Скажи мне «Да»

      Ран с громким хлопком опускает тетрадь на последний ряд в аудитории, так, что Ханма, который спит, уткнувшись носом в согнутые руки, почти что подлетает на месте.       – Хайтани, мать твою…       – Ночью надо было спать, – ехидно ухмыляется Ран и толкает парня в плечо. – Двигайся, а то разнесло на весь ряд.       – Я спал, – огрызается Шуджи, но небольшие синяки под глазами и хмурый вид говорят об обратном.       – Сколько? Час?       – Отвали по-хорошему, а, – Ханма кидает на него недовольный взгляд. – Еще только первая неделя учебы, а ты уже заебал.       – Заебал тебя кто-то другой, – не может сдержаться Ран и все-таки отхватывает помятой тетрадкой по голове. – Эй, волосы!       – Не выпадут, – парень бросает тетрадь обратно на вытянутую парту.       В аудиторию заходит преподаватель – мужчина в возрасте, с небольшим портфелем в руке, из которого он неторопливо достает несколько книг и журнал посещаемости. Первые ряды сразу затихают. Рану сверху хорошо их видно: в основном там сидят омеги, которые не пропускают ни одной пары, учатся либо хорошо, либо вообще на отлично. Хайтани пробегается взглядом по ряду – к третьему курсу их стало чуть меньше. Все, кто не хотел учиться на этом направлении, успели отчислиться годом раньше; кого-то выгнали за неуспеваемость. Стайка омег на первом ряду начинает тихо переговариваться. Рану не слышно, о чем именно, да и по сути, неинтересно: они наверняка уже темы домашних заданий разбирают. Он скользит взглядом по острым чертам Коко, который поворачивается назад, оглядывая аудиторию, а потом снова разворачивается к преподавателю, видимо, сверяя список группы с теми, кто сегодня есть на паре.       Хайтани ужасно хочется спать. Ни он, ни Ханма еще не привыкли к вновь вернувшемуся режиму, в котором приходится рано вставать. Шуджи выглядит так, как будто его вырубит прямо сейчас, и это даже немного забавно. Ран ухмыляется, честно пытаясь вслушиваться в то, что говорит преподаватель. Он неплохо учится, не скатываясь в долги по предметам, но и особо напрягаться не хочет – поэтому не видит смысла сидеть на первом ряду и выполнять все задания дословно. Параллельные группы сидят в левой стороне большой аудитории. Ран находит взглядом Изану и Какуче и кивает в знак приветствия. Изана игнорирует, а Хитто кивает в ответ.       Скучно… Вообще, мог бы и дома сейчас спать – пара по этому предмету первая, уже минут пятнадцать они слушают, как и когда можно будет сдать экзамен. Ран закатывает глаза: до экзамена еще дожить надо. И желательно, не помереть от скуки.       Телефон вибрирует и Хайтани берет его в руки, снимая с блокировки. В чате группы плюс сотня сообщений, которые Ран бегло пролистывает, не вчитываясь – все равно все старые. Но сейчас идет какое-то активное обсуждение, и Хайтани поспешно отключает уведомления, пока телефон не взорвался от количества новых сообщений. Ханма заглядывает в экран.       – Что там?       – Да у Коко какие-то дофига важные объявления опять, – отмахивается Ран. – Расписание, снова расписание… О. У нас будет новенький, прикинь.       – Кто? – Ханма даже просыпается.       – Да откуда я знаю, – Хайтани протягивает ему телефон. – Сам читай.       