Тепло сквозь холод

Кайл Алессандро терпеть не мог зиму. Особенно ту, которая наступала в Киеве — неяркую, слякотную, вечно серую. Она казалась ему чужой, как и всё в этом городе. Он приехал сюда по работе — временно, как он себе говорил. Но уже третий месяц временность растягивалась в привычку. Он встретил Даниила случайно. Или не совсем случайно — на той вечеринке Кайл заметил его первым. Угрюмый, с неопрятной курткой и вечно прищуренным взглядом, Лещинский держался подальше от всех, будто презирал тех кто был вокруг. Но Кайлу было интересно. Он привык к людям, которые всё время улыбаются. А Даниил — не улыбался вообще. — Ты всегда такой мрачный? — спросил Кайл, подойдя к нему с бокалом. Даниил лишь взглянул на него, как будто оценивая, стоит ли тратить слова. — А ты всегда такой яркий? — Привычка, — усмехнулся Кайл. — Ты из тех, кто пьёт водку и молчит, или всё же скажешь, как тебя зовут? — Даниил. И я пью чай. Так всё и началось. Теперь Кайл сидел у него на подоконнике, завернувшись в плед, и смотрел, как капли дождя стекают по стеклу. В руках у него была кружка с тем самым чаем, который готовил Даниил: крепкий, терпкий, с чабрецом. В квартире пахло книгами, старой древесиной и чем-то успокаивающим, почти домашним. — У тебя всегда так тихо? — Кайл нарушил молчание. — А у тебя всегда столько вопросов? — отозвался Даниил, не отрываясь от ноутбука. — Я просто думаю, что между нами может быть не только тишина. Или ты против? Даниил поднял глаза. Долго смотрел. Словно что-то внутри него боролось с этим моментом. А потом сказал тихо: — Я не против. Я просто не умею… по-другому. Кайл встал, а после подошёл, и сел рядом. — А я могу научить. Он взял ладонь Даниила, холодную и напряжённую, и прижал к своей щеке. — Тепло передаётся. Даже сквозь холод. Главное — не бояться прикасаться. Они не были идеальными. Даниил молчал, когда Кайлу хотелось говорить. Кайл шутил, когда Даниил нуждался в тишине. Но в этом несходстве было что-то живое, настоящее. Как снег, падающий на ладонь — разный, но всегда удивляющий. И пусть зима всё ещё казалась Кайлу чужой — рядом с Даниилом она переставала быть такой холодной.