Я боюсь потерять тебя снова

      Темнота. Она окутала его и не хочет отпускать. Он чувствует чьи-то прикосновения. Такие нежные, но в то же время грубые, будто пытающиеся пробудить его от дурного сна. Он, наконец, открывает глаза.       Перед ними предстаёт картина, от которой в венах стынут жилы. Его любимый муж, его Саньлан, наклонился над ним и тянет его за собой, пытаясь встать. Его руки в крови, лицо тоже. Длинные, ухоженные волосы, что раньше аккуратно лежали у него на плечах, теперь спутанны, будто кто-то поселился в них и устроил там своё гнездо, при этом хорошенько растормошить его причёску. В некоторых местах его прекрасные красные одеяния порваны, а где-то также запачканы кровью. Лицо было, как и прежде мертвенно – белым. А ещё на себя обратил внимание Се Ляня странный запах, что исходил от его мужа. От него пахло сырой землёй. Будто только-что тот лежал в могиле и уже через несколько секунд предстал перед Се Лянем. Всё это казалось ужасно странным и неправильным. Всё кричало о том, что так не должно быть.       Его Высочество не понимал, что происходит. Демон всё сильнее и сильнее тормошил его, будто пытался пробудить от сна, от которого тот уже избавился. Было видно, что он торопился как никогда ранее.       – Саньлан, что происходит? – не понимающе спросил Се Лянь.       – Скорее. Скорее, Лянь. Мне надо успеть.       – Что успеть? Я тебя не понимаю, что-то случилось? – всё ещё недоумевал принц.       – Я должен тебе кое-что сказать, скорее. Просыпайся, – тот же, не переставал хватать его за плечи и руки, немного потряхивая, пытаясь пробудить.       – Да я не сплю уже. Саньлан, что ты хочешь мне сказать?       – Я...       И тут происходит то, чего Его Высочество боялся больше всего. Его Саньлан начал вновь медленно расстворяться в воздухе, превращаясь в серебристых бабочек. Пусть, красота их была неописуема, причина по которой они появились, была просто ужасной. Хотелось забыть и больше никогда не вспоминать, но это происходило сейчас. И от этого никуда не деться.       – Я должен вновь покинуть тебя, Ваше Высочество. Но я обещаю, что вернусь. Что бы со мной не случилось.       – Нет! Не оставляй меня одного! – крикнул принц в отчаянии       – Ваше Высочество...       – Нет! Пожалуйста, я не хочу снова остаться один.       – Се Лянь...       – Я не хочу. Не хочу. Не хочу! Не отпускай меня. Не уходи, пожалуйста! – уже начавшаяся истерика пробивала его тело. Слёзы катились с неимоверной скоростью, а речь становилась бессвязной.       – Се Лянь.       – Я же не смогу теперь без тебя. Нет, пожалуйста! Я же.. Я же... Нет... Пожалуйста... Я не хочу..       – Се Лянь!       Громкий окрик, от которого Се Лянь вздрогнул, принадлежал Хуа Чэну. Это точно был его голос. Только вот, его нигде не было. Всё вновь погрузилось в темноту и тишина снова окутала принца.       Не прошло и нескольких минут, как в темноте перед ним засияло что-то яркое и белое. Он пошёл на свет. Но лучше бы этого не делал...       Прямо перед ним, в белом сиянии, сидел его самый главный враг – Безликий Бай. Он улыбался. Хотя, улыбкой это можно было вряд-ли назвать. Скореее это было похоже на оскал.       Как только Его Высочество подошёл ближе, тот поднял голову и посмотрел на него с нескрываемым злорадством.       – Я же говорил тебе, что он тебя бросит. А ты мне не верил, – буквально пропел Белое Бедствие с жуткой ухмылкой.       – Закройся. Он обещал вернуться! – выкрикнул принц, хоть и пытался сдержать эмоции, что так пытались вырваться наружу.       – Именно поэтому сейчас ты готов разрыдаться? Раз никто, кроме меня не удосужился о тебе позаботиться, то это сделаю я. Он больше никогда не вернётся. Запомни это. Он бросил тебя. Оставил. Предал. Он не имеет права на прощение. А ты, как глупый и доверчивый дурачок, на это повёлся. Жизнь разве за восемьсот с лишним лет не научила, что никому верить нельзя? – проговорив это, Безликий встал.       – Он не такой! И никогда не был таким. Он – единственный, кто обо мне заботился, когда мне было действительно плохо.       – Так он уже второй раз уходит. Не боишься, что он когда-нибудь, да и кинет тебя одного? Разве, не хочешь ли ты остаться со мной, раз суженный твой тебя же и бросил? Мы бы с тобой были отличным дуэтом, – как только он закончил говорить, на лице его вновь появилась эта отвратительная маска, которую до этого дня он снимал всего пару раз. И то только при Се Ляне.       – Что?! Закрой свой поганый рот, чучело! Я никогда, слышишь?! Никогда к тебе не присоединюсь! А знаешь почему?! Потому что ты... – не успел договорить Се Лянь, как за шею его схватил и поднял перед собой Великое Бедствие, перекрывая доступ к кислороду.       – Да как ты смеешь поднимать на меня голос, ничтожество? Ты не имеешь права на жизнь в этом мире. Я пытался отнестись к тебе более лояльно. Пусть я и желаю тебе всего плохого, но ты, потеряв этого глупого, как ты его называешь, Саньлана, совсем ослаб, хоть это и не показываешь. Слишком уж невесело наблюдать за отсутствием искренних эмоций на твоём лице. Одна наигранность. А за то, что ты позволяешь себе такоё, знаешь где твоё место? Рядом с твоим тупым муженьком. Прямиком в преисподней. Именно поэтому сейчас ты туда и отправишься, раз так откровенно отверг моё предложение, – проговорив это, Безликий опрокинул его на землю, которая вдруг внезапно появилась под ним и одним лёгким движением руки, проткнул его насквозь своим мечом в области сердца.       Пусть Се Лянь и был Богом, боль никуда не девалась. Да, он был жив, но также всё прекрасно чувствовал. Уже лёжа в собственной луже крови, он наблюдал за бездушной маской на лице Безликого, что чуть-ли не спадала с него, с каким усердством он вновь и вновь пронзал его своим мечом. Боль уже не чувствовалась. Он просто устал. От боли, от потери, от жизни...       Безликий Бай, вконец наигравшись со своей игрушкой, уже пропал. Также внезапно, как и появился. Темнота вновь окутала его тело и мысли. В ней ничего не было, кроме раненного до глубины души в обоих смыслах Се Ляня, запаха крови и тихих рыданий. А ведь он сам виноват. Сам подошёл к нему и сам начал припираться с ним. Он, в действительности, сам во всём виноват. Рыдания захлестнули его окончательно.       – Ваше Высочество, – вдруг раздался голос из темноты. Он был знаком Се Ляню. Вздрогнув от неожиданности, тем самым причинив себе больше боли и зашипев, Бог ответил.       – Кто здесь? – вопрос вышел тихим и хриплым.       – Это же я, Ваше Высочество. Вы меня не узнаёте? – вновь проговорил голос.       – Кто ты? Я не понимаю.       – Это я, ваш супруг – Саньлан. Ты не узнаёшь меня?       – Ох... Саньлан. Как ты здесь можешь быть? Ты же исчез... Прямо из моих объятий... – прозвучало в ответ тихо и растерянно.       – Как это исчез?! Я здесь, Ваше Высочество. Просыпайся, – мягко проговаривал голос его любимого демона.       – Просыпаться? Но я же не сплю.       – Спишь, спишь. Чтобы я помог тебе, мне надо, чтобы ты проснулся. Я обещаю, я буду ждать тебя при пробуждении. Пожалуйста, ради меня.       – Я постараюсь, – прошептал Се Лянь и наконец очнулся от дурного сна.