К концу пары новость уже знают все. Ран, проходя по коридору в окружении одногруппников, узнает пару основных моментов: новенький – омега, перевелся к ним из другого университета со схожей специальности. В кругу омег уже новая волна обсуждений и сплетен, но впрочем, и не только среди них. Некоторые из альф пристают к Коко, у которого, судя по всему, есть соцсети новенького.       – Ты бы хоть фотку всем скинул, – цокает языком Ханма. – Интересно же, ну.       – Завтра посмотришь, – омега отмахивается от него.       – Тут завтра уже очередь будет, – не отстает Шуджи. – А чего он сейчас перевелся? Предпоследний курс уже.       – Понятия не имею.       Ран идет прямо за ними, не встревая в разговор, хоть вопросы у него такие же, как и Ханмы. На следующей паре один из альф скидывает-таки в общий чат фото, и шквал сообщений начинается по новой. Хайтани задумчиво смотрит на омегу – Риндо, как уже успели узнать. Блондин с окрашенными в голубой прядями, одетый в легкую рубашку смотрел не в камеру, а как будто сквозь нее, а аметистовые глаза немного отсвечивали из-за бликов в очках. На первый взгляд, ничего необычного, выглядит, как и все омеги из их группы, а в этих очках вообще смотрится заучкой. Ладно, завтра вживую на него посмотрит.       Первоначальный план – прийти минут на пять пораньше, чтобы наверняка застать момент, когда омега появится в аудитории, рушится с треском вместе с звоном телефона, от которого Ран сонно открывает глаза. Взгляд фокусируется не сразу, а потом Хайтани с громким «Блять!» подскакивает на кровати и отвечает на звонок.       – Тебя где носит? – приглушенно шипит Ханма, а на фоне – монотонный голос преподавателя. – Пара уже полчаса как идет! Ты что, крыса такая, решил проебать и меня не предупредил?!       – Да проспал я! – психует Ран, плечом прижимая телефон, а руками хватая с полки одежду и забегает в душ. – Пятнадцать минут и буду.       Он скидывает звонок и бросает телефон в кучу сваленной на полу одежды. Собрался, приехал пораньше, ага. В университете он появляется только в начале второй пары, предчувствуя подъебы Ханмы, и проскальзывает в аудиторию, стараясь остаться незамеченным. Ран ищет глазами Шуджи, которого почему-то нет на их привычном месте недалеко от двери, а потом он едва не спотыкается взглядом о сидящего как раз на этом месте омегу – того самого новенького, про которого вчера все говорили. Как его зовут-то…       Хайтани раздраженно садится рядом – дальше есть места, но этому край надо было на проходе сесть. Не по нему же идти теперь, в конце концов, да и всеобщее внимание привлекать к себе не хочется. На телефоне появляется сообщение от Ханмы. «А вы неплохо смотритесь»

«Завали. Где ты сидишь вообще?»

«Не поверишь»       Ран поднимает голову, игнорируя сидящего сбоку омегу, и пробегается взглядом по рядам. Он едва сдерживает удивление, видя Ханму на третьем ряду рядом с Коко.

«Кто из вас ебнулся головой, что вы решили сесть вместе?»

«Я вчера пообещал ему коробку шоколадок, если он сольет мне темы рефератов, чтобы я себе нормальную забрал»       Ран прячет улыбку за длинными распущенными волосами и быстро набирает сообщение.

«И как, купил уже?»

«Ага, сегодня утром отдал. А что?»

«Ханма»

«А?»

