю по теории тёмной материи. Завтра снова отец напомнит, что я должен поступить в Академию. Завтра снова придётся заслуживать своё место. Я потянулся выключить ночник, когда вдруг раздался стук в окно. Нет. Только не это. Я даже не смотрел — и так ясно, кто там. Подошёл и распахнул окно. — Господи, Лоу, — выдохнул я, скрестив руки на груди. Он стоял на карнизе, как всегда — один шаг от смерти, в заляпанных кедах и с таким выражением лица, будто это я вторгся к нему, а не наоборот. — Ты вообще когда-нибудь пользуешься дверьми? — Только когда они не заперты, в случае с твоим домом, для такого как я полукровки они заперты всегда. — ухмыльнулся он и легко скользнул внутрь. Оглядел комнату. — Ммм. Скучал? Я закатил глаза. — Ты заявился ко мне посреди ночи. Как всегда. Он только пожал плечами, уже направляясь к моему креслу и разувшись прямо на ковре, конечно же, оставив пыльные следы. — Я вообще-то спать собирался, — сказал я, подходя к кровати. — Так раздевайся, не стесняйся, — усмехнулся Скэриэл, завалившись в кресло, как дома. Он откровенно уставился на меня, а я почувствовал, как к лицу подступает жар. Не потому, что я стеснялся — я давно привык, что этот идиот вваливается в мою комнату в моменты, когда я практически голый. Просто... он это делал так, как будто был хозяином этого дома, а я словно был тут лишним, или так, декор комнаты. — Я и так почти голый, — буркнул я, отдёргивая одеяло. — Идиот. — Почти — не считается, — протянул он, не отрывая взгляда. — Где твоя тёмная материя, когда она нужна? — Наверное, спит. В отличие от некоторых. — Я знал что Скэр просто шутит, он никогда не пытался задеть меня этой темой о отсутствии у меня умения пользоваться материей. Но сейчас это намного раздражало, что он вообще тут забыл ночью? Придурок Лоу. Я лег в кровать, отгородившись от него подушкой. Скэриэл молча наблюдал пару секунд, потом встал, подошёл и бесцеремонно забрал у меня подушку. — Эй! — Мне неудобно на твоём кресле. — Это не значит, что ты должен спать у меня в кровати. — Я не должен. Я хочу. Вы же мне позволите, да мистер Хитклиф? — он скорчил чуть грустную рожицу, но почти сразу усмехнулся и завалился рядом со мной. Он подмигнул. А я... я больше не сопротивлялся. Потому что знал: он всё равно останется, его хоть палкой гони от сюда. Конечно он лег прямо в уличной одежде, поэтому я чуть поёжился когда почувствовал на коже прохладу, что он принес с собой с улицы. Я услышал лишь тихое "Сладких снов, Готи" и не помню, ответил ли ему что то, потому что совсем скоро уснул. **** Я долго не мог уснуть, Готье рядом мирно посапывал. Повернувшись на бок, я посмотрел на него, на его черты бледного лица, аккуратный нос, тонкие губы. Он всегда казался мне идеальным, хотя наверное этого я и боялся. Он всего лишь часть моего плана, так в каком же там месте этот план пошел по пизде откровенно говоря? Он должен был послужить билетом и потом исчезнуть из моей жизни, но сейчас я сомневаюсь что смогу это осуществить. Я протянул руку к его лицу, аккуратно, что бы не разбудить, коснулся белых волос, мягкие и пахнут вкусно, что ещё ожидать от чистокровного? Рука плавно перешла на его щеку, оглаживая кончиками пальцев нежную и мягкую кожу. Я коснулся его губ, провел по ним пальцами, чуть надавливая, даже позабыв что делаю это в тайне и не должен его разбудить. Кончики пальцев прошлись по аккуратной шее, чуть надавливая на кадык, только бы не разбудить. Готье будто бы было плевать на все мои неосторожные движения, он никак не реагировал, лишь продолжал мирно сопеть на боку, видимо сильно вымотался за день. Я отстранил руку от Хитклифа, повернулся на спину, задумался...но никакая мысль не могла отнять моего внимания, моих мыслей о этом чистокровном.. сначала это были просто безобидные мысли, но вскоре все это прекратилось в какие то развратные фантазии. Как низко ты пал, Скэриэл Лоу. Мысленно отчитывал я сам себя. Но сейчас мне не хотелось ни о чем думать. Передо мной был он — и мне больше ничего не нужно было сейчас. Я вновь повернулся на бок и окуратно наклонившись, коснулся своими губами его губ, гореть мне в аду, хотя я и так там окажусь, кто то сомневался разве? Отстранившись, я почувствовал как в паху что то начало так тянуть. Конечно, только этого мне ещё не хватало. Впрочем, он ведь сейчас так крепко спит.. Незнаю как до этого дошло, но рука моя оказалась уже в штанах, под нижним бельём, я прикусил губу и чуть прикрыл глаза смотря на лицо ни о чем не подозревающего и спящего Готье. К черту Октавию, к черту грёбанные законы и чистокровных, к черту всё! Сейчас мне важно только что бы он не проснулся. Рука сама собой обхватила член и начала медленно двигаться, я чуть шумно выдохнул ртом почувствовав мимолётное наслаждение. Я смотрел на лицо Готье, как бы хотелось...но нет, нельзя... Свободной рукой снова провел по его бледной и мягкой щеке, сам же прикусывал до боли нижнюю губу, снижая до минимума даже шумные вздохи от удовольствия. С чего вдруг этот чистокровка стал мне так необходим? Я поражался самому себе. Подумаю об этом позже, но не сейчас.. Одной рукой продолжая себе надрачивать, я любовался телом Готье, такой идеальный, такой нетронутый, мог бы быть моим целиком и полностью. Я почувствовал как наслаждение захватывает меня целиком и полностью, свободная рука по хозяйски аккуратно погладила бедро Хитклифа, я неосознанно сжал свой собственный член и поморщился от боли. Слишком вседозволенно я занимаюсь рукоблудством. Я почувствовал что ещё немного и точно кончу, облизнул сухие губы и судорожно выдохнув кончил себе в руку, все ещё смотря на лицо спящего передо мной Готье и прикрывая глаза. Этот день я точно запомню надолго. Я перестал касаться его тела, вытер испачканную руку в своем же собственном семени о салфетки, что стояли на тумбочке. Скомканую бумагу я затолкал себе в карман штанов и тяжело вздохнув, осмелился обнять Готье и прижать его к себе, зарываясь носом в белую макушку. Он никогда не узнает о том что произошло сегодня, оно и к лучшему. Но обещаю, когда нибудь, ты станешь моим Готье Хитклиф.