***

      Се Лянь резко открыл глаза. Взгляд его сразу упал на встревоженное лицо демона, что смотрел на него с беспокойством и извечной нежностью и заботой. Затем ощутил мягкие прикосновения. Демон аккуратно, будто драгоценное сокровище, держал его за плечи, а сам сидел рядом и нервно сглатывал каждые секунд пять.       – Как ты, Ваше Высочество? Кошмар? Снова? Что-то болит? Водички принести? – казалось, будто этим вопросам не будет предела, но Хуа Чэн всё-же замолчал.       – Я... Он... Ты... – принц не мог связать и пары слов, бесконечно заикаясь и путая слова.       – Если хочешь, можешь рассказать, что тебе приснилось. Я всегда тебя выслушаю.       – Я...       – Но я не настаиваю. Не хочешь – не надо. Потом расскажешь, если появятся силы и желание, хорошо? – в ответ кивок.       – Там, во сне... Ты ушёл... А потом... А... Потом... – Се Лянь ещё больше начал путаться в словах, повторять и заикаться. Это не есть хорошо. Совсем не есть хорошо...       – Лянь, ты же знаешь, я не прошу от тебя большего. Не надо, если не можешь. Это лишь значит, что сейчас нам не обязательно об этом задумываться. Единственное, что тебе нужно запомнить, так это то, что я больше никогда тебя не брошу, слышишь? Я не уйду от тебя, кто бы что не говорил. В этом мире ты для меня дороже всех. Уже забыл, что ты – и есть мой смысл жизни? Ты носишь на своей шее мой прах. Ты для меня – Вселенная. И я люблю тебя. Сильно-сильно. Так, как тебя больше никто никогда не любил. Именно поэтому я больше никогда не оставлю тебя одного, понял? – наконец договорил демон.       – Понял, – прозвучало в ответ тихо и слегка смущённо. Уж не ожидал Се Лянь от Хуа Чэна таких распинаний.       – Вот и хорошо. Спи спокойно, мой муж, мой Се Лянь, – промурлыкал Хуа Чэн наконец и обнял Се Ляня так крепко, как только мог.       С той ужасной ночи их дела стали налаживаться. Кошмары Богу снились всё реже и реже, а их любовь стала ещё крепче, чем раньше. А всё потому что они были во все трудные моменты вместе. Потому что они поддерживали друг друга. Потому что они любили, любят и будут любить друга друга. Всегда. Что бы не случилось.