«Эти темы по списку распределяются и больше никак. Нормально он тебя развел»

      Ран тихо хихикает, зажав рот рукой, наблюдая с верхнего ряда, как Шуджи возмущенно поворачивается к Коко. Омега показывает ему язык и поправляет волосы, самодовольно улыбаясь.       – Ты не знаешь, где будет следующая пара?       Ран аж вздрагивает почти, напрочь забыв про омегу рядом. Они сидят на расстоянии метра, не касаясь друг друга и Хайтани поворачивает голову, встречаясь с взглядом аметистовых глаз.       – Я аудиторию не мог найти, поэтому опоздал и сел сюда, а мне с последнего ряда ничего не видно, – объясняет тот, поправляя очки.       «А мои какие проблемы? – думает Хайтани. – Ну, кроме той, что я вынужден сидеть с тобой, а не с Ханмой».       – На четвертом этаже, первая дверь справа. Только идти надо будет не по центральной лестнице, а через третий этаж.       – Ясно, спасибо, – омега кивает. – Я Риндо, кстати.       – Ран, – коротко отвечает Хайтани, всем видом показывая, что продолжать разговор не намерен.       Хотя, наверное, стоило бы… Омега действительно красивый, это нельзя не признать. Изящные, как будто выточенные черты лица, светлые волосы, немного вздернутый нос, и очки, которые он постоянно поправляет, ему идут. Ран видит, как на омегу оглядываются остальные альфы, и неосознанно вдыхает запах чуть глубже. Какой-то цветочный аромат, он пока не может понять какой, а еще слабый шлейф корицы. Омега нервничает, и из-за этого запах становится чуть ярче. Риндо тоже украдкой старается его разглядывать, поэтому пару раз они пересекаются взглядами и тут же отворачиваются друг от друга. Ран видит, что омега старательно записывает все, что диктуют на лекции. У него ровный почерк, заголовки подчеркнуты тонкой линией, он делает какие-то пометки на полях тетради. Хайтани мысленно закатывает глаза – такой дотошный прямо…       Пара тянется бесконечно медленно, и как только она заканчивается, Ран хватает телефон и выходит в коридор, дожидаясь Ханму. Риндо проходит мимо него, и парень провожает омегу взглядом.       – Выспался?       – Да, завидуй, – отвечает Шуджи Ран и кивает в ответ проходящему Хаджиме.       На перерывах Хайтани видит, как к новенькому омеге то и дело кто-то подходит. Тот стоит в стороне, заинтересованно разглядывая остальных, изредка отвлекаясь на телефон, на котором что-то печатает. Под конец дня его затягивает к себе компания омег и Риндо улыбается, поддерживая с ними разговор. Ран смотрит на это, делая свои выводы об омеге: ничего необычного. Но красивый до невозможности… Хайтани вообще в их группе красивым из омег считал только Хаджиме, но тот был занят, да и характерами они бы не сошлись точно.       Учебная неделя пролетела быстро. Риндо освоился в их группе, сдружившись с парой омег, с которыми и сидел постоянно на парах. Ран больше не пересекался с ним близко, но даже со стороны видел, что первое впечатление было очень обманчиво. От той неуверенности, с которой тогда посмотрел на него Риндо, не осталось ни следа. Альфы тянулись к нему, как магнитом, и Хайтани с раздражением понимал, что он сам исключением не был. Какое-то смутное чувство шевельнулось внутри, когда он узнал, что у них одна и та же фамилия. Ему это… понравилось, что ли?       В итоге Ран решил времени зря не терять. В конце концов, он был свободен, а к омеге активно подкатывали альфы с потока. Сначала проснулся азарт: забрать себе то, что нравилось всем, казалось идеей крайне заманчивой. Но омега не велся ни на комплименты, ни на приглашения погулять, ни на какие-либо провокации – это Ран успел заметить на чужом опыте. Поэтому делать надо было что-то другое. Что именно, он так и не успел придумать.       – Привет, любимый! – Риндо, чуть не сбив его плечом, пролетел мимо Рана, у которого сердце успело подскочить до ста двадцати в минуту, а потом так же резко замедлиться.       