nasty dog

каждый раз, когда Джуд берёт его за горло, вжимая сильнее в кровать, Серхио всхлипывает, но старается не показать, что больно. Беллингем только ударит сильнее. одежда рвётся, улетает в другой конец комнаты. но Местре уже привык – это происходило почти каждую неделю, когда Беллингему нужно было снять стресс и увидеть в лице Серхио знакомые черты другого человека. человека, которого Джуд по-настоящему любил. Гави и Беллингем вынуждены были расстаться. Местре не особо знал подробностей, да и англичанин не считал нужным рассказывать ему больше. единственное, что понимал голкипер – инициатором был Пабло, а Джуд явно слишком горд, чтобы извиниться и написать ему о своих чувствах. оба полузащитника обладали сложным характером, поэтому сами друг другу не напишут, а лично встретиться и всё обсудить они тоже не смогут, потому что иначе покажут, что скучали. поэтому англичанин находит другие способы удовлетворить ноющее чувство внутри. Серхио уже не помнит, когда это началось. пять месяцев назад или шесть? конкретная дата стёрлась из памяти, да и не нужна она была ему. но стабильно раз в неделю Джуд подзывал испанца к себе характерным жестом, словно голкипер был его личной собакой. трахаться с Беллингемом было уже привычным делом. полузащитник всегда был достаточно жесток. бил его по ягодицам, не особо церемонился с подготовкой голкипера, крепко прижимал его к кровати и сразу набирал высокий темп, как только оказывался внутри Местре. сначала было больно, даже очень, потом Серхио привык и стало приятнее, а затем это просто превратилось в рутину. сначала голкипер мялся, стеснялся, потом уже сам начал раздвигать свои длинные ноги перед Джудом, давая ему максимальный обзор. Беллингем всегда называл испанца шлюхой, и Местре правда был с ним согласен. сначала Серхио делал это, потому что Джуд обещал ему тренировки с первой командой, а потом Местре просто стал зависим от этих холодных прикосновений и сильных ударов. испанцу нравилось быть так близко к звезде подобного масштаба. то, что на него обратили внимание. даже если во время секса, Беллингем называет его Гави. даже если нежные касания к его лицу обусловлены только тем, что англичанин сейчас смотрит на проекцию своего возлюбленного. даже если Джуд всегда забывает его настоящее имя, предпочитая называть собакой или проститутом. даже если потом Серхио остаётся один в холодной кровати, чувствуя боль во всём теле. но Местре сам на это согласился. он собственными руками подписал этот контракт с дьяволом. поэтому голкипер в очередной раз прижат к кровати в одном из отелей Флориды, поэтому порванная одежда уже лежит на полу, поэтому он лежит перед англичанином обнажённый и сам перед ним раздвигает ноги, на что Джуд лишь холодно ухмыляется. – ты такая податливая сука. – я знаю. отвечает Серхио, потому что Беллингем был абсолютно прав. Местре хотелось почувствовать себя нужным хотя бы на секунду, поэтому удовлетворял любую потребность Джуда. – только не отказывайся от меня, я всё для тебя сделаю. шепчет Местре, понимая, что полузащитнику наверняка плевать. – обязательно подумаю, как избавиться от тебя. отвечает Беллингем, сжимая голову Серхио настолько сильно, что несколько волосинок остаются на его смуглой ладони.