Они вышли из здания почти последними – закатное солнце окрасило панорамные стекла высоток в оттенки от оранжевого до нежно-розового. Выходя, Хайтани оглянулся на омегу, светлые волосы которого мягко сияли теми же цветами. Риндо как будто искал кого-то взглядом, и теперь Рану стало ясно, кого.       Альфа примерно того же роста, что и Риндо – по всей видимости, его парень, который обнял омегу за талию и ответил на поцелуй. Хайтани едва сдержался, чтоб не отвернуться, хотя ему очень этого хотелось. Чужие руки на тонкой талии Риндо вывели его из себя за какую-то долю секунды, а то, как омега выгнулся навстречу парню, заставило опустить глаза, чтобы не наделать глупостей. Когда он снова посмотрел на них, парочка уже уходила по улице в сторону набережной. Риндо размахивал руками, что-то эмоционально рассказывая своему альфе, а тот кивал в ответ и шел рядом, засунув руки в карманы куртки.       Ран не удивился собственным мыслям, когда на следующий день, увидев на парах омегу, понял – его это не остановит. Риндо нравился с каждым днем все больше, а легко сдаваться Хайтани не привык. Альфам из группы хватило одного взгляда, чтобы никто больше не пытался садиться вместе с омегой на парах. Ран вел себя так, как будто не знал, что у Риндо есть парень – якобы не знал, но на самом деле просто знать не хотел. Успеваемость держалась на честном слове: у Хайтани все мысли из головы вышибало шлейфом аромата, стоило омеге пройти мимо, поэтому о запоминании информации с лекций речи не шло.       Зато Ран активно запоминал все то, что с Риндо было связано: тому нравилось сидеть на солнечной стороне аудитории, поэтому теперь это место было всегда свободно; Коко проговорился о шоколадках, которые омега любил, и на следующее утро перед Риндо лежала целая коробка; Ран ждал его после дополнительных занятий, с мстительным удовлетворением видя, что омегу никто больше не встречает. Это давало Хайтани надежду на взаимность, которой он упорно добивался, поэтому когда однажды на паре Риндо тихо шепнул ему, что им нужно поговорить, в голове Рана мысли превратились в грохот салютов и фейерверков: наконец-то!       – Я вижу все то, что ты для меня делаешь, но не стоит, Ран, – аметистовые глаза смотрели прямо, а говорил омега абсолютно не то, что Хайтани хотел бы услышать. – У меня есть парень и я люблю его.       – Я знаю это.       – Да, я помню… Кажется, именно тебя чуть не задел, когда бежал к нему… Но тогда тем более – зачем все это, если ты знаешь, что я отношениях?       – Потому что меня это не остановит, – Ран взял со стола телефон и поднялся. – Понял, малыш?       Омега растерялся, не зная, что ответить, а Хайтани вышел, хлопнув дверью аудитории. Любит он своего парня, блять! За что – хотелось спросить? О существовании этого парня (Ран даже не знал, как его зовут, да и знать не хотел), если бы не тот случай, вообще б никто не догадывался. Вот по остальным занятым омегам группы это было сразу видно: Инуи встречал Коко с пар всегда, даже если у самого в тот день не было занятий; Харуки то и дело хвастался новыми сережками или кольцами, вызывая зависть остальных омег, Кейто постоянно выкладывал в соцсети фото букетов, а Риндо… ничего. Буквально ничего не указывало на то, что этот омега был занят. Поэтому сказанное Риндо было воспринято как вызов – и в поведении Рана не поменялось ровным счетом ничего.       – Ой, да нужен он тебе сильно, – протянул Ханма, выдыхая в потолок комнаты серый дым от сигареты. – Соберись, Хайтани. Погнали лучше отдохнем.       – Ты знаешь, что нужен. Не беси, – ответил Ран, нервно постукивая пальцами по подлокотнику дивана, на котором они вдвоем сидели в квартире Шуджи.       – Вот так друзей и теряют, – притворно вздохнул парень. – У него же отношения есть, сам говорил.       – Да ебал я такие отношения! Ты бы позволил кому-то так подкатывать к твоему омеге?       – Может, Риндо не говорит своему, что ты к нему лапы свои тянешь.       – Может, и не говорит, но все равно – он же как будто абсолютно не интересуется им.       – Ран, ну откуда тебе знать, – снова вздохнул Ханма, на этот раз уже искренне, и закинул ногу на ногу. – Вдруг у них там все к свадьбе идет, просто они не напоказ все это выставляют…       – Никакой нахуй свадьбы не будет.       – Жаль, а я напиться х…       – Свали с горизонта.       – Вообще-то ты в моей квартире сидишь! – возмутился парень. – Кстати, а чего сидим? Погнали в клуб, хоть там напьюсь.       Сначала Ран собирался возразить – ехать куда-то не хотелось от слова совсем, но скучать дома тоже было не лучшим вариантом, поэтому уже через полчаса он шел за Ханмой, который, уверенно лавируя между танцующими омегами, направлялся к барной стойке, и не менее уверенно к основной цели – напиться. Через пару коктейлей настроение стало заметно лучше, и Ран был благодарен Шуджи за то, что тот его вытащил сюда. Он забрал очередной коктейль и пошел к лестнице на второй этаж – там были небольшие столики, но Хайтани хотел подойти не к ним, а к металлическим перилам, ограждавшим пространство второго этажа. Ран, покачивая жидкость в бокале, поставил локти на перила и наклонился.       Музыка слегка давила на голову, окружающий шум эхом отдавался в ушах, а мелькающая со всех сторон подсветка заставляла обращать внимание на все вокруг сразу. Хайтани откинул распущенные волосы назад, и опустил взгляд – почти весь клуб был, как на ладони. В том числе и Ханма – парень танцевал с каким-то омегой, откровенно лапая его, а тот был и не против. Когда парочка потянулась друг к другу за поцелуем, а Шуджи полез руками под короткий топ, Ран закатил глаза.       Он вдохнул, делая глоток, а потом снова скользнул взглядом по клубу. Фиолетовая радужка равнодушно отражала происходящее, а потом Хайтани замер: возле барной стойки сидел омега, уже какую неделю не дававший Рану спокойно жить. Он почти что дернулся к лестнице, как вдруг увидел рядом с Риндо парня, который встречал омегу после пар.       Хайтани сжал в руках бокал так, что тот едва не треснул.       От вида Риндо кровь в венах как будто начинала течь в другую сторону – его волосы были слегка растрепаны, нежно-сиреневая рубашка сползла с одного плеча, открывая вид на изящные ключицы, а джинсы обтягивали бедра так соблазнительно, что Рану даже с такого расстояния становилось плохо. Омега встал, собираясь пойти танцевать, но альфа рядом с ним дернул его за руку обратно. Риндо что-то сказал ему, наклоняясь близко, но тот не отпускал. В итоге омега вырвал руку из чужой хватки и все-таки пошел к центру.       Ран смотрел на все это с едва скрываемым раздражением, которое быстро сменилось на восхищение, стоило омеге начать двигаться. Он завораживал – по-другому Хайтани не мог это назвать: плавные движения, прикрытые от удовольствия глаза… Стоило представить, от чего еще Риндо мог их так прикрывать, и Рану пришлось глубоко вдохнуть, чтобы привести в порядок собственное состояние.       Но присутствие здесь третьего, абсолютно не нужного, на взгляд Хайтани, все еще бесило. Промелькнула мысль просто похитить Риндо из-под носа его парня недоделанного – этот еблан на омегу даже не смотрел! Но Ран уже считал Риндо своим – а забирать то, что ты считаешь своим, надо открыто и громко.       Он залпом выпил все то, что оставалось в бокале и пошел к лестнице. Она была винтовой, с одного из пролетов происходящее в клубе не просматривалось. Когда Ран спустился, омеги в центре уже не было видно. Возле барной стойки тоже, и к своему растущему раздражению Хайтани отметил, что и его парня там тоже не было. Не могли же они исчезнуть, в конце концов!       Ран развернулся и пошел в сторону коридора к выходу, решив проверить, не ушли ли они туда. Его внимание привлек шум сбоку – там было несколько закрытых вип-комнат, возле одной из которых слышался приглушенный голос.       – Не хочу я домой! – в возмущенном тоне Хайтани узнал Риндо.       – А я не собираюсь сидеть с тобой, пока ты крутишься там, как шлюха! Просил одеться нормально, нахера ты так вырядился?!       – Что… – омега даже слов не находил от обиды. – Я нормально выгляжу! Если ты так в себе не уверен, это не значит, что я должен…       – Ты должен, Риндо, в том-то и дело. Поехали домой.       – Он же сказал – он не хочет домой.       Альфа едва не столкнулся в коридоре с парнем, возникшим буквально из ниоткуда – они же только что зашли сюда и никого не видели! Но тот стоял прямо на пути, мрачно глядя фиолетовыми глазами, и с места сдвигаться не собирался.       – Ты кто такой вообще?       – Будущий муж омеги, которого ты наивно считаешь своим, – холодно произнес Ран, а потом перевел взгляд на Риндо.       Тот выглядел не менее удивленным, чем альфа, который продолжал держать его за запястье. И Хайтани это категорически не нравилось.       – Руки убери от него.       – С дороги свали.       Улыбка на лице Рана расползлась такая, что у альфы кровь в венах застыла, но он продолжал сжимать запястье омеги. Тот побледнел и положил вторую руку на ладонь парня, пытаясь ее убрать с себя.       – Ты его не заслуживаешь, – Хайтани начал медленно наступать вперед, зажимая альфу в угол. – Так что говорю последний раз – убрал руки, или ты отсюда выйдешь без них.       – Да пошел ты, – огрызнулся парень, отталкивая омегу в сторону. – Псих конченный. Забирай, раз он тебе так нужен.       Он быстро пошел вперед к выходу из коридора, но Ран не дал ему пройти.       – Я еще не закончил.       – Какого…       Продолжить он не успел – Хайтани схватил парня за волосы, приложив лицом об стену, а как только он согнулся, зажимая сломанный нос, с которого лилась кровь, ударил коленом в живот. Тот свалился на пол, и Ран, с отвращением перешагнув чужое тело, подошел к омеге и протянул ему руку.       – Прекрасно выглядишь сегодня, малыш. Идем?       – Ран, я…       Он смотрел снизу вверх своими невозможно красивыми глазами, и Хайтани только сейчас, подойдя ближе, заметил сияющие тени и прозрачный блеск на губах. Ему так сильно все это подходило, подчеркивало и без того идеальную внешность… Ран, не дожидаясь ответа, взял омегу за руку и повел в сторону выхода. Риндо не сопротивлялся, но как только они оказались возле клуба, и по коже приятным холодом прошелся ночной воздух, он слегка сжал его пальцы.       Хайтани повернулся к омеге.       – Он … – Риндо запинается, не желая называть человека, который остался в коридоре клуба, своим парнем.       – Он дал увести свою омегу, по сути, первому встречному, – Ран медленно делает шаг к Риндо. – А я бы не оставил тебя одного никогда.       Хайтани не может удержаться и делает еще шаг вперед, заставляя Риндо прижаться спиной к стене здания. Тот смотрит в ответ, не отрывая взгляда от фиолетовой радужки, в которой долгое время не позволял себе тонуть. Но сейчас хочется не просто утонуть в ней – раствориться полностью, и омега уверен – если он это сделает, не пожалеет. Ран выглядит так, как будто ждет малейшего повода сорваться: Риндо чувствует это в обманчиво осторожном движении рук, которые проходятся по его телу. Одна едва заметно сжимает талию, а вторая ползет по плечу к шее, и Ран нежно проводит большим пальцем по щеке омеги.       – Будь моим, пожалуйста, – тихо произносит Хайтани. – Скажи мне «да», и я сделаю для тебя все, обещаю.       – Да, – выдыхает Риндо и сразу же подается вперед, обнимая парня за шею.       Для них обоих это не первый поцелуй, но почему именно сейчас это ощущается так правильно и так приятно, словно они изначально были созданы друг для друга?       От осторожности Рана не остается ни следа: он целуется так, как будто Риндо – ценный приз, который он долго хотел выиграть и выиграл, теперь не собираясь им ни с кем делиться. Омега это чувствует и внутри расползается приятное чувство – ему нравится эта жадность. Хочется еще и он нетерпеливо прижимается всем телом ближе, с замирающим от восторга сердцем понимая – его хотят точно так же сильно. Ран снова толкает его к стене, уже начиная расстегивать пуговицы на шелковой рубашке, как вдруг вздрагивает: они все еще стоят возле клуба.       – Иди сюда, – он берет омегу за руку и тянет к ближайшей машине. Они садятся назад и Хайтани называет адрес, больше не желая отвлекаться от Риндо, который с ума сводит, жадно хватаясь руками за плечи и требуя внимания. Ран вообще это внимание планирует теперь уделять только одному омеге.       Как они выходят из машины, он не помнит, как открывает дверь в квартиру – тоже. Ран кусает Риндо в шею, оставляя свои метки, чтобы все видели: этот омега его, он занят, и свободен больше никогда не будет.       Риндо громко стонет, запрокидывая голову назад, когда Хайтани стягивает с него рубашку. Кажется, одна из пуговиц отрывается, но им обоим все равно, – омега раздевает Рана с таким же нетерпением. В спальне парень толкает на кровать уже полностью обнаженного омегу и смотрит с таким нескрываемым восторгом в глазах, что под этим взглядом Риндо хочется не спрятаться, а наоборот – он шире раздвигает ноги, выгибается и думает, что оставалась бы сейчас на нем хоть какая-то одежда, она бы, скорее всего, растворилась под фиолетовым взглядом.       – Ты идеальный, – говорит Ран, прежде чем накрыть губы омеги своими, – идеальный, слышишь…       Он покрывает поцелуями смуглую кожу на груди, слегка прикусывая соски – в ответ раздается вскрик, а потом Риндо тянет руку вниз, обхватывая пальцами давно вставший член.       – Блять, малыш…!       – А что, нельзя было? – омега наигранно хлопает хитрыми глазами. – Я же должен понимать, что ты в меня собрался… Ра-а-н…       Хайтани не дает ему закончить, проникая в него пальцами. Текущая смазка пропитывает ткань постели под ними, пока Ран осторожно растягивает омегу, сходя с ума от его вздохов и стонов. Где-то в голове мелькает мысль: бывший Риндо – еблан. Это ж надо было не ценить такого омегу…       Вместе с этим рождается злость, которую Ран стремится заглушить другим ощущением. Он смотрит в аметистовые глаза, желая запомнить это навсегда – Риндо хватается дрожащими пальцами за простыни, пока парень входит в него, закусывает губы, чтобы сдержать стоны.       – Не смей, – тихо произносит Хайтани, наклоняясь. – Стони громче. Я хочу, чтобы ты голос сорвал сегодня.       И в подтверждение своих слов он начинает двигаться, не давая больше омеге времени привыкнуть – тот цепляется за плечи Рана, оставляя на них царапины. Это пробирает до мурашек по коже, до вспышек под веками, и кажется, куда еще может быть лучше?       Но Риндо стонет нетерпеливое «Еще!», и Хайтани на секунду выходит из него, рывком разворачивая спиной к себе. Омега не успевает возмутиться, как Ран начинает вбиваться в него снова. Риндо выгибается, чтобы было сильнее, глубже, подается навстречу, окончательно вышибая все мысли из головы Хайтани, который за волосы поднимает голову омеги от подушки.       – Скажи, что ты мой, – хрипло выдыхает он, покрывая поцелуями взмокшую кожу на виске.       – Твой, Ран, – на губах появляется счастливая улыбка – ему так нравится это произносить, а судя по тому, как стонет в ответ на его слова Хайтани, ему нравится это слышать. Парень жадно вдыхает аромат Риндо, которым уже насквозь пропитана спальня – и Ран обещает себе сделать все, чтобы цветочный запах с легким шлейфом корицы чувствовался здесь всегда, чтобы въелся в кожу, в мысли. Он толкается сильнее и омега срывается на крик.       – Пожалуйста, еще!       Хайтани запускает пальцы в его волосы, заставляя повернуть голову так, чтобы открыть шею, а потом кусает – сильно и неожиданно, отчего Риндо снова кричит, а потом Ран чувствует, как тот сжимает его собой. Это мгновенно доводит до грани, и парень практически падает на омегу, с губ которого слетают приглушенные рваные стоны.       – Все хорошо, малыш? – Хайтани осторожно выходит из него, жадно разглядывая вытекающие из омеги вместе со смазкой белые капли. – Риндо…       Тот не отвечает, но поворачивается и тянется обнять. Ран целует распухшие губы, проникая в рот языком, чувствует, что омега отвечает тем же. Риндо отрывается всего на секунду, чтобы увидеть, как в фиолетовых глазах разгорается жадный огонь, в котором омега хочет сегодня сгореть – и он с нетерпеливым стоном выгибается навстречу.